ЛитМир - Электронная Библиотека

Удар был резким и неожиданным. Блу вначале ничего не понял. Лишь только когда из разбитого носа потекла струйка крови, он отшатнулся и широко раскрытыми глазами уставился на меня.

Я прочитал в его взгляде молчаливый упрек и почувствовал угрызения совести. Он, наверное, считает меня сейчас самым большим подлецом на свете.

— Извини, Блу, это было необходимо сделать, — попросил я прощения и, не выдержав, отвел взгляд в сторону. — Я должен был удостовериться в том, что ты человек.

— Вот как раз я… единственный человек… — Блу опять заплакал. Его всхлипы удивительным образом сочетались с воем аварийных сирен на станции. Свободной от чемодана рукой он пытался остановить кровь, но только больше размазывал ее, — … а вы все мерзавцы и негодяи…

— Полегче с выражениями, приятель, — заметил Джо Бермудес. — То, что тебе заехали по носу, не дает права называть людей такими нехорошими словами.

— Действительно, Блу, — согласился я с капитаном контрабандистов, — я же извинился. Между прочим, познакомься, этого джентльмена зовут Джо Бермудес. Он вошел в твое незавидное положение и согласился помочь. Джо — капитан «Лихой надежды», звездолета, на котором ты улетишь сегодня домой.

Но Джо Бермудес вдруг заартачился:

— С какой стати мне брать на борт этого хлюпика? — возразил он. — Мы об этом не договаривались.

— Ты возьмешь его.

— Уорнер, назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен это сделать.

— Блу приносит удачу. Если ты возьмешь его, то останешься жив. — Против такого аргумента Бермудесу нечего было возразить.

Контрабандист смерил несчастного с ног до головы презрительным взглядом и, поморщившись, согласился.

— Только если ты начнешь распускать сопли у меня на борту, я запру тебя в трюме и не выпущу до тех пор, пока мы не прилетим на Свободу-5.

— Я на все согласен, — откликнулся Блу. Кровотечение из носа у него уменьшилось. — Я даже в качестве оплаты за полет могу предложить вам эту чудо-машину, отличный образчик космического инструмента, универсальную, неприхотливую — пилу «Швигер»! — Блу показал на свой чемодан и лукаво подмигнул Бермудесу. — Эта штука только для настоящих мужчин.

По выражению лица контрабандиста я понял: Джо уже пожалел, что согласился взять Блу к себе на борт. И в этот момент мне в голову пришла отличная идея.

— Блу! «Швигер» — как раз то, что нам нужно! С ее помощью мы освободимся от заблокированных причальных захватов.

Все, кто сейчас находился рядом, оживились и с надеждой посмотрели на чемодан Блу.

— Как ты собираешься это сделать? — поинтересовался Джо Бермудес.

— Надо выйти в космос и срезать фиксаторы на захватах стыковочного узла.

— А аннигилятор?

— Вывести его из строя не составит труда.

— Кто пойдет в космос? — задал самый главный вопрос Джо.

В воздухе повисла напряженная пауза. Никто не хотел сам вызываться на это опасное дело. Я посмотрел на Вулгхарда.

— Скайт, ты же знаешь, меня в невесомости мутит. Я и не помню, когда последний раз надевал скафандр, — произнес он.

— Я совершенно не разбираюсь в технике, — сообщил Паркер. — Отправлять меня нет никакого смысла.

— От меня толку будет не больше. Я в технике смыслю ровно столько же, сколько и Паркер, — заявил Стенли.

Дуглас с Томановичем вообще никогда не выходили в открытый космос, а Джо Бермудес, как капитан, должен был находиться на корабле.

— Придется идти мне, — подытожил я. — Другого варианта я не вижу.

У присутствующих отлегло от сердца.

— Ты смелый человек, Скайт Уорнер. Мы восхищаемся тобой! — восторженно воскликнул Джо Бермудес.

— Да, это так, — поддержали остальные. Они бы не поскупились и наговорили мне еще кучу комплиментов, но мне не хотелось выслушивать их никчемные восторги — деньги они мне все равно не предлагали, и время до столкновения с астероидом неумолимо уменьшалось.

— Мне ваше восхищение до одного места, — остановил их я. — Идите на «Лихую надежду». Я надену свой скафандр и выйду в космос через люк этого шлюза. Будем держать радиосвязь.

