ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты сегодня вечером опять уедешь?

— Ты же знаешь, я должна.

— Знаю, но мне это по-прежнему не нравится. Ты опять встречаешься с лордом Самнером?

Дэвон пропустила мимо ушей упрек, слышавшийся в словах Хиггинса.

— Леди Хит сегодня устраивает бал в честь племянника лорда Баркли, который только что вернулся из-за океана. Леди Агата говорит, что там будет весь высший свет.

— Может быть, ты как-нибудь исхитришься познакомиться с этим племянничком? — сказал Хиггинс, втайне надеясь, что она, дай Бог, остановит свой взгляд на ком-нибудь еще — только не на этом противном блондинчике лорде Самнере.

Дэвон отрицательно покачала головой.

— Он меня не интересует. Хиггинс вздохнул:

— Неужели леди Агата все еще советует тебе делать ставку на этого лорда Самнера?

— Он — холостяк. И она заверяет меня, что он один из богатейших людей в Англии.

— А она тебе не говорила, как он обращается с женщинами, тем более с теми, у кого нет большого приданого? — Хиггинс не мог скрыть своего возмущения этой сводней, которую Дэвон наняла для поисков подходящего жениха. Эта жадная вдова толкает Дэвон на связь с мужчиной, известным своими дебошами и всяческими выходками. Он любил женщин и бросал их, не особенно раздумывая о их репутации и эмоциях. Пожалуй, что лорд Самнер любил больше всего, — это всяческого рода авантюры. Не в последнюю очередь именно поэтому он пошел в армию, оставив свои владения на попечение управляющего.

— При таком богатстве зачем лорду Самнеру большое приданое? — несколько уклончиво ответила Дэвон.

— Но у тебя и маленького-то нет! — Хиггинс на минуту дал волю своим чувствам.

— Но этого же никто не знает, — Дэвон почувствовала, как где-то глубоко в ней просыпается чувство вины. Она последнее время стала законченной вруньей, но так и не могла к этому привыкнуть. Двойная жизнь давалась ей нелегко. Она порхала с бала на бал с самым беззаботным видом, но постоянно ее преследовал страх разоблачения. Она представляла, какой это будет шок для всех — а потом и гнев, — когда те, кто принимал ее как равную себе, вдруг узнает о ее истинном положении. Это была не слишком приятная картина — даже в воображении.

— А если бы леди Агата узнала правду, как бы она себя повела, как ты думаешь?

Дэвон пожала плечами:

— Если бы она или кто-либо другой узнали о моих делах, как они выглядят, это, конечно, был бы конец всему. Она со мной возится не по доброте сердечной и не из-за моих красивых глазок.

Дэвон взяла еще одну картофелину Это была жестокая правда. Чопорная и жеманная, леди Агата в ужасе отвернулась бы от нее, узнав о бедственном состоянии дома Макинси. Когда Дэвон обратилась к ее услугам, она, как и все остальные, исходила из того, что богатство семьи не уменьшилось.

Леди Агата, вдова одного обедневшего лорда, не обладала ни богатством, ни престижем, которые обеспечивали бы ей доступ в высшие сферы лондонского света. Но за многие годы она накопила массу информации, которую с умом и использовала. Никто лучше ее не умел что-то кому-то шепнуть на ухо, чтобы добиться какого-нибудь приглашения или рекомендации, или в свою очередь заполучить какую-то интересную новость или сплетню.

Получая приглашение на тот или иной бал или раут, она захватывала с собой какую-нибудь молодую девушку на выданье, которая получала, таким образом, возможность познакомиться с каким-нибудь молодым человеком. Она ставила только два условия: ее подопечная должна быть из хорошей семьи и иметь средства, чтобы оплатить ее услуги, которые она оценивала довольно дорого.

Дэвон знала также (хотя об этом вслух не говорилось), что если знакомство, совершившееся при ее посредничестве, заканчивалось браком, за это ей полагалась крупная премия. Поэтому в голове у леди Агаты постоянно вертелся список потенциальных женихов и невест и также различные варианты их соединения.

Дэвон знала также, что работу леди Агаты многие считали недостойным занятием. Одни полагали, что она попросту занимается вымогательством, другие относились к ней как к заурядной свахе. Однако никто и не думал закрыть перед ней дверь — она везде была желанной гостьей.

