ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

К 1936 г. окончательное теоретическое оформление получили и взгляды германского генералитета на стратегию достижения таких целей. Образно говоря, герры генералы «положили глаз» на стратегию так называемой молниеносной войны в варианте мобильной маневренной, позже (в конце 1939 г.) названной мировой прессой блицкригом. Они горячо обсуждали ее еще до привода Гитлера к власти.

Если быть абсолютно точным, то на самом деле термин «Blitzkrieg» впервые появился еще в 1935 г. на страницах немецкого военного журнала «Deutsche Wehr» в статье, автор которой рассматривал перспективы выигрыша войны государствами, не обладающими достаточной сырьевой базой. Однако тогда термин не вошел даже в военно-научный оборот самой Германии. Через три года, в 1938 г. термин появился во второй раз – на страницах немецкого военного журнала «Militär-Wochenblatt». И опять термин не получил путевки в жизнь… И только с 29 сентября 1939 г. с нелегкой руки американского журнала «Тайм» этот термин был введен в мировой пропагандистский оборот и с тех пор широко применяется.

В наиболее полном виде идея «молниеносной войны» в варианте мобильной маневренной была сформулирована в книге известного еще со времен Первой мировой войны прошлого столетия германского генерала Э. Людендорфа – «Тотальная война»[129]. Именно на ее страницах детально описывалась столь прочно овладевшая умами нацистской верхушки и генералитета идея блицкрига. Однако и, увы, не только идея блицкрига была представлена на страницах этой книги. Людендорф разработал параметры именно такой войны, которая должна была вестись ради полного уничтожения одного народа другим. И хотя впоследствии разгромленные германские генералы указывали в своих мемуарах, что-де германский Генеральный штаб внимательно изучил эту книгу и якобы бесповоротно забраковал ее[130], это полнейшая чушь. Или, проще говоря, откровенная ложь. Потому что германский Генеральный штаб отказался использовать предложенные Людендорфом методы тотальной войны всего лишь на западноевропейском театре военных действий. Да и то не навсегда. Потому как это не только мгновенно привело бы Германию к полному краху, но и навсегда исключило бы ее из семьи западноевропейских народов. Западноевропейский внутренний междусобойчик в те времена был таков, что даже в случае вооруженного столкновения подобные методы ведения войны были недопустимы. Европа же, однако, не приведи Господь… А вот на востоке в отношении славян можно, к вящему удовольствию возомнивших себя арийцами негодяев. Что они и продемонстрировали в Польше, но особенно на территории СССР!

Конечно, «творческие потуги» германского генералитета и военных теоретиков этим далеко не исчерпываются. Герры генералы написали изрядное количество статей, монографий и книг. Разработали немало тем и вопросов. Обо всем этом было известно Москве. Хотя бы потому, что тщательное наблюдение за «полетом творческой мысли» генералитета страны наиболее вероятного противника является одной из приоритетных задач не только военной разведки, но и аналитических подразделений Генштаба любого государства, тем более крупного.