Я забрал у Блу чемодан с алмазной пилой.

— С богом, — сказал я на прощание и пошел к люку своего звездолета.

— Скайт, — окликнул меня Бермудес, — мы пока покараулим возле лестницы, чтобы ты не попал в лапы к синтетойдам, когда вернешься.

«Все-таки у кого-то здесь осталась совесть», — подумал я, когда группа во главе с капитаном контрабандистов покинула переходный отсек.

Глава 10. В ОТКРЫТОМ КОСМОСЕ

Набрав шифр, я открыл люк звездолета и шагнул внутрь. После мрачных переходов космической станции с ее спертой атмосферой в ярко освещенных каютах родного корабля со свежим прохладным воздухом я почувствовал себя как в раю. Захотелось никуда не уходить отсюда. Но сложившаяся ситуация диктовала свои условия, и так как в следующий четверг я хотел увидеть финал чемпионата по суперболу — играли «Плобитаунские Дьяволы» и «Крокодилы» с Морволона[69], — надо было действовать.

Я извлек из шкафа для скафандров «Резолютор», надел его и подключил питание. На стекле шлема перед глазами засветилось разноцветье жидкокристаллических индикаторов; замелькали указатели, графики; побежали цифры основных параметров. Пока система проводила тестирование, я открыл чемодан Блу и извлек «Швигер».

Коммивояжер знал, что говорил, когда рекламировал эту штуку: пила оказалась на удивление легкой, а и ручка была специально сконструирована под перчатку космонавта и лежала в ладони как влитая. Посмотрим еще, как «Швигер» покажет себя в открытом космосе.

Я прицепил пилу за кольцо на поясе с левой стороны, а бластер вставил в особый зажим с правой. Кажется, все готово. Как раз в этот момент приятный женский голос из встроенных динамиков сообщил, что тестирование системы завершено.

Я вызвал по радио Бермудеса:

— Джо, это Скайт, как слышишь, прием?

— Скайт, это Джо, — отозвался капитан «Лихой надежды», — слышу тебя прекрасно.

Связь была хорошей. Голос Бермудеса звучал без помех.

Я перешел из своего корабля обратно в шлюзовую камеру космической станции.

Передвигаться приходилось медленно. Как бы ни был хорош «Резолютор», он все же сковывал движения.

Закрыв за собой люк звездолета, я подошел к панели управления шлюзом и включил систему выхода в открытый космос. Через некоторое время индикатор на стекле шлема моего скафандра показал, что давление нулевое и можно выходить.

Люк шлюза, ведущий наружу, открылся автоматически.

— Внимание, выхожу, — сообщил я на «Лихую надежду».

— Поторопись, — посоветовал Джо. — Времени почти не осталось. Только что рядом со станцией пролетела гигантская глыба. Чуть правее — метров на сто, — и все было бы кончено.

Я переступил порог люка. Искусственная гравитация отключилась. Подошвы скафандра сразу примагнитились к обшивке станции, не позволяя унестись в раскинувшуюся передо мной бездну космоса. Взору открылась потрясающая картина. Астероидные потоки, желтая звезда Олиус и миллионы ярких звезд кружились над самой головой. Они были так близко. Казалось, достаточно протянуть руку, чтобы достать звезду или «золотой» самородок астероида.

Указатель пульса перевалил через отметку сто ударов в минуту.

Выбравшись на внешнюю сторону причала, я двинулся к цели своей вылазки — к захватам стыковочного узла. Передвигаться приходилось не очень быстро. Несмотря на то что у «Резолютора» автоматическая система управления магнитными подошвами, в невесомости, да еще без страховочного троса, особо не разбежишься.

Из-за вращения станции казалось, что это астероиды и Олиус кружат вокруг ее корпуса. Яркие лучи солнца то светили мне прямо в глаза, то в спину. Такие резкие смены «дня» и «ночи» благодаря автоматическому светофильтру «Резолютора» не создавали мне больших неудобств. Когда солнце сияло в лицо, срабатывала автоматика защитного фильтра, а когда пряталось за корпус станции, включалась система ночного видения. Впрочем, и без нее было не так темно из-за отраженного света от массы астероидов, паривших вокруг.

356
{"b":"239121","o":1}