ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Прямо перед ней.

— В воду, — повторила она потрясенно.

Он поставил ее на землю, но не отпустил.

— Да. В воду. Ты пропустила тот момент, когда я сказал, что мы припарковались на полуострове?

— Вау, — прошептала она.

Оказывается, ночка становилась все хуже и хуже.

— Если я отпущу тебя, ты снова пустишься наутек?

Она покачала головой. Но она совсем не хотела, чтобы он ее отпускал.

Тем не менее, он отпустил.

— Тебе повезло, что ты не сломала ногу.

— Спасибо. — Она все еще стояла спиной к нему. — За то, что поймал меня. — Затем она добавила, — И за то, что навалял Райану. Мне следовало сразу тебя поблагодарить за это.

— О, тебе совсем не нужно меня за это благодарить. Ему повезло, что я покинул вечеринку в погоне за тобой.

От теплоты в его голосе у нее забегали мурашки. Она видела кровь на лице Райана.

Но она не испытывала такого праведного негодования, как в тот раз, когда он дрался в школьном коридоре. Единственное, что ее волновало, школьные документы и моральные страдания.

Конечно, она не знала, что планировал Райан и за что еще ему заплатила Тэйлор, но она была не настолько наивна, чтобы не отдавать себе отчета в том, что Райан вряд ли остановился бы на достигнутом.

— Замерзла? — спросил Габриэль. Он не отступил назад, но он был и не настолько близко, чтобы она могла прикоснуться к нему. — У меня есть флисовый плед в машине.

Лэйни покачала головой и отвернулась на огни. Ей было интересно, думает ли он о ее шрамах. Впервые она поняла, что значит игнорировать проблему, которая давно существует. Она всегда думала, что тот пожар был самым ужасным, что вообще может произойти в жизни. А потом Габриэль выбил почву из-под ее ног тем, что рассказал, что его родители погибли в пожаре. Почему-то это одновременно заставило ее себя почувствовать себя неловко и привело в бешенство.

— Ты знаешь, — сказал он тихо, — тебе не надо продолжать убегать от меня.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Но она понимала.

— Я мог влезть в драку, но ты убегала.

У Лэйни закружилась голова. Легкий свет от звезд рисовал тени на его лице, и она была благодарна темноте.

— Ты не прав. — Она шагнула к нему и легко толкнула его в грудь.— Ты убежал от меня тогда в лесу.

Он отодвинул ее руку.

— Да, после того, как ты оттолкнула меня.

Он был слишком близко, и от этого перехватывало дыхание. Она пробормотала:

— Я не понимаю, что ты...

Габриэль поцеловал ее.

Слава Богу, его руки были рядом, и он поймал ее за плечи, потому что ее ноги слишком ослабли, чтобы держать ее. Она ощутила вкус кофе и сладкой карамели. Ей всегда казалось, что он будет грубым, но все было не так. Он был нежным, осторожным, его губы касались ее так, что у нее вырвался легкий хрип, и ей захотелось прижаться к нему ближе.

Ооо. Так вот почему столько разговоров про поцелуи.

Его руки скользнули по ее плечам к ее лицу, его пальцы зарылись в ее волосы. Его поцелуй стал более настойчивым, раздвигал ее губы.

В момент, когда его язык коснулся ее губ, она почувствовала, что не может больше дышать, и поняла, что ее ноги больше не слушаются.

Но затем Габриэль отступил, оставив руки на ее плечах. Она стояла, дрожа посреди тропинки, и ветер, что шел от воды, кружил вокруг них.

— Извини. — Его голос был резкий, немного пристыженный. — Я не собирался... после того, что сделал этот придурок.

Она покачала головой.

— Нет, все нормально.

— Мне следовало подождать.

— Я рада, что ты не стал.

Ее дыхание сбилось, и в тот момент, когда слова сами вылетели из ее рта, она почувствовала, как запылали ее щеки.

Но он улыбался.

— Да?

Она не могла шевельнуться. В этот момент она осознала, что он был прав насчет бегства. Она хотела убежать, пока не стало слишком поздно, пока он не занял достаточно места в ее сердце.

Он подошел так близко, что она смогла увидеть его глаза. Улыбка исчезла.

— Ты хочешь, чтобы я позволил тебе уйти?

