ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Жертвы Плещеева озера
Преступный симбиоз
Код 93
Безбожно счастлив. Почему без религии нам жилось бы лучше
Охотник на вундерваффе
Таинственный портал
Благодарный позвоночник. Как навсегда избавить его от боли. Домашняя кинезиология
Ирландское сердце
Кто сказал, что ты не можешь? Ты – можешь!
Содержание  
A
A

Они подошли к нескольким закрытым дверям. Над ними горела неоновая табличка: МЯГКАЯ ПОСАДКА. Бад открыл одну из дверей. За ней оказалась небольшая комната, и Шиобэн заглянула внутрь. Там стояла кровать, которую можно было разложить, и тогда она стала бы двуспальной, стол, оборудование для связи. Имелась даже небольшая кабинка с душем и унитазом.

— Не гостиница, конечно, — посетовал Бад. — И обслуживания номеров тут тем более нет, — осторожно добавил он.

Вероятно, при этом сообщении какие-нибудь важные шишки закатывали скандалы и требовали пятизвездочных удобств, к коим они привыкли.

Шиобэн решительно заявила:

— Мне подойдет. Вот только… «Мягкая посадка» — что это значит?

— Это самые первые слова, произнесенные на Луне Олдрином*[6] в то самое мгновение, когда лунный модуль «Аполлона одиннадцать» коснулся поверхности планеты. Мы решили, что это вполне подходящее название для помещений, отведенных для наших гостей.

Бад подтолкнул ее смарт-кейс вперед. Оказавшись в комнате, кейс, по-видимому, решил, что его путешествие закончено, и раскрылся.

Бад сказал:

— Шиобэн, то совещание, о котором вы просили, я назначил на десять утра по местному времени. Все участники на месте — а главное, Мэнглс и Мартынов с Южного полюса.

— Благодарю вас.

— До этого времени располагайте собой, как пожелаете. Отдохните, если хотите. А мне пора совершить обход этого сарая. Буду рад, если вы составите мне компанию. — Он усмехнулся. — Я человек военный — привык к бессонным ночам. Кроме того, люблю все хорошенько осмотреть самолично, когда меня никто не отвлекает.

— На самом деле мне бы надо поработать.

Она виновато глянула на свой самораспаковывающийся багаж, на помятую одежду, которой следовало отвисеться, на свернутые рулонами софт-скрины. Но голова у нее уже и так была порядком набита всевозможными сведениями о Солнце и солнечных бурях.

Она внимательно посмотрела на Бада Тука. Он стоял, сложив руки за спиной, взгляд дружелюбный и спокойный. Простой, без знаков отличия, комбинезон обтягивал его квадратные плечи.

«Типичный служака, — подумала Шиобэн. — Таким и должен быть командующий лунной базой».

Но если она собиралась справиться с порученным заданием, то следовало заручиться его поддержкой.

И она решила войти к нему в доверие.

— Я ведь ничего не знаю о людях, которые здесь работают. Как они живут, о чем думают. Обход мог бы послужить для меня первым знакомством с базой.

Бад кивнул. Судя по всему, ее решение ему понравилось.

— Небольшая разведка перед боем никогда не повредит.

— Ну, я бы это так называть не стала…

И она попросила полковника выделить ей пятнадцать минут на то, чтобы разобрать вещи и освежиться.

Они быстро пошли по окружности купола.

В воздухе ощущался странный запах, напоминавший не то порох, не то горящие опавшие листья. Бад объяснил, что так пахнет лунная пыль, которой впервые за миллиард лет представилась возможность сгорать в присутствии кислорода, чем она теперь с превеликой радостью и занималась. Под куполом все было обустроено просто и функционально. Кое-где перегородки украшали любительские произведения искусства. На большинстве картин царствовал контраст между серым лунным цветом и розовым и зеленым земными.

Три купола базы «Клавиус» назывались «Артемида», «Селена» и «Геката».

— Греческие названия?

— Для древних греков Луна представляла собой триединство: Артемида отождествлялась с нарождающейся Луной, Селена — с полной, Геката — с убывающей. Этот купол, под которым расположено большинство жилых помещений, называется «Геката». Поскольку он половину дня погружен в сумерки, это название для него вполне подходит.

Помимо жилых помещений для двухсот человек «Геката» вмещала системы жизнеобеспечения и переработки, небольшую больницу, тренажерные и физкультурные залы и даже театр — открытую круглую площадку, обустроенную на основе, как утверждал Бад, небольшого лунного кратера.

