ЛитМир - Электронная Библиотека

— Как машина? — спросил он.

Кизия остановилась и взглянула на него. Свет фонарей на стоянке придавал ее лицу какой-то неземной вид.

— Лучше чем когда бы то ни было.

— А точнее?

— Ну…

— Ага. Я так и думал.

— Она ни разу не ломалась с тех пор, как я получила ее от Джамала, — пояснила Кизия. — Он хорошо поработал.

— Я тебе говорил.

— И взял недорого.

— И это говорил тоже.

— Пытался, по крайней мере, — поправила его Кизия, выгнув бровь. — А я так даже не хотела слушать.

Шкаф вдохнул ее возбуждающий запах. Он судорожно сглотнул, переступив с ноги на ногу.

— Мы всего лишь заботились о твоих интересах.

— Нет. — Его спутница покачала головой. При виде этого жеста у Шкафа комок подступил к горлу. Он не мог глаз отвести от ее длинной, стройной шеи. — По‑моему, ты делал это в одиночку. А я вела себя, как…

— Как независимая женщина? — перебил ее Шкаф. Он понял, что она собирается извиниться, и ценил это, но не нуждался в ее извинениях. Кроме того, он не хотел, чтобы она переживала из-за такой мелочи.

Кизия склонила голову, сбитая с толку его высказыванием.

— Что-то вроде.

— Я ничего не имею против независимых женщин, киска.

— Да?

— Ага. Обеими руками за. — Шкаф помолчал секунду и добавил, — В разумных пределах.

Поначалу казалось, Кизия приняла его слова всерьез. Но затем на ее пухлых губах вспыхнула лукавая улыбка. У Шкафа голова пошла кругом.

— И что же это за пределы, братец Рэндалл? — медовым голоском поинтересовалась Кизия. Она вскинула подбородок, в ее глазах светился чисто женский вызов.

— Ну… — Шкаф притворился, что обдумывает ответ. Его переполняло возбуждение. Можно было только порадоваться, что сегодня он надел не слишком узкие джинсы. — Если ты независимо положишь руки мне на плечи…

— Вот так?

— Ага.

— Не слишком независимо для тебя?

— Не-а.

— А что если я… независимо… придвинусь поближе?

Соски Кизии скользнули по его груди. Она сопроводила это движение легким покачиванием бедер, от чего у Шкафа дыхание застряло в горле. Он обнял ее за талию, не зная, привлечь ее ближе или пока повременить.

— Мы еще не достигли предела? — притворно испуганным голосом спросила Кизия.

Шкаф моргнул, его затуманенные мозги отказывались понимать смысл вопроса.

— Какого предела, малыш?

Кизию позабавило его смущение. Он чувствовал это. Ощущение своей власти над ним доставляло ей удовольствие. Его это тоже радовало. Ведь тот факт, что она наконец взяла на себя роль соблазнительницы, означает, что она преодолела психологические последствия своего брака с Тайреллом Бэбкоком.

— Предела, за которым ты перестаешь ценить независимость в женщинах.

— А. — Шкаф привлек Кизию чуть ближе. Заметил, что она дрожит. Его охватил прилив страсти. Чувство было на удивление сильным. — До него еще далеко.

— Ты… уверен?

— Гм. — Шкаф очень нежно погладил ее по спине. Он не хотел просто обладать ею. Ему хотелось, чтобы она сама сделала первый шаг к сближению, чтобы разделила с ним удовольствие.

— Значит, ничего плохого не случится, если я чуть-чуть наклоню твою голову…

Ах.

— …и встану на цыпочки…

Ах, да.

— …и тогда…

Ах, да. Пожалуйста.

Их губы встретились. Слились.

Оба застонали.

Рот Кизии приоткрылся. Язык Шкафа проскользнул между ее зубов и затрепетал в медленном, волнующем танце. Вкус мяты свидетельствовал о том, что она заранее подготовилась к этому поцелую. Шкафу приятно было узнать об этом.

Она наклонила голову. Их поцелуй делался более крепким. Более страстным. Медленный, волнующий танец стал откровенно сексуальным.

— Ммм… — выдохнула Кизия, когда они наконец разжали объятия. Она пробежалась розовым язычком по пухлой верхней губе, словно слизывая запах Шкафа. У него все сжалось внутри. Джинсы внезапно перестали быть просторными, и грубая ткань врезалась в тело.

