ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

К счастью, никто пока больше не собирался его атаковать. В темноте и хаосе зенты еще не разобрались, что на борту враги, и у Дорна было время, чтобы собраться и подготовиться к очередному поединку. Он бросил взгляд на соседние корабли, оценивая, как обстоят дела в целом.

Возвращаясь на корму, Уилл, сделав обманное движение вправо, сам отпрыгнул влево и, перекувырнувшись, вскочил на ноги. Этот маневр спас его от клыков и огня, изрыгаемого некой тварью, вызванной колдовством бородача и похожей на собаку с красными горящими глазами. Уилл воткнул кинжал в пах бородатого колдуна, и тот упал замертво.

Однако, несмотря на это, дьявольский пес продолжал нападать на хафлинга. Тогда Аламарайна призвала на помощь Селуну. Она размахивала булавой с четырьмя перекрещенными выступами, которая сверкала и переливалась серебряным светом, выдавая местонахождение ее хозяйки. Дьявольская тварь просто исчезла, испарилась, вернувшись в лоно Абисса, откуда маг ее вызвал.

Над ночной бухтой, расправив черные крылья, кружила Кара. Она начала снижаться над галерой. Никакие вспышки и магические молнии не мешали ей – значит, Рэруну, Павелу и остальным удалось убить бывших на борту заклинателей. Она обрушила на палубу огненный столб.

Уничтожив всех зентов, она направилась к последнему кораблю. Дорну, Уиллу и Аламарайне нужно было продержаться там, пока она не закончит. Хафлингу и жрице повезло, что они находились недалеко друг от друга. Они могли прикрывать друг друга. Дорн же был слишком далеко от них и не мог перебраться к своим товарищам. Он вынужден был сражаться в одиночку.

Он встал спиной к воде, чтобы зенты не могли подобраться к нему с тыла, и подставил под удары железную часть тела. Найдя место, чтобы как следует размахнуться своим огромным мечом, Дорн обрушил его на голову ближайшего из врагов.

Размозжив голову одному из зентов, он схватил за ногу другого. К счастью, удар шпаги, который он даже не успел заметить, пришелся на железную руку. Дорн схватил клинок железными пальцами, сжал и переломил пополам.

Вдруг зенты закричали. Дорн сразу понял, что их напугало. На галеру неслась Кара. А это было пострашнее любых других атак, потому что Кара уничтожала всех, кто попадал под струю пламени, которую она выпускала из пасти. Вернейший способ уничтожить зентов.

Дорну и его товарищам пришлось спасаться. Оглядевшись, Дорн понял, что ему остается только прыгнуть за борт. Он бросил меч, перелез через ограждение и вцепился в планшир, думая, что сможет удержаться. Но дерево уже прогнило и раскрошилось. Дорн бухнулся в воду.

Плыть он не мог. Железо тянуло ко дну. Он яростно барахтался в холодной воде, пытаясь зацепиться за борт судна. Воткнув железные когти в корпус корабля, он вынырнул на поверхность, хватая ртом воздух. Над палубой мелькнула вспышка желтого пламени, зенты дико закричали и, обожженные, попадали в воду.

Потом корабль под тяжестью чего-то неведомого накренился, отчего голова Дорна оказалась под водой. Он испугался было, что сейчас захлебнется, как вдруг корабль снова выровнялся. Когда Дорн вынырнул, кашляя и отплевываясь, прямо около него возникло какое-то огромное полотнище. Глаза его были залиты водой, и вначале он решил, что это упавший с корабля парус, но затем понял, что это такое.

Он помедлил, но, убедившись, что его когти не повредят крыло, уцепился за него. Кара подняла крыло и вытащила Дорна из воды.

Зенты лежали без признаков жизни, либо покалеченные, либо убитые. Уилл и Аламарайна были, однако, живы. У жрицы, правда, остались раны на предплечье и икрах, но ее молитвы или заклинания Павела способны были остановить кровотечение, предотвратить заражение и ускорить процесс заживления.

Кара вдруг одним ловким движением взмахнула крылом, отчего Дорн, не удержавшись, скатился ей на спину.

– Держись крепче! – прокричала она, и едва Дорн успел последовать ее приказу, как она сорвалась с палубы и взмыла в небо.