— Тут у нас идут только любительские спектакли и концерты. Но как вы можете себе представить, они пользуются очень большой популярностью. Особенно балет.

Шиобэн вытаращила глаза от удивления.

— Балет?!

— Понимаю, понимаю. Вы этого никак не ожидали от служащих ВВС. Но вам непременно надо увидеть, как выглядит антраша при лунной силе притяжения. — Он пытливо взглянул на нее. — Шиобэн, вы, наверное, думаете, что мы тут живем, как в норе. Но это другой мир, он во всем другой — начиная с того, с какой силой он вцепляется в ваши кости. И люди здесь меняются. Особенно дети. Будет время — увидите.

— Надеюсь, будет.

По невысокому туннелю с непрозрачными стенками они перешли под купол, называемый «Селеной». Здесь было намного больше открытых пространств, чем в «Гекате», и основная часть крыши оказалась прозрачной, что позволяло проникать солнечному свету. На длинных лотках росли овощи: кресс-салат, капуста, морковь, зеленый горошек и даже картофель. Но росли они в жидкости. Лотки были соединены между собой трубами, слышались непрерывный гул вентиляторов и насосов и шипение увлажнителей.

«Совсем как огромная теплица», — подумала Шиобэн.

Иллюзии мешали только чернота неба над куполом и блеск жидкости там, где должна была бы находиться почва. Но многие лотки были пусты — ни овощей, ни питательного раствора.

— Значит, тут у вас гидропонная ферма, — сказала Шиобэн.

— Ага. И все мы здесь вегетарианцы. Если захотите поискать на Луне свинью, корову или курицу, искать придется очень долго. А вот в лоток я бы палец совать не стал.

— Не стали бы?

Бад показал на помидоры.

— Они растут на почти чистой моче. А вон тот горошек питается концентрированными экскрементами. Здесь немного припахивает, но на вкусе почти не отражается. И конечно, большинство растений генетически модифицированы. Тут здорово поработали русские. Они старались создавать растения, которые бы наиболее экономично вписывались в замкнутый жизненный цикл. Кроме того, растения должны быть приспособлены к специфическим местным условиям: низкой силе притяжения, невысоким давлению и температуре, особому облучению.

Когда Бад рассказывал о лунном фермерстве, акцент в его голосе ощущался сильнее.

«Парень из Айовы, — подумала Шиобэн, — давно оторванный от дома».

Она посмотрела на невинно выглядевшие растения.

— Но, наверное, некоторые все-таки брезгуют.

— Это проходит, — ответил Бад. — А если нет, надо улетать. Как бы то ни было, это лучше, чем в былое время, когда здесь выращивали только водоросли. Даже я с трудом пережевывал ярко-голубой гамбургер. И конечно, мы тут очень чувствительны ко всему, что происходит на Солнце.

Девятого июня, отчасти благодаря предупреждению Юджина Мэнглса, лунные колонисты сумели спрятаться в укрытиях и там пережили самое страшное время. Космические корабли и различные системы пострадали, но ни один человек не погиб. А эти опустевшие гидропонные грядки показывали, что некоторым из живых существ, сопровождавших людей, не так повезло.

Они пошли дальше.

Третий купол, «Артемида», был целиком отдан технике.

Бад с отцовской гордостью продемонстрировал Шиобэн выстроенные в ряд трансформаторы.

— Энергия Солнца, — объяснил он, — дармовая, в огромном количестве, и в небе — ни облачка.

— Насколько я понимаю, здесь каждые две недели месяца темно.

— Верно. В данное время мы зависим от аккумуляторов. Но мы собираемся построить мощные электростанции на полюсах, где большую часть месяца светит Солнце, и тогда не придется запасать энергию в таком количестве.

Они обошли по кругу около установки, собранной из примитивного, но не громоздкого химико-перерабатывающего оборудования.

— Лунные ресурсы, — объяснил Бад. — Мы получаем кислород из ильменита — минерала, который можно обнаружить в большинстве базальтов. Его надо только добыть, измельчить и нагреть. Мы пробуем производить стекло из этого же минерала. Еще можно получать алюминий из плагиоклаза — это минерал наподобие полевого шпата, который встречается в горах.

вернуться

6

Олдрин Эдвин (р. 1930) — астронавт США. Полет на «Джеми-ни-12» (1966). Первый в истории пилотируемый полет на Луну на «Аполлоне-11», выход на ее поверхность после Н. Армстронга (1969).

13
{"b":"2448","o":1}