ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Современные родители. Все, что должны знать папа и мама о здоровье ребенка от рождения до 10 лет
Почти человек
Трансерфинг реальности. Ступень II: Шелест утренних звезд
Месяц в небе. Практические заметки о путях профессионального роста
Чертоги разума. Убей в себе идиота!
Ректор для Золушки
Куплю невесту. Дорого
Фактор умолчания
Свой среди чужих
Содержание  
A
A

Среди народов, населявших эти южные районы, по-видимому, уже в первые века нашей эры шел интенсивный процесс разложения первобытнообщинного строя и создания классового общества. До последнего времени в филиппинской и американской историографии преобладала точка зрения о решающем значении исламизации, осуществлявшейся из Индонезии и Малайи, для возникновения государственности на Сулу и Минданао. Исследования С. А. Махула показали, что формирование государственности началось там еще в доисламский период и было связано с процессами их внутреннего развития. Ко времени проникновения ислама (на Сулу — на рубеже XIII–XIV вв. и на Минданао — в середине XV в.) здесь уже существовали относительно централизованные феодальные и полуфеодальные княжества со сложившимися правящими династиями.

Подтверждением этого вывода служит наличие местных, доисламского происхождения титулов у представителей правящей верхушки. Помимо распространенных повсеместно на Филиппинах терминов «дато», «раджа» (или «раха») в применении к общинным вождям на Сулу использовались титулы багинда и падука (или сирипада), обозначавшие: принц, князь, верховный правитель; на Минданао правители княжеств назывались думата. Наличие этих титулов индуистского происхождения свидетельствовало о тесных связях Филиппин с индиани-зированными индонезийскими государствами. В сулуанских тарсила в полные титулы султанов и их близких родственников (в том числе женщин) вплоть до конца XIX в. включался один из индуистских королевских титулов — падука с целью показать их преемственность с древними местными (доисламскими) династиями.

Первичные государственные образования на Сулу сложились на центральном и самом крупном острове архипелага — Холо у народностей бурануны, тагимаа, баклайи[4]. Столица княжества буранунов была расположена в Маимбунге, где находилась резиденция верховного правителя, носившего титул сирипада. Центры тагимаа и баклайев размещались соответственно в Буанса и Холо. Столичные поселения сулуанских княжеств были не только политико-административными, но и торговыми центрами, которые играли активную роль в морской торговле в островной части Юго-Восточной Азии.

В доисламский период наиболее развитой центр о-ва Минданао находился в долине р. Пуланги. Здесь возникли феодальные княжества — Магинданао (в нижнем течении Пуланги) к Буайан (в среднем и верхнем течении Пуланги). Основное население долины Пуланги составляли народности ирануны и магинданао. В княжестве Магинданао утвердилась династия из представителей иранунской знати. В правящей династии княжества Буайан преобладали выходцы из народности магинданао. Оба княжества представляли собой довольно устойчивые государственные образования, правители которых (дато, думата) обладали значительной властью. Территориально влияние правителей Магинданао распространялось почти на весь район расселения иранунов вдоль северо-западного побережья Минданао вплоть до устья р. Сибугай. Под контролем Буайана находились соседние внутренние районы острова, населенные отсталыми племенами, которые облагались данью в пользу правителей княжества. Ирануны издавна занимались морской торговлей. Среди них были также племена морских кочевников, живших пиратством, торговлей, морскими промыслами. Население Буайана было преимущественно земледельческим, торговлей занимались главным образом представители местной знати. Между княжествами шла длительная, упорная борьба за установление контроля над всей долиной Пуланги.

С проникновением ислама начался новый этап исторического развития этих районов. Исламизация Филиппин была частью процесса распространения и утверждения ислама в малайско-индонезийском регионе, начавшегося на рубеже X–XI вв. На Филиппины ислам стал проникать из Индонезии и Малайи, где во второй половине XIII в. мусульманская религия завоевала уже прочные позиции. Сведения о начальном периоде распространения ислама на Филиппинах содержатся в тарсила. Они носят большей частью легендарный характер, но включают и элементы, основанные на исторических фактах. В исследованиях С. А. Махула, проделавшего большую работу по выявлению исторически достоверных данных, впервые воспроизведена общая картина проникновения ислама на Сулу и Минданао и установлены хронологические рамки этапов исламизации.