Во всяком случае, Дэвон смотрела на леди Агату примерно так же, как те матери и бабушки, которые каждый год свозили своих дочек и внучек в Лондон в поисках женихов. Возможно, методы ее были и небезупречны с точки зрения высокой морали, но, с другой стороны, какой от них был вред?

Дэвон, не отрываясь от стряпни, бросила.

— Я ее не осудила бы. Какой барыш от ни щей?

Хиггинс недовольно буркнул:

— Да уж. Она с тебя столько дерет, что уже, наверное, богаче царя Креза.

— Ну, подумаешь там, несколько шиллингов. Бабушка больна, сопровождать меня не может, а одной, ты же знаешь, девушке в свете появляться не принято.

— А она никогда не интересовалась, почему ты не задерживаешься на танцах допоздна, как другие?

Дэвон собрала начищенные и порезанные куски моркови и картофеля, опустила их в кипящий бульон. Вытерла руки о фартук, повернулась к Хиггинсу:

— Она считает, что я беспокоюсь о бабушке, поэтому рано и уезжаю.

— А ничего больше она не думает?

— Да нет. Наоборот, это на нее производит хорошее впечатление: разумная девушка, не только танцы на уме.

— Будь осторожна, Дэвон. Мне говорили, что она хитра как черт. Заметь: она ведь живет чужими тайнами.

— Надеюсь, что все это скоро кончится, мы вернемся в свое имение. Я устала и от Лондона, и от этой двойной жизни, — Дэвон смахнула с бровей прядь рыже-каштановых волос.

— Тогда кончай с этим, пока не поздно. Дэвон как будто и не слышала его.

— Лорд Самнер — это как раз то, что мне нужно. Он будет в армии, а я — в Макинси — Холл. Конечно, когда он будет приезжать в Англию в отпуск, я буду переезжать в его имение в Кенте.

— Ты уже даже это обдумала. Только вот что-то предложение запаздывает, — Хиггинс сказал и спохватился: не надо было так. Дэвон свято верит, что у лорда Самнера серьезные намерения, но что-то не верится: ведь он первостатейный мерзавец.

Выражение лица Дэвон стало еще более серьезным. Она кивнула:

— Я уже сказала: другого выбора у меня нет. Время уходит. Кредиторы наглеют. Или я в ближайшее время достану денег, чтобы заткнуть им глотку на первое время, или они завладевают Макинси-Холлом.

Дэвон устало опустилась на стул. Ее плечи поникли. Она посмотрела на своего старого друга. Ей нужно его понимание, его поддержка. Хиггинс всегда был надежным якорем в ее бурной жизни. Это было так еще тогда, когда она не была Макинси, а теперь он нужен ей более, чем когда-либо.

— Я знаю, ты не одобряешь того, чем я занимаюсь последние месяцы. Знаю, что ты не в восторге от моей идеи выйти замуж за лорда Самнера из-за его репутации. Но я должна думать о бабуле.

— Я понимаю твои резоны, Дэвон. Поэтому я, дурак, тебе потворствовал. До сих пор тебе везло, но, боюсь, сейчас ты вошла в опасные воды. А типы вроде лорда Самнера — это акулы, которые только и ждут, как бы наброситься на невинные жертвы — на таких, как ты.

Дэвон наклонилась над столом, взяла Хиггинса за руку, пожала ее. Мягкая улыбка тронула ее изящно очерченные губы.

— Спасибо за заботу, Хиггинс. Для меня всегда важна твоя поддержка, твое слово. Перестань нервничать. По-моему, лорд Самнер вполне симпатичный мужчина. Молодой, богатый — что мне еще надо?

— Дэвон, ты для меня как дочь. Ты у меня на глазах выросла, стала такой красивой. И я не могу не беспокоиться, когда ты всерьез думаешь, что сможешь вести дела с такими, как Самнер. Он вовсе не рыцарь в сияющих доспехах; внешность его обманчива. Да, он богат, он сильный, уверен в себе. Мужчина такого типа съест молоденькую девочку вроде тебя и не подавится. А уж когда он узнает правду о тебе — о, я тебе не позавидую. Он никогда никому ничего не прощает.

Дэвон только улыбнулась, вспомнив о симпатичном армейском капитане и его ухаживаниях. Хиггинс слишком уж преувеличивает опасности. Влюбленный все поймет и все простит. А лорд Самнер, без сомнения, в нее влюблен. Какой жар был у него в глазах, когда они танцевали! Нет, наверняка, в ближайшее время он сделает ей предложение. И тогда всем их бедам придет конец.

7
{"b":"2407","o":1}