— Кизия, — прошептал он.

Она протянула руку и погладила кончиками пальцев его усы точно так же, как сделала это шесть недель назад на пороге своей квартиры. Затем бережно коснулась его губ. Шкаф не удержался, чтобы не лизнуть ее ладонь.

— Быть может, моя женская независимость заходит слишком далеко, — пробормотала Кизия. Ее глаза пылали жаром, словно полуденное солнце. — Но я хочу сказать, что ты прекрасно целуешься, Ральф Букер Рэндалл.

Шкаф рассмеялся.

— Я еще не то умею, киска, — похвастался он.

Но только не на автостоянке у ресторана.

И не с независимой женщиной-пожарным, у которой в семь утра начинается смена.

Звонок раздался сразу, как только Кизия вошла в квартиру. Она бросилась к телефону, едва не наступив на Шабаз. Хотя кошке и не следовало путаться под ногами, Кизия почувствовала себя виноватой. После поцелуя со Шкафом она была, как пьяная. Даже ноги заплетались.

— Алло? — сказала она в трубку.

— Привет, Кизия.

У нее подкосились колени. Она прислонилась к стене, чувствуя, как пылает лицо. Шабаз с мяуканьем гоняла по полу набивную мышку.

— Проверяешь меня, Шкаф? — спросила Кизия через мгновение, отфутболив игрушку в сторону.

— Я бы не осмелился.

— Тогда зачем звонишь?

— Хотя бы затем, чтобы сказать, как мне было хорошо с тобой.

— Гм. — Кизия не хотела, чтобы он догадался по голосу о ее улыбке. Незачем давать мужчине лишний повод для зазнайства.

Шабаз с воплями носилась кругами у ее ног.

— Что ж, — продолжил Шкаф. — Мне интересно, как такая независимая женщина, как ты, воспримет предложение встретиться послезавтра, а не через два дня, как договаривались.

Кизия растерянно моргнула.

— Ты имеешь в виду… среду?

— Ага.

— Но разве ты не будешь работать?

— Нет. Мне на автоответчик скинули сообщение, что на время расписание изменилось. Там какие-то проблемы с персоналом.

Кизия вертела в руках телефонный провод. Ее пальцы слегка дрожали.

— То есть… ты будешь работать в третьей смене?

— Ага.

— Со мной.

— Вот именно.

— И без всяких сверхурочных?

— Ага. Я распрощался с первой сменой на целый месяц.

— И ты хочешь, чтобы мы встретились в среду вместо четверга.

Наступила долгая пауза. Затем Шкаф решительно произнес:

— В четверг тоже можно, киска.

— Ясно.

— Я подумал, что ты могла бы придти ко мне, и я угостил бы тебя ребрышками по папиному рецепту.

Она рассмеялась.

— Ты мне уже обещал это.

— Я всегда выполняю свои обещания.

Его ответ был похож на шутку, но Кизия знала, что это чистая правда.

Ты можешь доверять ему, — прошептал ее внутренний голос. Нечто похожее она уже слышала шесть недель назад.

Знаю, — подумала она. — Знаю… и доверяю.

— Кизия?

Она выпрямилась. Пьянящее чувство возбуждения сменилось искренней радостью. Голова перестала кружиться. Но зато впервые за долгое, долгое время на сердце у нее полегчало.

— Можно, я принесу с собой сладости? — спросила она.

В трубке раздался смех. Этот звук пробуждал в Кизии приятное чувство предвкушения. Она поднесла руку к груди. Ее соски затвердели. Сердце билось, как сумасшедшее.

— Можешь приносить все, что хочешь, Кизия Лоррейн.

Пятая глава

Дзынь!

Шкаф проснулся, как от толчка, почти моментально перейдя от глубокого сна к полному пробуждению. И сразу же понял две вещи.

Во-первых, он лежал дома на собственной кровати, а вовсе не в койке на пожарной станции.

Во-вторых, ему снился сон.

Яркий.

Эротический.

Со всеми вытекающими последствиями.

Дзынь!

Шкаф перевернулся на бок и снял трубку. На электронных часах, стоящих рядом с телефоном, было без двух минут одиннадцать.

— Алло? — сказал он, решив не обнадеживаться раньше времени.

Ответа не было.

Он откашлялся и попробовал снова.

— Алло?

— Ральф?

13
{"b":"2421","o":1}