ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
* * *

Гостем Леонида в этот солнечный весенний день был Агафон, сын Полиместора, спартанец очень древнего рода, отмеченного в прошлом славными воинскими доблестями. С Агафоном Леонид был дружен с самого детства. Поэтому именно ему царь поручил дело необычайно опасное: под видом торговца проникнуть в Аргос и разведать, в каком состоянии ныне находится войско.

Агафон провёл в Аргосе без малого месяц и сумел раздобыть нужные сведения. Кое-что ему удалось увидеть даже своими глазами.

Послушать Агафона пришли также Клеомброт и Сперхий, муж Дафны. Пожаловали двое преданных друзей Леонида, военачальники Пантей и Эвенет.

Среди гостей в это утро был и Леарх, который благодаря усилиям своей сестры и матери стал на днях «младшим возлюбленным» мужа Горго. Леарх, в душе более тяготевший к Леотихиду, не стал противиться воле матери и почти каждый день приходил домой к Леониду, чтобы слушать его беседы с родственниками, друзьями и просто просителями, дабы обрести со временем умение сочетать в своей речи краткость содержания и глубину смысла.

В Спарте не любили длинных пространных речей и старались избегать пустопорожней болтовни. Юношей и девушек здесь приучали к тому, чтобы они сначала думали, а потом говорили, — по возможности кратко.

Когда Леонид обедал дома, а не в кругу сотрапезников в доме сисситий, то Леарх непременно сидел у него за столом, где обязательно велись беседы о доблести, скромности и добродетельных поступках. К себе на обед Леонид обычно приглашал тех граждан, которые были известны в Спарте как люди честные и добродетельные.

Вот и сегодня собравшиеся гости слушали рассказ Агафона перед тем, как перейти к утренней трапезе. В соседней комнате рабы заканчивали накрывать на стол.

Дафна, пришедшая навестить Горго, вдруг зашла в мужской мегарон и поманила к себе Леарха из-за дверной занавески. Леарх нехотя вышел в коридор, ведущий в поварню. Он решил, что у Дафны к нему какое-то срочное дело. Она же, ухватив брата за руку, увлекла его за собой в женский мегарон.

Во внутреннем дворике Леарх сердито высвободил свою руку из цепких пальцев сестры.

   — В чём дело? Куда ты меня тащишь?

   — К Горго, куда же ещё, — раздражённо ответила Дафна, вновь схватив брата за руку. — Она соскучилась по тебе. Ты не виделся с нею три дня! Это никуда не годится.

   — Я обязательно навещу Горго, но не сейчас, — взмолился Леарх. — Я хочу послушать Агафона. Скажи ей, что...

   — Никаких отговорок, братец! — Дафна была неумолима. — Я обещала Горго привести тебя к ней и сделаю это. А то, что Агафон занимает своими россказнями Леонида и остальных его гостей, так это нам только на руку. Вернее, вам. Никто не помешает обниматься и целоваться. Идём неё!

Дафна рванула брата за руку и потащила дальше за собой. В ней чувствовалась немалая сила, хотя она была стройна и женственна на вид.

Леарх подчинился, понимая, что сестру ему не переспорить. Пользуясь возрастным старшинством, Дафна всегда главенствовала над младшим братом, это повелось ещё с детских лет.

Горго изнывала, не видя Леарха, как только может изнывать женщина, все мысли которой изо дня в день заняты любимым человеком. Каждый день разлуки с Леархом казался пыткой: она ничем не могла занять себя, как ни старалась. Леарх и всё, связанное с ним, было для чувствительной Горго единственной отрадой и жизни. Потому-то в последнее время она заметно отдалилась от всех своих подруг кроме Дафны, которой Горго частенько поручала приглядывать за братом и доносить, чем он бывает занят, с кем дружит, к кому ходит в гости. Даже маленький сын гораздо меньше занимал мысли Горго, нежели возлюбленный. Плистарх очень походил на Леонида, а это не нравилось царице, и потому она была почти равнодушна к мальчику, вверив его заботам кормилицы.

Едва Дафна втолкнула недовольного Леарха в женские покои, как тот мигом оказался в объятиях поджидавшей его Горго. Не стесняясь Дафны, Горго стала покрывать поцелуями лицо своего возлюбленного и гладить его кудри. Эта исступлённая любвеобильность всё чаще стала раздражать Леарха, которому казалось, что его возлюбленная порой при посторонних людях выдаёт свои чувства взглядом или прикосновением руки. Наедине же с Леархом Горго и вовсе становилась безумной, настаивая, чтобы он поскорее овладел ею всё равно как.

