ЛитМир - Электронная Библиотека

В конце концов, позаботиться о доходах Дома Миззрим активов представлялось Грейанне более нужным и творческим делом, чем драки на улицах. Поэтому она приказала своим подчиненным, разъяснив им то, что сочла нужным, вытаскивать напуганных торговцев и ремесленников из их домов.

Хобгоблины приближались, и она одновременно со своими солдатами выстрелила из арбалета. Ее маг создал громадный, плотный силуэт, похожий на богомола, который своими огромными клещами успел искалечить несколько рабов, прежде чем растаял в воздухе. Около дюжины тварей упало, но из дыма и огня вновь выползало неисчислимое множество.

«Глас агонии! — подумала она. — Как же много в Мензоберранзане низших существ!»

До нынешнего дня Грейанна этого не замечала. И вероятно, никто другой об этом не задумывался.

Принцесса Миззрим крикнула:

— Темная стена!

Те из ее вассалов, кто стоял ближе к хобгоблинам, присели и коснулись земли, воздвигая завесу тени между собой и низшими существами, затем отступили назад.

Один из воинов увел лавочников подальше от опасности. Остальные, вместе с Грейанной, быстро поднялись в воздух и замерли в трех ярдах позади стены тьмы. Во время этой паузы принцесса вытащила маленький серебряный флакончик из мешочка на поясе и с жадностью выпила все его содержимое.

Хобгоблины прошли сквозь темноту. Они слишком долго жили среди темных эльфов, и такая хитрость задержала их не более чем на несколько секунд, но зато помешала их согласованным действиям. Они закричали и бросились в бой неорганизованной толпой.

Первый хобгоблин, который подскочил к Грейанне, был огромный и с обритой головой. Наверное, хозяйка или Мастер Дома использовали его волосы для изготовления холста, а крошечные шрамы от ожогов в виде колец на коже раба располагались в определенном порядке, представляя собой сложный спиральный рисунок.

Он хотел ударить Грейанну по голове. При других обстоятельствах она отступила бы назад, но это разбило бы их линию обороны. Она подняла булаву, встречая двуручный меч хобгоблина, и раб отскочил в сторону.

Принцесса нанесла удар сбоку, а низшее существо отбило его круговым движением маленького щита, на котором осталась вмятина. Хобгоблин отступил назад, его косые глаза стали круглыми от изумления. Он не знал о снадобье, которое придало ей силу огра.

Одним взмахом Грейанна убила раба, наступавшего слева, а вслед за этим приготовилась встретить своего лысого противника. Он секунду выжидал, а затем сделал ложный выпад с фланга, закончив его ударом в грудь. Разгадав его тактику, она, не прерывая атаки, уклонилась от меча и, сделав еще полшага вперед, неожиданно нанесла ему удар в челюсть. Попадание было точно в цель, неприятель повалился назад с окровавленным подбородком и сломанной шеей.

Грейанна убила еще двоих хобгоблинов, прежде чем почувствовала какое-то покалывание в голени. Она посмотрела вниз. Оказалось, кобольд, вооруженный каминной кочергой и, наверное, проскользнув между более крупными рабами, безуспешно пытался проткнуть ее сапог. Грейанна покончила с ним, просто с размаху ударив его ногой.

Приготовившись встретить следующего противника, она оглянулась, но сражение уже закончилось, а несколько уцелевших хобгоблинов просто удрали.

— Построиться! — крикнула она. — Стройтесь так, чтобы торговцы были в центре. Живее!

Готовясь в путь, Онрэ подошла к принцессе и спросила:

— Могу я узнать, куда мы направляемся? В замок каких-нибудь наших союзников?

— Нет, — ответила Грейанна. — Подозреваю, что сейчас мы никуда не попадем. Попробуем спрятать наших подопечных в Ботвафе.

Колонна потянулась мимо трупов и горящих камней, и по пути, выбегая из домов, к ним присоединялись дроу-простолюдины. В первый момент Грейанна хотела прогнать прочь тех, кто не связан с Домом Миззрим, но потом передумала. У многих присоединившихся были мечи, и если понадобится, она заставит этих болванов нести воинскую службу.

Время от времени кто-нибудь, отравленный едким дымом, падал, а остальные продолжали шагать за ней, переступая через тела.