Нет. Никогда.

Она закрыла глаза и кивнула.

Он замешкался в нерешительности.

— Я думаю, ты врешь.

Так и было. Но в каком таком причудливом мире такой парень, как Габриэль Меррик, будет стоять с ней в темноте на берегу, целоваться и делиться секретами.

Он снова подошел ближе, сократив пространство между ними, пока его тело не прикоснулось к ее. Она не могла дышать.

— Ты хочешь, чтобы я позволил тебе уйти?

Она сглотнула.

— Нет.

Он опустил голову и провел губами по краю ее подбородка, и тепло его дыхания заставило ее задрожать и потянуться ближе к нему. Его руки скользнули вниз, с ее плеч на талию.

Она замерла и схватила его за запястья.

Он остановился и тихо спросил.

— Тебе больно?

Лэйни покачала головой, чувствуя, как горят ее щеки, причем из-за абсолютно разных причин. Она все еще слышала голос Райана. Она вся изуродована.

Боже, она ненавидела его. Их. Каждого.

Не плакать. Не плакать!

Но эмоции переполняли ее, и она едва ли могла их сдерживать. Она даже не поняла, что Габриэль повел ее по тропинке, пока не почувствовала, что ее коленки уперлись в какие-то доски, и он произнес:

— Садись.

Скамейка. Она села. Доски по ощущениям были грубыми, но крепкими. Слезы остановились, и она прошептала короткую молитву в знак благодарности.

— Наверное, тебе пора отвезти меня домой, — сказала она.

Он протянул руку, чтобы убрать прядку волос с ее лица, и это было так приятно, что ей захотелось поймать его руку и удержать ее там. Но она не стала этого делать.

—Ты, правда, хочешь, чтоб я тебя отвез? — спросил он.

Нет, она не хотела. Она покачала головой и отвела взгляд на темную воду.

Он подвинулся ближе.

— Хочешь еще поиграть в правду и поступки?

Поступок: Я хочу, чтобы ты поцеловал меня еще раз также нежно.

— Правда, — сказала она.

— Правда. Хммм… — Он прикоснулся большим пальцем к уголку ее рта, затем провел по губам, по щеке, и подвинулся, чтобы поцеловать изгиб ее ушка. — Кто лучше целуется? Я или эта задница Стейси?

Это было так неожиданно, что она внезапно засмеялась.

— Ты. Угу, он был слюнявый и…

— Хорошо, хорошо, избавь меня от подробностей. — Он сделал паузу. — Правда.

Она всхлипнула.

— Ты думаешь, я чокнутая?

— Нет. — Он теребил краешек ее водолазки и водил пальцами вокруг шеи так, что она пожалела, что не наплевала на шрамы и не носила майки.

Но затем она снова поймала его руку.

— А тебя не беспокоит это?

— Беспокоит что?

Гнев заставил ее вжаться в скамейку, она была готова дать волю ярости, которую ей следовало бы направить на того засранца у бассейна.

— Что я вся изуродована?

— Я считаю, что ты очень красивая, — сказал он. — Я хотел поцеловать тебя с того самого дня, когда ты исправила мой тест, когда ты налетела на меня в коридоре.

Она убрала его руку.

— Нет. Не хотел.

— Да. Я хотел. Я даже не рассказал Нику про тебя, а я ему все рассказываю. — Он сделал паузу и его голос стал очень тихим. — Почти все.

Лэйни изучала его лицо в темноте. Утром он сказал ей, что он и его брат не разговаривают. Ей было интересно, что же произошло между ними.

Но в его голосе она чувствовала предупреждение, что здесь надо быть аккуратной. Если она спросит, он может не ответить ей, и этот хрупкий мирок доверия может разрушиться. Все вернется на круги своя.

Но она не хотела возвращаться назад. Не сейчас.

— Я никогда никому не рассказывала. — Она сделала глубокий вдох. — Я никогда никому не рассказывала ничего из этого.

Снова все стало хрупким. Она смотрела на него в темноте, желая сделать некий финальный прыжок, но, не будучи уверенной в том, что он поймает ее.

И тут, как тогда, когда она чуть не спрыгнула в воду, и он поймал ее, он тихонько прошептал:

— Я сохраню твои секреты.

40
{"b":"242663","o":1}