ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Зеленский решил выложить все оставшиеся козыри на стол:

- А, знаете, почему вы тогда «уговорили» меня написать детективную историю? Просто я накануне начал от нечего делать читать бездарную книжонку в этом «жанре», написанную безликим автором, фамилию которого запоминать не обязательно, даже вредно. Просмотрев первые страницы, я только плевался и беззвучно матерился, но когда добрался до перла – «следователь уголовного розыска», - то захлопнул эту галиматью окончательно и бесповоротно.

Олег после этих слов взглянул на приятелей. Володя скривил губы в снисходительно-презрительной ухмылке, а подвижную физиономию доктора Гарика исказила гримаса, будто он по ошибке выпил вместо водки «крем-соду».

Олег продолжал:

- Не мне вам объяснять, что в голове этого бестолкового «писателя» отсутствует даже отдаленное представление о структуре правоохранительной системы. В уголовном розыске нет следователей, там служат сыщики вроде нашего Володи, они занимаются розыском преступников и улик. А следователь расследует уголовное дело, процессуально закрепляет доказательства вины. И функции того и другого четко определены законом.

Беда в том, что таких «детективщиков»-верхоглядов - хоть пруд пруди! Они ведь «воздух» (деньги) качают, а не литературным творчеством заняты. Я понимаю, что «пипл» все схавает», как предельно цинично выразился один наш телевизионный магнат, но готовить собственными руками отравленное пойло-хавку для несчастного «пипл,а» я не имею ни малейшего желания! И, вот, я тогда подумал, а почему бы ни попробовать написать простой, честный детектив? Без обязательных «наворотов» - страстей-мордастей, вызывающих учащенное сердцебиение и дрожь на клеточном уровне, но конкретно стерилизующих мозги.   

Гарик развел руками:

- Согласен, согласен! Но тогда это все равно не детектив!

- Да, что ты зацепился – «детектив», «не детектив!», - почти раздраженно проговорил сыскарь. - Если это так принципиально, то давайте под названием сделаем дописку – «не детективная повесть». Чтобы всем было понятно.   

     Июнь 2009 г.- январь 2010 г.

«НОГАЛА»

«Наше сердце работает, как новый мотор,

Мы в четырнадцать лет знаем все, что нам надо знать.

И мы будем делать все, что мы захотим,

Пока вы не угробили весь этот мир!

В нас еще до рожденья наделали дыр,

И где тот портной, что может их залатать?

Что с того, что мы немного «того»?

Что с того, что мы хотим танцевать?...»

«Мы хотим танцевать».
Виктор Цой и группа «Кино».

НОГАЛА

(короткая повесть)

Крупные тяжелые капли дождя упали с быстро темнеющего неба и заставили Ногалу отступить под навес автобусной остановки, которая продолжала называться так по традиции, ведь кроме «маршрутных такси» на ней больше ничто не останавливалось. Общественный транспорт давно приказал долго жить, а один-единственный городской автобус -  дребезжащий памятник «эпохи проклятого тоталитаризма» - экономные пенсионеры и льготники могли безуспешно дожидаться часами.

Дождевые капли несли на себе дыхание весны, плечи прохожих, истосковавшихся по теплу, непроизвольно расправлялись, хотелось дышать полной грудью. Несильные морозы, перемежаемые гнилой слякотью, изрядно всем надоели. Но наступавшая весна не радовала Ногалу.

