ЛитМир - Электронная Библиотека

Внутри Осипова все оборвалось. Мысли лихорадочно заметались, причем, кроме своих мыслей в голове у инженера явно начали крутиться и чужие. Медленные, тягучие, словно капли меда. Воевода сердится. Это очень плохо. Воевода хоть и тупой, как кирка Последнего, но очень преданный. Надо отдать вора воеводе. А лучше казнить. Да, казнить. Пусть все видят, как я страшен в гневе. А потом пообедать. Или пообедать, а потом казнить. Нет, лучше пообедать до казни, а потом и после нее…

Осипов с силой потряс головой, разрывая липкую паутину чужого мышления. Нет. Таких советов ему не надо. Над ухом раздался едва слышный, вкрадчивый голос мага:

– Коля, вора в темницу под замок. Потом с ним разберемся. А сейчас нам нужно втроем обсудить сложившуюся ситуацию. Распорядись, чтобы хоть пару часов нас не трогали. И еще. Советую провести первое заседание в моих покоях. Я там такую защиту наворотил, ни одна живая душа ничего услышать не сможет, – и после небольшой паузы Павел Анисимович с некоторым удивлением добавил: – Впрочем, и неживая тоже.

Через весьма непродолжительное время три руководителя королевства уединились в большой, ярко освещенной комнате, служившей магу именно для проведения деликатных переговоров. А народ, по случаю праздника почти полным составом собравшийся в столице, получил наконец порцию самых свежих слухов из замка. Первоначальное оцепенение, вызванное столь неожиданным появлением Владыки, прошло, и жизнелюбивые гномы с громадным удовольствием начали активно обсуждать новости. И что верховный маг теперь обладает невероятными способностями, разбрасывает огненные шары почем зря, прожигая при этом в стенах чудовищные дыры. И что воевода может видеть то, что происходит у него за спиной. И что король набрался такой мудрости, что выражается исключительно незнакомыми, очень уж заковыристыми словами.

Как обычно в таких случаях, слухи моментально обрастали невероятными подробностями, и вот уже нашлись непосредственные очевидцы событий, которые собственными глазами наблюдали, как верховный маг одним заклинанием полностью разрушил стену замка. То, что обветшалая, но вполне целая стена стояла прямо за спиной свидетеля столь эпохального события, мало кого волновало. Народ жадно впитывал каждую новость из замка и потихоньку начинал строить свои версии относительно дальнейших действий короля. Некоторые гномы, особенно из числа умудренных жизнью старших артельщиков, собирались небольшими кучками, о чем-то шептались и расходились, задумчиво теребя бороды. Никто еще ничего не знал, но на многочисленных площадях, в туннелях и переходах города все явственнее раздавалась фраза «Что-то будет».

Три человека неподвижно сидели в деревянных креслах и молча смотрели на отбойный молоток марки «МО-2К2». Он горделиво лежал на большом каменном, идеально отполированном столе в окружении металлических кубков весьма незамысловатой формы. По сравнению с кубками «малыш» выглядел чудом дизайна и безудержным полетом инженерной мысли. Первым напряженное молчание прервал Павел Анисимович; упершись руками в стол, он начал речь чрезвычайно деловым тоном:

– Итак, у нас первый раз за сегодняшний день выдался шанс спокойно поговорить. Тем более у нас накопились некоторые нерешенные вопросы, требующие совместного обсуждения и определенной координации действий, – в недавнем прошлом оформитель, а ныне верховный маг внезапно замолчал и неожиданно с явной горечью в голосе закончил фразу: – Проклятье! День так хорошо начинался и так паршиво заканчивается…

Звякнув доспехами, Шипулин вскочил из кресла:

– Ну, это кому как. У нас как бы все наоборот получилось!