Первым объектом исламизации стал архипелаг Сулу. В последней четверти XIII в. здесь были основаны торговые фактории и поселения малайских торговцев-мусульман, которые были первыми распространителями новой религии. Возможно, что некоторые из них брали в жены девушек из семей местной знати, а отдельные дато и представители сулуанской феодальной верхушки уже в этот период стали переходить в мусульманскую веру. Во второй половине XIV в. появились мусульманские проповедники и миссионеры из Малайи, прибывшие с Явы, где они также занимались пропагандой мусульманской религии. Именно к этому времени относятся сведения в ранних сулуанских тарсила о посещении архипелага многочисленными макдумами (учеными), проповедовавшими мусульманское вероучение среди местных жителей. Подробно сообщалось о Карим-уль-Макдуме, который появился на Сулу, по-видимому, в 80-х годах XIV в. Известно, что он поселился в Буанса, где находилась резиденция правителя и знати тагимаа, и выстроил там мечеть. Правящая верхушка тагимаа была уже исламизирована, чем и объяснялась восторженная встреча макдума в Буаяса, описанная в источниках.

В начале XV в. в Буанса прибыл некий раджа Багинда, один из мелких правителей минангкабау. Он появился у берегов Холо с большим числом воинов и придворных и был сначала враждебно встречен местными дато и знатью, пытавшимися разгромить и потопить его флот. Однако после разъяснений, что экспедиция имеет миролюбивые цели и участники ее (мусульмане) намерены поселиться в Буанса, ему и его людям было разрешено остаться на острове. Ни один из источников не сообщает имени раджи. Как известно, термин «багинда» индонезийского происхождения, употреблялся на Сулу в смысле «правитель, князь». Не установлено, носил ли этот титул раджа до прибытия в Буанса или стал его обладателем после того, как поселился на Сулу. Известно только, что он женился на дочери одного из местных дато и пользовался в Буанса большим политическим влиянием и властью.

Следующей стадией исламизации Сулу было создание мусульманского султаната в середине XV в. Первым султаном Сулу считается Абу Бакр, принявший на троне мусульманский титул Шариф-уль-Хашим (полный титул включал также и местный традиционный титул — падука). Сведения о его жизни до прибытия на Сулу разноречивы, но во всех сулуанских тарсила указывается на арабское происхождение Абу Бакра, поскольку, согласно мусульманской традиции, султан должен принадлежать к прямым потомкам Пророка или по крайней мере быть выходцем из арабов. Наиболее распространена версия, по которой Абу Бакр в 30-е годы находился при дворе султана Малакки (возможно, был родственником султана), откуда перебрался в Палембанг (Суматра), затем в Бруней. Из Брунея Абу Бакр прибыл в Буанса, где вскоре женился на дочери раджи Багинда, принял титул султана в 1450 г., положив начало новой мусульманской династии на Сулу. Во время правления Абу Бакра, с 1450 по 1480 г., ислам превратился в государственную религию, началось формирование политических и социальных институтов, основанных на исламской традиции и шариате. Столица первого султана находилась в Буанса (при преемниках Абу Бакра она была перенесена в Холо). Территориально султанат объединял княжества Буанса и Холо, расположенные в приморских районах. С созданием султаната ускорился процесс исламизации населения горных территорий о-ва Холо, входивших в состав княжества буранунов.

Исламизация Минданао началась полтора столетия спустя — с середины XV в. К этому времени относятся сведения в местных тарсила о деятельности миссионеров с архипелага Сулу. В начале XVI в. проповедниками ислама на Минданао стали мусульманские эмигранты из Малайи. Известную роль в этом сыграл захват Малакки (1511 г.), в то время крупнейшего центра исламского мира в Юго-Восточной Азии, португальскими колонизаторами. Падение Малакки вызвало массовое бегство жителей, в том числе членов султанской семьи, придворных, знати, торговцев, устремившихся в соседние районы. Возможно, с этой миграцией было связано появление на Минданао шарифа Мухаммеда Кабунгсувана. На лодках морских кочевников-баджао он перебрался в Бруней, а в 1515 г. высадился в местечке Малабанг, на западном побережье Минданао. Согласно существовавшей традиции, шариф занялся распространением ислама в долине Пуланги и вскоре основал султанат, став первым султаном Магинданао. Сведения в ранних тарсила воспроизводят, однако, несколько иное и более сложное развитие событий. Первоначально шарифу, встреченному враждебно местными дато, удалось установить контроль лишь над небольшой территорией в районе Малабанга. В дальнейшем с помощью политических союзов с дато Магинданао и Буайана, подкрепленных его браком с дочерью местного правителя, Кабунгсуван добился усиления своих позиций в долине Пуланги. Но Кабунгсуван не носил титула султана, а был крупным религиозным и влиятельным политическим деятелем.

вернуться

4

Тагимаа и баклайи — предки современных таусугов и сулу, населяющих архипелаг Сулу и южную часть Палавана.

9
{"b":"239103","o":1}