ЛитМир - Электронная Библиотека

– Он вернулся в Вашингтон, – сказала Флоренс, стараясь говорить самым равнодушным тоном. – Ты разве забыл, что он уехал за день до гонок?

– Да нет, тогда он был еще здесь.

– Нет, Джордж, он уехал до гонок.

– Фьоренца, перестань нести чепуху. Он же смотрел эти гонки вместе с нами вот с этого самого режиссерского пульта.

– Нет, Джордж, ты ошибаешься. Он уехал домой днем раньше.

Тут вмешался Рик:

– Да здесь он был. Я помню.

Флоренс посмотрела на них обоих.

– Джордж, Рик, послушайте меня. Бобби уехал домой за день до гонок. Вы меня понимаете?

Они уставились на Флоренс. Наконец Джордж прошептал:

– О боже мой…

– Улыбайся, – сказала Флоренс.

В помещении находилось еще несколько техников.

– Я так и знал, что этим кончится.

– Мы не будем сейчас это обсуждать, Джордж.

– А нам теперь придется заметать его следы? Типичная цээрушная…

– Это был несчастный случай, Джордж, – сказала Флоренс.

Она так сильно старалась придать своему лицу незаинтересованное выражение, что оно выглядело, как после неудачной пластической операции.

– В задницу такие несчастные случаи.

– Джордж, я прошу тебя – заткнись. Мы обсудим это в другом месте и в другое время. А пока вам надо знать только одно – он уехал домой по какому-то семейному делу. За день до гонок. Если будут спрашивать, то кроме этого не говорите ни слова.

– Они всё узнают.

– Нет, не узнают. Все уже улажено. Просто сосредоточьтесь на своей работе.

– А раньше ты нам об этом рассказать не могла? – сказал Джордж уязвленным тоном.

– Я пыталась вас защитить.

– Ну спасибочки. Просто отлегло от сердца. Чувствую себя в полной безопасности.

С этими словами Джордж протопал к выходу.

– Извини меня, Рик.

– Это же Ближний Восток, – пожал он плечами. – Чего тут еще ожидать? Но послушай, если они начнут мне вырывать ногти, я им все расскажу. Лучше тебе сразу знать об этом.

– Я поняла.

Секунду спустя он добавил:

– А они… занимаются здесь такими вещами?

– Нет. Это одна из самых прогрессивных стран арабского региона. Беспошлинная торговля была придумана именно здесь.

Дверь в режиссерское помещение резко открылась, и вошла Лейла, которую сопровождали четверо весьма грозных на вид мужчин.

– Флоренс, куда ты пропала? Тебе уже лучше? Ты сильно осунулась.

– Это всего лишь простуда.

Флоренс покосилась на эскорт Лейлы, замерший в трех метрах позади нее. Лейла проследила за ее взглядом и объяснила:

– Приказ Газзи. Из-за этого убийства в гараже. Такое ощущение, что все вокруг внезапно впали в маразм.

– Удалось что-нибудь выяснить?

– Ты же знаешь – матарская полиция известна во всем мире своей некомпетентностью. Тут не бывает преступлений, и поэтому у них нет никакой практики. Портрет убийцы вроде составили, но там было темно.

– А им известно, чего хотел этот… – Флоренс заставила себя произнести следующее слово, – убийца?

– Малик уверяет, что это было неудачное покушение. А я лично даже представить себе не могу – зачем кому-то на него покушаться, если только… – Лейла заговорила чуть тише: – Если это нe был родственник одного из гонщиков, которых он подставил на трассе.

– Мне тоже такое приходило в голову, – сказала Флоренс в надежде дать развитие этой версии.

– Но в эфире об этом говорить нельзя.

– Конечно, – согласилась Флоренс. – Ни в коем случае нельзя. Малик как будто совсем изменился… после этого случая на гонках.

– Изменился – не то слово. Он вчера пришел во дворец и при всех начал поучать Газзи, цитируя Коран. Нет, ты можешь себе представить – Малик! Газзи все это не очень понравилось. Он сказал: «Мой дорогой брат, мне думается, ты сильно ударился головой об руль». Малик завелся еще больше и начал обвинять Газзи в том, что тот продает страну неверным. Так и сказал. Газзи чуть не лопнул от бешенства. Он приказал ему убираться из дворца. И теперь кое-кто из священнослужителей поднимает вокруг этого шум, призывая к паломничеству в гараж Малика. Чтобы прикоснуться к чудотворному автомобилю. Слушай, это же просто сцена из мыльной оперы на нашем канале. Один мулла даже вообще давным-давно никто ничего не провозглашал. Короче, Газзи вызвал его во дворец и показал ему, где раки зимуют.