Нагибин раздраженно взмахнул рукой:

– На самом деле у вас все точно так же, как и у меня. Просто вы еще этого не осознаете. Впрочем, сейчас не до сантиментов. Так, – голос мага снова зазвенел официозом. – Для начала кратко описываю то, во что мы вляпалась. После утверждения договора между Старшими миров произошел переброс наших психоматриц в реципиентов… – увидев, как дернулся Шипулин, Павел Анисимович поспешно уточнил: – А если говорить по-простому, то всю нашу разумную составляющую вместе со всей памятью аккуратно перенесли в тела трех гномов. От их психоматриц остались лишь некоторые функции памяти, моторика и, возможно, самые сильные эмоции. Также на первоначальном этапе внедрения вероятны прорывы остатков чужого мыслительного процесса, но это очень скоро пройдет. На самом деле процедура подобного переноса довольно рутинна, ранее неоднократно проделанная не в одном мире. Теперь вопросы…

Словно прилежный ученик Осипов поднял руку и моментально выпалил:

– Я, конечно, дико извиняюсь, но надо что-то с этим делать. И делать немедленно. У меня такое ощущение, что я вот-вот просто помру от собственного веса. – Николай погладил свой огромный живот и тяжко вздохнул. – Пока от замка сюда дошел, весь потом изошел. Потом минут десять отдышаться не мог.

Нагибин сочувственно закивал:

– Это действительно проблема, и решать ее нам необходимо немедленно. Но сейчас я вам буду задавать вопросы, а не вы мне. Необходимо убедиться, что все нормально у вас с памятью и навыками носителей. Я буду спрашивать, а вы по очереди отвечать. Только быстро. Готовы? Тогда поехали.

Минут десять Осипов с Шипулиным рассказывали магу о том, как звали их матерей, какие важные события произошли в королевстве за последние десять лет, и тому подобную ерунду вроде единиц измерения длины и веса.

– Достаточно. С этим все в порядке. Память реципиентов функционирует отлично. – Павел Анисимович привычным жестом поправил несуществующие в этом мире очки на носу и продолжил. – Теперь пройдемся по эмоциям. Начнем с короля. Николай, сосредоточься и скажи, какие чувства или, может быть, ощущения, которые ты испытываешь в данный момент, не твои?

Осипов завозился в кресле, для чего выпучил глаза, в общем, изо всех сил показывал, как он сильно сосредоточился и старается определить чужие чувства. Внезапно взгляд Николая остекленел, а лицо начало приобретать насыщенный красный цвет. Маг с нескрываемым любопытством подскочил к Осипову, требовательно спросил:

– Ну что там? Вижу же – нашел! Говори скорее, это очень важно!

Николай в отчаянии закрыл лицо руками и лишь мычал сквозь ладони.

– Да говори же, инженер! – Шипулин крепко потряс короля за плечо. – Что ты мнешься! Это же для дела нужно.

С трудом оторвав ладони от лица, Николай чуть слышно прошептал:

– Я вожделею… сильно вожделею… Нет, не могу сказать. Стыдно.

– Кого? Кого ты там так сильно вожделеешь? – Павел Анисимович начал трясти Осипова за другое плечо. – Да говори же быстрее.

Бедняга король с болью посмотрел на Шипулина и еще больше покраснел. Воевода отскочил от короля словно ошпаренный:

– Нет! Только не это! Этого не может быть!

Осипов как-то бабски передернул плечами и непонимающе протянул:

– Андрюша! Что только не «это»? Ты чего вообще… – король вытянул вперед руки и медленно начал вставать из кресла, явно собираясь приблизиться вплотную к воеводе. Тот взвыл и отскочил назад:

– Не приближайся ко мне! – орал Шипулин, безуспешно шаря по пустому месту на поясе, где обычно висел его боевой топор. – Не подходи, а то я за себя не ручаюсь!

Наблюдавший за столь внезапно разыгравшейся перед его глазами эпической драмой маг с силой топнул ногой об пол и громогласно прорычал:

– Немедленно прекратить балаган! Что вы здесь устраиваете?

Павел Анисимович ловко вклинился между собеседниками и категоричным тоном обратился к королю:

– Быстро отвечай, что там у тебя за вожделение такое.

Осипов, явно пребывавший в сильном недоумении по поводу происходящего, шмыгнул носом и, уткнув взгляд в пол, с большим трудом произнес:

– Тут это… Как там его… Принцесса эльфийская из соседнего с нами королевства. Таниэлель. С белыми волосами которая. На голове у нее, в общем, они.

Лица мага и воеводы, словно по команде, приобрели крайне брезгливое выражение. Но совсем ненадолго. Нагибин нейтрально сжал губы, а на физиономии Шипулина появилась весьма понимающая улыбка. Сильно обрадованный таким поворотом сюжета Осипов ненадолго задумался, обвел присутствующих взглядом:

8
{"b":"242576","o":1}