Комментарий. Результаты такого тщательного наблюдения за «полетом творческой мысли» генералитета страны наиболее вероятного противника можно увидеть, например, в тексте небезызвестной статьи М. Н. Тухачевского, посвященной военным планам Гитлера и Германии, опубликованной в конце марта 1935 г. При подготовке статьи Тухачевский опирался как раз на подобные данные военной разведки и аналитических подразделений ГШ РККА. Так, в разделе «Германские взгляды на ведение современной войны» упомянутой статьи Тухачевский указывает (естественно, без ссылок на разведку и ГШ): «…Фон Сект первым в германской военной литературе поставил вопрос о том, что “целью современной стратегии будет добиться решения при помощи подвижных, высококачественных, способных к ведению операций сил, – без того или до того, как массы придут в движение”. В связи с этим Сект требует иметь в мирное время вполне готовые к бою дивизии с тем, чтобы, по мобилизации, в них не вливалось никаких пополнений, т. е. чтобы в мирное время они сражались по штатам военного времени. Наряду с этим, Сект считает необходимым введение в Германии всеобщей воинской повинности для развертывания мощной обороноспособности страны. Людендорф, который, как известно, ныне привлекается к работе в германском генштабе, считая необходимой всеобщую воинскую повинность и максимальное использование для войны людских ресурсов Германии, точно так же считает необходимым иметь армию вторжения дезорганизации обороны противника на его территории и нанесения внезапных, молниеносных ударов. Людендорф недоволен темпами первого периода войны в 1914 году “Мобилизация и сосредоточение войск затягивались до 16-го дня мобилизации. Только спустя четыре недели после объявления мобилизации, разыгралось сражение под Танненбергом”. Поэтому, говорит Людендорф: “В ведении войны крупных военных держав против слабо вооруженных государств, быстрая мобилизация, как и быстрое наступательное продвижение войск, будет играть исключительную роль. Крупные военные державы, кроме авиации, для срыва мобилизации противника применят быстроподвижные войска, состоящие из моторизованной пехоты и кавалерийских дивизий, усиленных бронетанковыми соединениями и вспомогательными вой сками, перевозимыми на автомобилях. Все это указывает на то, что при подготовке к войне следует руководствоваться другими масштабами во времени и пространстве, чем которым учила нас военная история до сих пор”. Подполковник Неринг в только что вышедшей… книге говорит: “При мобилизации подвижные и моторизованные войска совместно с авиацией имеют задачей прикрыть собственные границы и обеспечить наступление собственной армии, а также короткими ударами нарушить мобилизацию и концентрацию противника”. Те же мысли высказывает и генерал Мецш в книге “Современная военная наука”, изданной в 1934 году под редакцией известного германского военного писателя Кохенгаузена. Генерал Мецш утверждает, что стратегическая цель сильно вооруженного государства заключается в перенесении военных действий на территорию противника, чтобы с самого начала войны расстроить его военную организацию. Для этой цели должны быть, прежде всего, применены воздушные, затем быстроподвижные, т. е. в первую очередь моторизованные силы. Вслед за этими подвижными силами должны следовать крупные войсковые массы для создания прочной базы для операций. …Маршал Петен в статье, помещенной в журнале “Revue des deux Mondes” от 1 марта с. г., характеризует германскую военную доктрину теми же чертами. Он говорит, что “появление нового вооружения может придать борьбе совершенно иной оборот. В настоящее время можно представить себе войну, внезапно начинающуюся приемами, способными уничтожить первый эшелон военных сил противника, дезорганизующими его мобилизацию и разрушающими жизненные центры его мощи”. “Орудия такой вой ны уже существуют”, – добавляет маршал Петен и указывает, что этот метод пользуется в Германии особой популярностью…»[131] Еще более естественно, что советские разведывательные службы, в частности военная разведка, внимательно следили за претворением таких взглядов на практике.

Из записки № 240499 сс от 15 февраля 1935 г. начальника Разведуправления РККА на имя наркома обороны К. Е. Ворошилова о характере германских вооружений (по мнению полковника Кайзера, являющегося комендантом берлинского караульного полка и военным комендантом г. Берлина): «Сообщение источника, близкого национал-социалистическим кругам. По сведениям, численность конницы по отношению к пехоте будет доведена в рейхсвере до пропорции 1: 3. Учитывая это соотношение конницы к пехоте, полковник Кайзер делает вывод, что германские вооружения явно направлены против России. При этом делается предположение, что в ближайшее время будет достигнуто соглашение с Польшей по вопросу о коридоре. Далее Германское правительство проявляет активность по вопросу о Мемеле. Осведомленные лица национал-социалистической партии выражают мнение, что вторжение рейхсвера в пределы Литвы будет началом войны с Россией, потому что Россия связана с Литвой договорами и, вероятно, выступит в пользу Литвы. Осуществление этой комбинации в высшей степени вероятно, поскольку в настоящий момент переговоры с Польшей якобы направлены к тому, чтобы гарантировать Польше выход к Балтийскому морю через Литву. В то же время, в переговорах с Польшей Германия якобы объявила готовность поддержать второе требование Польши, а именно: обеспечение доступа к Черному морю. Вообще Германия изъявила готовность поддерживать политику Польши в деле восстановления великой Польши, поскольку это не затрагивает германских областей»[132].

вернуться

129

Ludendorff E. Der Totale Krieg. München, 1935.

вернуться

130

Гёрлиц Вальтер. Германский генеральный штаб. История и структура. 1657–1945. Пер. с англ. М., 2005. С. 291.

вернуться

131

Цит. по: Известия ЦК КПСС. 1990. № 1. Л. 161–169. Машинопись. Подлинник, автограф.

вернуться

132

РГВА. Ф. 33987. Оп. Зс. Д. 774. Л. 172. Машинопись на бланке: «НКО СССР. Разведывательное управление Рабоче-Крестьянской Красной Армии». Подлинник, автограф.

26
{"b":"239144","o":1}