– Лейла, – сказала Флоренс. – А что, если Малик задумал недоброе?

– В каком смысле?

– Быть может, он интригует против эмира?

Лейла внимательно посмотрела на Флоренс.

– Тебе что-то известно?

– Нет, но столь внезапная склонность к религии меня настораживает. И почему это вдруг муллы так забеспокоились? Они до сих пор не возникали.

– Газзи думает, что они просто хотят новые «мерседесы». Он уже проинструктировал имама, чтобы тот их приструнил, а то свой следующий хадж они проведут в пешем походе в Мекку. А что до Малика… кто его знает, может, он обрел своего Бога на финальном круге. Кому под силу разобраться в душе Малика? Да и кто захочет? Ты мне скажи лучше, готова ли последняя серия «Секир-Башки»? Так хочется посмотреть!

– Мы как раз обсуждали, умрет ли принцесса Махназ или Тафас успеет ее спасти. Ты как думаешь?

– Мне лично нравятся хэппи-энды, но, ты знаешь, это все мамино воспитание. Она любила читать Диккенса. А Бобби здесь?

– Бобби?

– Мистер Тибодо.

– Ему пришлось срочно вернуться в Штаты.

– Вот как? И когда?

– В начале этой недели, – сказала Флоренс, стараясь говорить небрежно.

– Жаль.

– Почему?

– Я хотела спросить его кое о чем.

– Возможно, он скоро будет мне звонить. Передать что-нибудь?

Лейла внимательно посмотрела на Флоренс.

– А он вернется?

– Ну конечно.

– Когда?

– Как только сможет.

– Понятно… Ну тогда я переговорю с ним сама, – сказала Лейла, изучая Флоренс таким проницательным взглядом, что у той по коже побежали мурашки.

Флоренс позвонила дяде Сэму по тому самому телефону, о котором Бобби сказал: «Использовать только в случае минометной атаки».

– Как дела у моей юной леди? Послушайте, мне ужасно нравится ваш этот новый фильм. Бьюсь об заклад, что Тафас успеет в последнюю минуту и спасет Фатиму.

– Махназ.

– У меня такое ощущение, что их всех зовут Фатима. Под этой чадрой разве разберешь.

– Вот с этим мы как раз и хотим бороться. Но вообще-то речь идет не о спасении Махназ. Вы уже пообщались с нашим другом?

– Да уж. Он объявился этим утром. Он сейчас… я вижу, мы говорим по надежной линии… он в Париже.

– В Париже?

– Выясняет кое-что интересное. К вам там в дверь по ночам еще не стучатся? Их полиция известна своей некомпетентностью.

– Нет. Но мне пришлось рассказать Джорджу и Рику. Да тут еще Лейла любопытствовала насчет отсутствия нашего друга.

– С ней надо ухо держать востро. Очень смекалистая девушка. Плоды британского образования. В общем, моя юная леди, держитесь там. На вас вся надежда. Дядюшка вами гордится. Не разговаривайте с незнакомцами. И вот этот вот телефончик держите всегда под рукой. Не забывайте – это ваша «Служба спасения».

Флоренс убрала телефон. После разговора с дядей Сэмом ей не стало легче. Жаль, конечно, что Бобби нет рядом, но если он найдет в Париже что-то полезное, значит все к лучшему.

Джордж где-то прятался и, очевидно, дулся на Флоренс, поэтому она решила найти Ренарда, который всегда умудрялся приободрить ее своей беззастенчивой алчностью и сногсшибательными проектами.

– Рик, – сказала она, – а кем ты в детстве мечтал быть?

Он оторвал взгляд от монитора.

– Ты имеешь в виду, всегда ли я хотел стать продажной пиар-тварью?

– Я этого не говорила.

– Боже мой, Фрэнзи, – он так называл ее, когда хотел передразнить Джорджа с его «Фьоренцей», – да я всю жизнь хотел помогать людям.

– Брось ты.

– Очень хорошо помню, когда мне было семь или восемь лет, я мечтал о том, чтобы помочь богатым владельцам цитрусовых плантаций во Флориде сократить налоги за счет владельцев тыквенных плантаций в Калифорнии.

25
{"b":"2433","o":1}