По «прикиду» девушки безошибочно можно было определить род ее занятий. Черный лаковый плащ из тонкой кожи с укороченными рукавами плотно  облегал редкой лепки тело, пояс с продуманной небрежностью стягивал узкую талию, подчеркивая пышную грудь и крутой изгиб бедер; высокие ботфорты на  каблуках-шпильках, голенища которых на щиколотках  нарочито собраны в «гармошку». Соответственно наряду был выдержан и макияж - «боевая раскраска» Ногалы: темно-пунцовая губная помада с черным контуром, обильная тушь на ресницах, удлиненные почти до висков раскосые глаза. Завершали ансамбль крупные серьги и копна черно-рыжих мелированых волос. Все ярко, броско, вызывающе. Но врожденное чувство вкуса не позволяло превратиться одежде-униформе в образец кича, каким-то непостижимым образом Ногале удавалось балансировать на неуловимой грани, за которой находилось царство пошлости. Обычный прохожий просто видел эффектно, ультрамодно одетую девушку, которая, скорее всего, промышляет предосудительным, а, может быть, и нет. Все мы можем ошибаться, возможно, у нее такой экстравагантный стиль!  Даже «профессиональный», вульгарный макияж не мог сильно повредить облику Ногалы, окарикатурить безукоризненно вычерченный абрис ее лица; красоту, как говорят в народе, ничем не испортишь! Да, и большинство мужчин только делают вид, что они сторонники скромных манер, в глубине души их влечет к себе интригующая, порочная атмосфера ночного бульвара. Это только жена дома должна ходить в костюме Золушки: засаленном халате, стоптанных тапочках,  и обладать сдержанными повадками гувернантки.       

За ее спиной светились окна номеров гостиницы  - ее галеры, к которой она была прикована невидимыми, но от этого не менее прочными цепями. Ногала мельком взглянула на запястье, на миниатюрные часики со свободным браслетом, тяжко вздохнула и направилась к входным дверям гостиницы. Несмотря на тяжесть в душе, походка ее не утратила выработанных годами изящества и упругости, эротичное покачивание бедовыми бедрами заставляло лиц мужского пола столбенеть на месте или крутить головой на девяносто градусов, рискуя получить травму шейных позвонков. В крохотной сумочке вмещался весь необходимый набор для «ночной леди»: флакон духов, косметика, мизерное количество  денег, мобильный телефон, початая пачка “Salem”, зажигалка, несколько пачек презервативов и гели от различных придурей Венеры.

В вестибюле гостиницы бугаистый охранник Саша,  одетый в отглаженный костюм и свежую рубашку, с недовольной миной спросил:

- Где ты шляешься? Тебя уже спрашивали!

Саша, как и другие охранники, дежурившие посменно, кроме своей основной работы, выполнял и другую, не менее важную функцию – сутенера. Во второй ипостаси Александру и его коллегам приходилось хлопотать и трудиться даже больше, чем на основной, официальной должности, только пот успевай смахивать с лица! Его мобильник был забит номерами телефонов таксистов, нужных девочек, так как каждая из них могла потребоваться в любое время суток. Ближе к ночи, когда подваливал основной контингент «центровых гостиничных», ему приходилось распределять мобилизованные девичьи взводы по этажам, находить для привередливых клиентов «товар» соответственно запросам, строго следить за временем посещений и надлежащей оплатой услуг. Да, и чтобы девочки не утаивали от него часть заработка и «премиальных» за ударный труд, требовалась постоянная бдительность. Улаживать конфликтные ситуации, когда пьяные клиенты, например, отказывались платить, или начинали обижать «ночных внештатных сотрудниц», тоже приходилось нередко. Так, что служба непростая, нервная, требующая за вредность выдачу спецмолока или рюмки текилы. 

Охраннику-сутенеру причиталась значительная часть почасового гонорара проститутки, кроме того, свою долю должны были получать дежурный администратор и коридорные. Так что, непосредственно рядовым «эротического фронта» на руки оставалось не так уж и много. Паутиной предоставления плотских услад была опутана вся гостиница. Большую тайну составляла строго засекреченная информация; имел ли навар с этого разветвленного дерева, дающего золотые плоды, сам хозяин гостиницы, тучный вальяжный господин с благообразной плешью?  Так и хочется сказать: имел, имеет, и будет иметь, иначе какой он хозяин, но презумпция невиновности не позволяет нам этого сделать.

Суровость, с которой охранник встретил Ногалу, имела свои веские причины. Месяц назад она сильно проштрафилась, совершила «должностное» и уголовное преступление. Ногала и раньше по мелочам приворовывала у подпивших, заснувших клиентов, но всегда в меру. А тут ей попался «жирный кот», полковник из Москвы, приехавший в командировку трясти местное МВД.

17
{"b":"242650","o":1}