ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда они добрались наконец до пляжа, там еще никого не было, и, быстро раздевшись, они бросились в воду.

— Ты красиво плаваешь! — воскликнула Марина. — Как называется этот стиль?

— Это кроль, правда, его называют еще «вольный», а вот это… — Виктор стал вместе выбрасывать руки вперед, не поднимая их над водой, — это называется брасс, — выговорил он, едва приподнимая голову над водой.

— Ты красиво плаваешь! — снова воскликнула она. — Где ты так научился?

— Научил один старик, он живет на Волге…

— Старик?! — удивилась Марина. — Он что, бывший матрос?

— Нет, он бывший чемпион Украины по плаванию! — Виктору стало почему-то грустно. — Мы с мамой почти каждое лето хоть на неделю, но заезжаем к нему…

— Он что, ваш родственник?

— Нет… просто он очень любил папу…

Они немного помолчали. Марина почувствовала, что не следует ни о чем сейчас говорить, а Виктору было… просто было грустно.

Марина направилась к воде, и Виктор со странным волнением наблюдал за ее стройной фигуркой и грациозными, плавными движениями. Марина, словно почувствовав его взгляд, неожиданно рассмеялась, бросилась к нему и столкнула в воду…

— Ах, так! — воскликнул Виктор, выплевывая воду изо рта, затем легко подхватил ее на руки и хотел бросить в воду, но неожиданно по его телу пробежала стремительная волна! Словно мощный яростный заряд возник при соприкосновении его рук с прохладной кожей Марины! Она продолжала хохотать, а он крепко прижимал ее к себе… Резко оборвав смех, Марина нежно взглянула на Виктора, затем слабо попыталась оттолкнуться от него руками, а глаза… глаза, казалось, кричали на весь пляж, да что там пляж, на весь мир: «Милый! МИЛЫЙ!!!» Он стоял, держал ее, и ему хотелось, чтобы она всегда была на его руках! Боже, как прекрасно жить на земле! Хочу, чтобы Марина всегда была рядом! Хочу, чтобы…

— Вит, милый, на нас смотрят, — тихо прошептала Марина.

Виктор медленно вынес ее на берег и осторожно опустил на землю.

Они весь день загорали, купались и ни словом не касались этого мгновения, но и Виктор и Марина все время думали о нем, она с нежностью, он — с тревогой. Иногда, когда их руки случайно, а может быть и не случайно, соприкасались, оба вздрагивали и старались не смотреть друг на друга, но это продолжалось лишь мгновение, и вновь они словно забывали об этом… Солнце стало склоняться к горизонту, но все еще оставалось ярким и жгучим…

— Кажется, я совсем сгорел! — поморщился Виктор, надевая рубашку.

— Что, болит? — Она потрогала его спину. — Какая горячая! Я слышала, что в таких случаях нужно смазывать кефиром или сметаной!

— Послушай, давай ко мне пойдем, что-нибудь перекусим! Заодно и меня намажешь, а? — быстро проговорив это, Виктор опустил глаза и старался не смотреть на Марину.

— А как же мама? — смущенно спросила Марина.

— Ее сегодня и завтра не будет, она в командировке… — Марина немного подумала, будто взвешивая все, затем чмокнула его в губы:

— Хорошо, согласна, отметим твои победы и начало экзаменов… ведь встречаться-то теперь будем редко. Готовиться тебе нужно, — ласково добавила она, увидев его грустные глаза.

— Мариночка, милая, а я все никак не мог придумать, как тебе сказать об экзаменах. Да ты у меня просто молодчинка! — Он снова подхватил ее на руки, но тут же опустил на землю, услышав громкий смех каких-то юнцов…

С необъяснимым волнением Марина входила в квартиру Виктора, с любопытством осматривалась по сторонам, разглядывая стеллажи книг, которые занимали две стены, фотографии, висящие на стене, и все то, что окружало человека, лучше которого не было на всем земном шаре.

— Мариша, иди сюда! — позвал Виктор из кухни.

— Да здесь можно прокормить роту солдат в течение недели! — рассмеялась Марина, едва вошла на кухню и увидела гору продуктов, которую Виктор вытащил из холодильника. Затем, засучив рукава, она принялась хлопотать.

