ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Мне всегда нравился вид, открывавшийся из окна моего кабинета. Я буду скучать по нему. Но и в Айдахо есть деревья. Даже получше, чем в Вашингтоне. Сколько же мучений выпало на мою долю после переезда в Вашингтон! А теперь меня охватило забытое ощущение покоя. Мне всегда казалось, что конец, когда он наступит, будет намного более горьким. Неожиданно я почувствовал, что не один в комнате.

– Мистер Вадлоу.

Это была Барбара. Я надеялся, что мы обойдемся без слез.

Отлично. Барбара сохраняла спокойствие. Меня всегда поражало, как она умеет себя держать в острой ситуации.

– Барбара, я понимаю, для вас это неожиданно, – произнес я, как мог, ласково.

Не особенно вдаваясь в подробности, я сказал ей, что, поскольку здесь не сложились условия для работы и нормальной жизни семьи, мы с Джоан решили покинуть Вашингтон и вернуться в Бойсе. Чтобы смягчить удар, я предложил ей работу, если она тоже захочет вернуться в Бойсе.

Барбара стала горячо благодарить меня. Мне было неловко ее слушать, поэтому я с улыбкой заметил, что не надо меня благодарить и что я буду рад работать с ней.

– Сэр, – сказала Барбара, – я останусь тут.

– Тут?

Она пояснила, что ей «предложили» работу заместительницы личного секретаря управляющего. В ответ на мой непроизнесенный вопрос, Барбара заявила, что уже с июля считала мою отставку делом времени и тогда же предприняла «некоторые меры», не желая расставаться с Белым домом.

– Ну да. Кто же еще знал?

– Только Маргарет (секретарша Ллеланда), мистер Фетлок, мистер Уитерс, мистер Ллеланд, конечно же. Мистер Цанг. Мистер Джаспер…

– Хватит.

Барбара спросила, не нужно ли мне чего-нибудь. Даже предавая, она проявляла заботу.

– Нет, – с трудом выдавил я из себя.

– Тогда я займусь докладной запиской?

– Барбара, это не докладная записка, – чуть не закричал я. – Это моя отставка!

– Да, сэр. Прекрасно написано.

Я вздохнул.

– Спасибо, Барбара.

– Полагаю, ее надо провести через мистера Ллеланда?

Это было невыносимо.

– Через мистера Ллеланда! К вашему сведению, с президентом я знаком двенадцать с половиной лет. Это наше с ним дело, и я не собираюсь мое личное письмо проводить через… этого человека!

Взяв себя в руки, я завершил беседу достойным образом, но, глядя на деревья на Южной лужайке, продолжал размышлять о том, что сталось с преданностью. Я вызвал Ху Цанга.

– Ху, – сказал я, сообщив о своем решении, – вы были достойным и знающим помощником. Если захотите ехать со мной в Бойсе, будете моей правой рукой в «Дьюи, Скруэм».

В растерянности поерзав на стуле, Ху сказал, что недостоин моей похвалы.

– Чепуха!

Я постарался утешить его, но понял, что нервозность моего помощника вызвана не только той причиной, которую я предполагал. Через несколько минут все встало на свои места. Ху признался, что принял предложение работать в АБУ (Административное и бюджетное управление).

Вот уж скандал так скандал!

– Неужели я последним узнаю о собственной отставке? – не выдержав, воскликнул я. – Неслыханно!

Ху стал извиняться и выглядел жалко.

– Забудьте, – сказал я. – Если дело во мне, то вы уже сегодня можете приступить к работе в АБУ. Идите. Идите!

Какие еще чудовищные сюрпризы поджидают меня сегодня, думал я. Неожиданно Южная лужайка вместо ухоженной и зеленой стала высохшей и блеклой.

Я проверил расписание президента. Ланч с Жаком Кусто. Совещание с ближайшим окружением – с двух до трех. (Эвфемизм, подразумевавший Ллеланда.) Сенаторы Доул, Хиллс, Гарн – с трех до трех тридцати. (Еще один малоэффективный проект «воссоединения» за чашкой кофе.)