Вот и теперь, не дав Леарху произнести ни слова, Горго быстро принялась раздеваться. Дафна деликатно отвернулась, встав у двери настороже.

Швырнув на пол пеплос и покрывало, Горго, оставшаяся в одних сандалиях, принялась стаскивать хитон с Леарха, исступлённым шёпотом твердя о том, как она истосковалась.

   — Ты с ума сошла! На мужской половине сидят Леонид, Клеомброт, муж Дафны... И ещё Агафон... — лепетал Леарх, оставшись без одежды, но не смея обнять Горго. — Мой внезапный уход может показаться им подозрительным. Я должен поскорее вернуться в мужской мегарон. Не сердись, Горго. Но так надо!

   — Конечно, дорогой, тебе необходимо вернуться, — говорила Горго, а сама тянула юношу в спальню. — Конечно, твоё долгое отсутствие может вызвать подозрения, поэтому тебе нужно сделать всё быстро, как ты это умеешь. Ну, давай же!

Горго улеглась на ложе и широко раздвинула свои белые холёные ноги. Вид нежных округлых бёдер, раскинутых в стороны, сделал своё дело. Отбросив колебания, Леарх тоже взобрался на ложе.

Руки его привычными движениями гладили бедра Горго, груди с маленькими сосками, мягкий живот. Леарх уже не думал, что в этом доме всего в каких-нибудь сорока шагах отсюда находятся Леонид, его брат и прочие гости.

В спальню вошла Дафна, чтобы поторопить любовников.

   — За тобой послали слугу, — сообщила она с беспокойством. — Я сказала, что ты сейчас придёшь: занят беседой с царицей.

Однако Горго, дорвавшаяся до ласк с самым желанным для неё мужчиной, не выразила совершенно никакого волнения.

Гладя его тело, она с восхищенной улыбкой обернулась к подруге:

   — Какой красавец! Какой атлет!

Дафна приблизилась вплотную к распростёртому на ложе Леарху и с нескрываемым удовольствием принялась ласкать пальцами его обнажённое тело, не слушая протестующих возгласов.

   — Как жаль, Леарх, что ты мой брат, — сказала она задумчиво. — А то бы я не уступила тебя никому.

   — Я думаю, ласки Гебы[96] между братом и сестрой вполне допустимы, — проговорила Горго, поощряя Дафну взглядом. — Смелее! Я разрешаю.

   — Дафна, не смей! — Леарх попытался подняться.

Горго навалилась всем телом ему на грудь, тем самым заставив подчиниться и этому её капризу...

Внезапно дверная занавеска колыхнулась, и в спальню вошёл Леонид.

Его появление и прозвучавшая насмешливая фраза: «Так вот чем вы тут занимаетесь!» — поразили всю троицу словно громом. Леарх покрылся мертвенной бледностью и стыдливо закрыл лицо руками. Дафна, наоборот, покраснела и, отскочив от ложа, не знала, куда девать глаза.

И только Горго без всякого смущения подняла с пола свой пеплос и стала одеваться, повернувшись к мужу спиной. При этом она тихонько мурлыкала себе под нос какую-то шутливую песенку.

   — Леарх, мы ждём тебя в трапезной, — строго сказал Леонид. — Поторопись, иначе ты пропустишь самое интересное в рассказе Агафона.

Не прибавив ни слова, царь ушёл. С его уходом в спальне наступила долгая гнетущая пауза, во время которой Горго продолжала приводить в порядок свой внешний вид, глядясь в бронзовое зеркало и поправляя растрепавшуюся причёску. Леарх, поднявшись с ложа, с каменным лицом теребил в руках свой хитон, Дафна стояла посреди комнаты и, поднеся к лицу свои растопыренные пальцы, потряхивала ими, словно не знала, куда их девать после всего случившегося. Лицо её было в красных пятнах от сильнейшего стыда и негодования на саму себя. Она кусала губы, беззвучно ими шевеля, как будто силилась что-то произнести и не могла. Взгляд был обращён в пол.

вернуться

96

Геба, богиня юности, стала женой Геракла после вознесения героя на Олимп. Поскольку ещё не окончился срок траура по умершему брату, Геба попросила Геракла не лишать её невинности в течение 40 дней. А чтобы смягчить время ожиданий, Геба все 40 дней ласкала Геракла ртом. С тех пор оральные ласки именуют «ласками Гебы».

30
{"b":"242710","o":1}