Вдруг сзади кто-то вскрикнул, словно от неожиданной боли. Грейанна обернулась. Гоблинов не было. Просто один из ее колонны, тот самый лодочный мастер, предательски ударил ножом в спину другого мужчину.

— Конкурент, — объяснил ремесленник, пожимая плечами.

Лабиринты крепости, известной под названием Великий Курган, таили в себе огромное количество скрытых магией пространств, и, тем не менее, группы восставших проникали повсюду. Трудно поверить, но Триль обнаруживала гоблинов в башнях, на соединявших их воздушных мостах, в нижних туннелях, на балконах и верхних тропах сталактитовых бастионов. Каждый дюйм отвоеванных владений был залит кровью.

Последнее сопротивление рабы оказали на площади внутреннего двора, обнесенного железной сеткой в виде паутины. Это ограждение служило мощной магической защитой, но, как только что обнаружила Бэнр, оказалось абсолютно бесполезно, если неприятель находился уже внутри огороженной территории.

Триль и ее сын-полудемон спустились вниз со стены с бойницами, чтобы принять участие в заканчивающемся сражении. Они оба были буквально залиты чужой кровью.

Честно говоря, очистить двор воины могли и без Верховной Матери, но ей самой хотелось поучаствовать. Объяснялось это просто: кроме присущей всем дроу кровожадности в этом незатейливом занятии она находила ту прямоту и непосредственность, которых ей так недоставало в роли правительницы города. Впервые после восхождения на трон она знала, что делать.

Полдюжины минотавров, огромных и грозных животных, которых она часто использовала для личной охраны, скандировали:

— Сво-бо-да! Сво-бо-да!

Они размахивали боевыми топорами или припадали к земле, норовя пронзить врага рогами. Триль дочитала последнюю строку последней руны из свитка, в котором до начала восстания содержалось семь заклинаний.

Ослепительное пламя вырвалось из земли, и четыре огромные бестии свалились, дрыгая ногами. Двое других отпрыгнули, лишь немного пострадав от сильнейшего огня. На их грубой, мохнатой шкуре появились пятна ожогов, но телесные травмы их не остановили, и они с ревом продолжали наступать.

Вообще-то, любой минотавр гораздо выше любого темного эльфа. Потому Триль выглядела рядом с ним просто крошечной феей. Тем не менее, она улыбнулась и смело выступила вперед.

Минотавры с самого начала любят ошеломить врага стремительным натиском. Верховная Мать подождала, пока существо оказалось почти перед ней, а затем отступила в сторону. Он был слишком большим и очень тяжело и неуклюже двигался, чтобы сразу остановиться. Когда он проносился мимо, она булавой вдребезги разнесла ему колено.

Раб упал лицом вниз, и Триль несколькими ударами раздробила кости позвоночника. Тем временем Джеггред перегрызал горло очередного противника и одновременно, вспарывая туловище животного, выдирал его внутренности.

И в завершение боя мать и сын приговорили еще нескольких гноллов. Запыхавшаяся Триль подошла к стене и, остановившись в футе от нее, поднялась достаточно высоко в воздух, чтобы посмотреть с высоты Ку'илларз'орла на пылающий внизу город. Джеггред последовал за ней.

Впервые услышав, что во всем Мензоберранзане восстали рабы, она воспользовалась магическим кристаллом и вызвала мужчин Бреган Д'эрт. Сейчас наемники честно выполняли свою работу. Даже с Великого Кургана можно было различить, как кипящий водоворот на одной из южных улиц буквально через несколько минут замер, потому что все низшие существа лежали мертвыми.

Это было выдающееся искусство массового убийства, но наемники очистили лишь небольшую часть Мензоберранзана. Кто спасет остальной город и возможно ли такое вообще?

Триль крикнула вниз, во двор, офицерам, которые могли ее слышать:

— Стройте мои войска. Мы выступаем.

Джеггред задыхался от радости. Это была самая лучшая ночь в его еще очень недолгой жизни. Он убивал, убивал, убивал и снова убивал, пребывая все время в таком восторге, рядом с которым даже стыдно вспоминать о развлечениях с Фейриль Зовирр.

74
{"b":"2408","o":1}