Комиссия по задачам инфраструктуры – с трех тридцати пяти до трех сорока. С трех сорока до трех пятидесяти – Комиссия по подготовке перехода в новое тысячелетие. Совет национальной безопасности – с четырех до четырех пятнадцати. Это будет долго. С четырех тридцати до четырех сорока пяти – Федеральная резервная система. С четырех пятидесяти до четырех пятидесяти двух – фотосъемки, мисс Коннектикут. Что-то слишком много фотографий с королевами красоты в последнее время. С пяти до пяти тридцати – свободно. С пяти тридцати до пяти сорока пяти – Кутядиков, посол Советского Союза. В шесть ноль-ноль отъезд на прием, который устраивает Организация африканского единства, в шесть тридцать – возвращение в резиденцию.

Жуткое расписание. Ничего удивительного, что он не может сосредоточиться. Меня, скорее всего, он примет между мисс Коннектикут и советским послом. Нам надо многое обсудить. Может быть, он отменит посла – это приятнее, чем отменять мисс Коннектикут. Он ведь ценитель женщин.

Позвонила Барбара и сообщила, что со мной хочет поговорить политический обозреватель «Пост» Питер Нельсон.

– Что ему надо?

– Он хочет удостовериться в вашей отставке.

– Что?

Не веря собственным ушам, я попросил соединить меня с Питером.

– Питер! Что за чепуху тут городит моя секретарша? – прикинулся я удивленным.

Он ответил, что два «высокопоставленных» источника из Западного крыла уже сообщили, что президент принял мою отставку.

– Ну, мне неизвестны ваши источники. Однако я не собираюсь комментировать всякую небывальщину.

– Вы подтверждаете, что перешли в штат сотрудников миссис Такер?

– Прошу прощения?

– Вы переходите в контору первой леди?

– Первой леди?..

У меня перехватило дыхание. Когда я пришел в себя, то попросил журналиста впредь обращаться за информацией к мистеру Фили.

– Значит, я записываю, что вы не отрицаете и не подтверждаете?

– Послушайте, Питер, – едва сдерживаясь, проговорил я, – мне больше нечего вам сообщить. Вы ведь не собираетесь ловить меня на слове?

Я немедленно позвонил Фили и спросил, что происходит.

– Ага, – тоскливо произнес он. – Я слышал.

– Но ведь я отослал прошение всего час назад. Отставка еще не принята.

– Думаю, что принята.

– Неслыханно.

Фили постарался утешить меня, но у него были свои проблемы.

– Послушайте, я еще позвоню вам. Он только что наложил вето на проект Б-1Б, и там черт знает что творится.

Я все еще шипел что-то, когда зажегся зеленый огонек, и мне даже не пришло в голову отключиться от Фили.

– Что?

– Герб, дружище.

Это был президент.

– Да, здравствуйте, сэр.

– Приятно слышать ваш голос.

– Ну да, мне тоже приятно слышать ваш голос, сэр.

– Как у вас дела?

– Отлично, господин президент.

– Ну, и хорошо. Наверное, как всегда, очень заняты?

– Н-да, в общем…

– А я был очень занят.

– Понимаю…

– Как получилось, что мы больше не видимся?

– Да вот…

– Я соскучился, Герб.

– Я тоже, господин президент.

– Мне, правда, будет не хватать вас.

– Но…

– Я понимаю, Герб, здесь убийственный прессинг.

– Ничего, сэр.

– Конечно, жаль, что вы возвращаетесь в Айдахо. – Президент откашлялся. – Но ведь это не очень далеко. Не хочу, чтобы вы исчезли. Сообщайте о себе.

Я сказал, что постараюсь.

– И еще, Герб.

– Сэр?

– Не могу вам передать, что переживает Джесси. Как будто мир перевернулся.

– Господин президент, мне кажется, нам есть, о чем поговорить.

– Милости просим в любое время. Но сейчас мне пора уезжать. Не поверите, какой у меня напряженный график.

– Верю. Как насчет пяти часов? У вас окно между мисс Коннектикут и послом Кутядиковым.

– Я точно не знаю. Такие подробности, Герб, мне неизвестны. Справьтесь у тех, кто составляет график. Знаете, тут черт-те что творится после вашего ухода. Как дела комиссии?

– Какой комиссии?

– Ладно. Мне все-таки пора. Еще поговорим.

Наверное, я еще целую минуту не отрывал трубку от уха. Потом пришла Барбара. В голове у меня звенело.

Она стала перекладывать бумаги на столе.

– Барбара, я состоял в какой-нибудь комиссии последние два месяца?

– Нет, сэр.

– Вы уверены?

21
{"b":"2435","o":1}