Хлопая крыльями, Кара набирала высоту. Голос ее стал выше, и она запела еще одну суровую и в то же время прекрасную песнь битвы.

Дорн чувствовал себя не в своей тарелке. По плану он не должен был принимать участие в этой части рейда и, видят боги, ни за что в жизни не сел бы по собственной воле верхом на такую мерзкую тварь, как дракон.

Но он взял себя в руки, ему придется, хоть и нехотя, смириться с таким положением, тем более что не так уж это было и неприятно. Нестись над водами залива было скорее весело, полет будоражил кровь. Промокшая насквозь одежда развевалась на ветру. А может, это пение Кары так подняло ему настроение? Дорн знал, что пение бардов может воздействовать на людей особым образом, заставляя их испытывать несвойственные им ранее чувства.

Когда Кара смолкла, чтобы перевести дух, он прокричал:

– Рэрун, Павел и остальные!

– С ними все порядке, – ответила она. – Смотрите, мы нашли сторожевую лодку.

Под ними на волнах покачивалось небольшое сторожевое суденышко. Став свидетелями несчастий, постигших товарищей на других лодках, команда небольшой одномачтовой парусной шлюпки решила уходить, но безуспешно. Они не могли оторваться от летевшего за ними дракона, и ночная темнота не могла скрыть их от всевидящих глаз Кары.

На шлюпке уже поняли, что дракон их скоро настигнет; кто-то, съежившись на палубе, выл в голос, несколько человек прыгнули за борт, остальные приготовились сражаться. Если бы на борту был хоть один заклинатель, у них еще была бы надежда, но Дорн не сомневался, что заклинателя у них нет. Он предполагал, что все маги и колдуны находятся на больших кораблях.

Моряки начали обстреливать их из луков и даже выпустили несколько огненных зарядов. Кара вздрогнула, наверное, один из зарядов задел ее. Но все же это была слишком слабая магия, достаточная, чтобы уничтожить немало людей, но не способная задержать дракона. Кара доказала это, выпустив на палубу испепеляющие языки пламени, убившие людей и поджегшие паруса, канаты и даже шпангоуты. Потом Кара взмыла вверх и понеслась прочь, оставляя объятое огнем судно.

– Если мы хотим получить работоспособную команду, – крикнула она, – мы должны захватить последнюю лодку, не поджигая ее.

– Понял! – ответил Дорн.

Потребовалось некоторое время, чтобы найти еще одну лодку. Кара, запев свою песню, понеслась вниз сквозь град летевших в нее стрел. В спину ей вонзился дротик, совсем рядом с Дорном, затем дротик растаял, превратившись в разъедающую кислоту, которая прожгла плоть до костей. Боль наверно ка была очень сильной, и Дорн вдруг почувствовал жалость к Каре, а еще желание отомстить тому, кто причинил эту боль. Сам Дорн мог только проявить сострадание. Он не был ни священником, ни целителем, и у него не было никаких средств, чтобы снять действие кислоты.

К счастью, как и магические заряды, кислота была недостаточно сильным средством, чтобы остановить Кару. Почти над самой лодкой она широко расправила крылья и быстро захлопала ими, чтобы замедлить свое стремительное падение. И все равно она со всего разгона грохнулась на нос судна, так что оно чуть не ушло под воду.

Наклоненная палуба была не слишком-то надежной опорой, но Дорн решил все равно вступить в бой. Ему очень не хватало лука или хотя бы длинного меча, которые он потерял, упав за борт военной галеры. Без них невозможно было сразиться с врагом, сидя верхом на Каре. Дорн слез со спины дракона и направился к корме.

Зенты тут же на него напали. Он отразил атаку железной рукой, а затем ударом снизу разбил противнику челюсть и сломал ему шею. В этот момент другой солдат уже собирался нанести Дорну удар шпагой, но тот увернулся и, приблизившись к противнику вплотную, всадил зенту нож между ребер. Воин рухнул на палубу, а Дорн наклонился и забрал его меч.

Неожиданно судно накренилось, и Дорн чуть не потерял равновесие. Затем лодка выровнялась. Даже не оборачиваясь, он понял, в чем дело. Это Кара обратилась в человека, потому что иначе она своим весом потопила бы судно или повредила бы его.

57
{"b":"2410","o":1}