Было около семи часов, когда она позвала Виктора к столу, так как прогнала его из кухни, увидев, как он чистит картофель, и предложила заняться подготовкой к экзаменам. Войдя на кухню, он ахнул и начал перетаскивать все тарелки в большую комнату, и, когда все было на столе, Виктор торжественно извлек из серванта коричневую фарфоровую бутылочку и поставил посредине стола.

— Ой, «Черный бальзам»! — воскликнула Марина.

— Так ты уже пила его, — огорчился Виктор.

— Ну, что ты! Его привез однажды папа, а мне даже попробовать не дал: сказал, что его нужно пить только в лечебных целях, и пил только с кофе…

— А мы будем пить его просто так! За то, что мы вместе, чтобы нам было всегда хорошо вдвоем, и вообще — за все хорошее, за тебя!

Они подняли маленькие рюмочки, и Марина, зажмурившись, быстро выпила.

— Немного горьковато, но вкусно! — Неожиданно она рассмеялась. — Я ведь первый раз пью спиртное с желанием… А теперь я хочу выпить за тебя!

Она сама налила бальзам в рюмки… Вскоре они насытились, и Марина предложила потанцевать. Виктор включил радиолу, поставил какой-то медленный блюз. Когда Марина встала из-за стола, ее качнуло в сторону.

— Как голова кружится! — Она засмеялась и неожиданно обняла его за шею. Виктор внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал, сам обнял ее, и они начали танцевать. В голове Виктора стучала кровь, по телу бегали мурашки и такая накатывала на него нежность, что скажи Марина ему сейчас совершить что-нибудь сверхъестественное, то он, не задумываясь ни на мгновение, бросился бы исполнять ее желание. Да и с Мариной творилось то же самое. Предчувствуя неизбежное — горе или радость, она еще не поняла, — затаилась, готовая принять это неизбежное. Виктор обхватил ее голову руками, наклонился, и их губы соприкоснулись… Снова яростный разряд пронзил их насквозь, им показалось, что на них рушится весь мир, засыпая с ног до головы своими обломками… Рушились все связи, и ничего вокруг уже больше не существовало, а они, словно птицы, взметнули вверх, отрекаясь от всего, что мешало бы им наслаждаться друг другом… Но вдруг Виктора стремительно словно бросило на землю, так как его мозг, его мысли на миг стали как бы тормозами, амортизаторами. Он отстранил Марину и снова внимательно посмотрел на нее; молнией пронзило его мозг: перед ним стоял самый дорогой на свете человек, человек, без которого он не может даже представить себя ни на секунду, ни на один миг. И этот человечек был таким маленьким и беззащитным, что Виктор ощутил себя совершенно другим: он понял, что должен быть этому дорогому человечку той защитой, на которую можно совершенно слепо положиться. Марина, ничего не понимая, смотрела на него, и ее глаза, полные тревоги, ожидали ответа на вопрос, который не был задан, но настолько явно повис над Виктором, что он не выдержал и улыбнулся.

— Я люблю тебя! — сказал он, а потом повторил: — Я люблю тебя!

— Вит, милый, как я счастлива! Я люблю тебя сильнее всех на свете, даже… сильнее мамы… И знай, что никого в жизни я уже не полюблю… Никого!.. Ой, и влетит мне от бабушки! — воскликнула она, взглянув на часы, которые показывали четверть первого. — Ничего, что-нибудь придумаю. Еще часик побудем вместе, и тогда пойду…

Когда Марина вбежала в свой подъезд, Виктор долго еще стоял перед ним… Нельзя сказать, что это было первое увлечение, нет. В прошлом году, когда в их классе появилась новенькая — очень симпатичная девчонка с толстой косой, все мальчишки поголовно стали за ней ухлестывать, и получилось как-то само собой, что она оказала предпочтение именно Виктору. Нет, не потому, что он был самый симпатичный человек в классе, а может, потому, что он не стал за ней бегать, а может, и потому, что он был чемпионом, а это всегда льстило самолюбию девчонок: мол, видите, с чемпионом хожу! Но через несколько дней, когда они оказались вместе с ней в одной компании и случай оставил их наедине, то поцелуй, который был получен от нее, совершенно не взволновал его, и больше он с ней не встречался. А сейчас… сейчас было все по-другому. По-другому, а почему по-другому, сказать он не мог! Это его удивляло: Марина была не красивее той девушки, да и ростом ниже… Ему все никак не приходила в голову простая, извечная мысль — пришла НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ.

41
{"b":"242770","o":1}