ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Первенцы такое уже не раз видели. Вот почему людей следовало остановить.

Ими руководили самые лучшие, самые благородные побуждения, они действовали ради сохранения жизни во Вселенной на долгие времена. Первенцы даже заставили себя наблюдать; поступить иначе им не позволила бы совесть. Но и наблюдая, они понимали, что выбора у них нет. Они такое проделывали уже не раз.

Первенцы, отпрыски безжизненной Вселенной, более всего на свете ценили жизнь. Вселенная представлялась им заповедным лесом, а самих себя они считали лесничими, призванными оберегать этот заповедник. Но лесничим порой приходится производить отстрел.

Часть 5

Солнечная буря

39

Утренняя звезда

03. 00 (по лондонскому времени)

На Марсе, на Луне, на щите официально было принято хьюстонское время. Но на Марсе ритм собственной жизни легче было измерять марсианскими сутками.

В это роковое утро Хелена Умфравиль вела свой вездеход по холодной марсианской почве, и один маленький дисплей на приборной панели показывал ей другое время, универсальное астрономическое — среднее время по Гринвичу, на час меньше, чем в Лондоне. И когда время на этих часах приблизилось к двум после полуночи, незадолго до начала солнечной бури, Хелена сбавила скорость и остановила свой «Бигль», надела скафандр, выбралась из вездехода через люк и отошла в сторону.

В этой области Марса занимался рассвет. Хелена смотрела на поднимающееся Солнце. На горизонте небо приобрело медно-коричневую окраску. Солнце имело вид запыленного диска, разреженного за счет расстояния. Вокруг раскинулся звездный купол небес.

Обычная каменистая равнина, такая типичная для южных районов Марса. Хелена вновь стояла там, где прежде не ступала нога человека. Но сегодня утром Марс не имел значения в сравнении с тем грандиозным зрелищем, которое должно было разыграться в небе.

На поверхности Красной планеты не было заметно ни огонька. Маленькая база в Порте Лоуэлла, около места посадки «Авроры-1», осталась далеко позади, за ломаной линией горизонта. Участники экспедиции вырыли для себя убежище в марсианской почве, которое могло — только могло — уберечь их от самых страшных проявлений солнечной бури, чья ярость здесь, на Марсе, самую малость смягчалась за счет того, что эта планета находилась дальше от Солнца.

А Хелена стояла здесь — вдали от дома, от базы. Она замерла посреди неизвестности. И ей казалось, что у нее нет иного выбора, кроме как стоять здесь.

Ночью экипаж «Авроры» получил странные радиосигналы с небольших орбитальных спутников связи. Большей частью это были просто звуковые маячки, но были и голоса — человеческие голоса с сильным акцентом, едва различимые, просившие о помощи. Астронавты испытали чувство сродни тому, какое охватило Робинзона Крузо, когда тот увидел человеческий след на берегу своего острова. Вдруг оказалось, что они на Марсе не одни, что здесь есть кто-то еще и этот кто-то в беде.

Выбирать не приходилось. На этой пустой планете оказать кому-то помощь могли только члены экипажа «Авроры». Некоторые из точек, откуда поступили сигналы, располагались на дальней стороне планеты. С ними следовало подождать до возможности организовать серьезную вылазку с помощью орбитального шаттла «Авроры». Но три источника сигналов находились всего в нескольких сотнях километров, до них можно было вполне добраться на вездеходе.

Поэтому трое астронавтов, включая Хелену, отправились на вездеходах к источникам ближайших сигналов. Выехали ночью, по одному, в нарушение всех правил безопасности. Время поджимало.

Вот почему она теперь стояла здесь, посреди незнакомой пустыни, смотрела на огромное марсианское небо и слышала только тихое шелестение вентиляторов, вмонтированных внутрь ее скафандра.

Созвездия и здесь выглядели так же, как с Земли. Несмотря на то, что Хелена совершила долгое межпланетное путешествие, являвшееся почти пределом возможностей человечества, расстояние до звезд все равно оставалось несравнимо громадным. Но все же она пересекла Солнечную систему, и планеты отсюда смотрелись иначе. Оглянувшись через левое плечо, она увидела Юпитер — яркую звезду в созвездии Змееносца. Юпитер с Марса выглядел просто чудесно, и некоторые астронавты из экипажа «Авроры» утверждали, что в самом деле видят невооруженным глазом спутники этой планеты. На марсианском небе взошли три утренние звезды — Меркурий, Венера и Земля. Меркурий, делящий с Солнцем созвездие Водолея, почти целиком терялся в сиянии светила. Венера располагалась чуть правее от Солнца, в созвездии Рыб, и смотрелась не так великолепно, как с Земли.

А слева, в созвездии Козерога, находилась родная планета. Землю невозможно было не узнать — ослепительная жемчужина с голубым отливом. Человек с острым зрением разглядел бы и маленький коричневатый спутник рядом со своей родительницей — верную Луну. Так уж получилось, что сегодня все внутренние планеты оказались по ту же сторону от Солнца, что и Марс, — эти миры словно бы сбились в кучку, пытаясь уберечься от беды.

Хелена негромко произнесла несколько слов, и лицевая пластина ее гермошлема увеличила изображение. Луна и Земля стали видны четко, резко. В это утро они выглядели двумя зрелыми полумесяцами в идентичных фазах и были обращены к Солнцу, которое скоро предаст их. На Земле и на Луне люди сейчас отрывались от дел и смотрели в небо. Миллиарды взглядов были обращены в одну сторону, все ждали начала «обещанного спектакля». Несмотря на срочность спасательной операции, в такой момент Хелена могла находиться только здесь, под марсианским небом. Ощущая свое единение со всем человечеством, она затаила дыхание.

Послышался мелодичный звон часов. Это был сигнал будильника, выставленного Хеленой заранее точно на то мгновение, когда начнется буря.

На рассветном небе ничего не изменилось. Свет добирается от Солнца до Марса за тринадцать минут. Но Хелена понимала, что электромагнитная ярость бури уже выплеснулась в Солнечную систему.

Она еще несколько минут в скорбном молчании постояла на равнине, усыпанной марсианской пылью. А потом вернулась к вездеходу, чтобы продолжить путь.

40

Рассвет

03. 07 (по лондонскому времени)

Бисеза и Майра не могли уснуть. Они легли на пол в гостиной и крепко обнялись. За стенами слышались пьяные крики, звон бьющегося стекла, вой сирен. Время от времени слышался грохот, словно хлопали двери, — может быть, это были далекие взрывы.

Стоявшая на полу в подсвечнике свеча замерцала. Рядом лежало несколько фонариков с батарейками и еще кое-какие необходимые вещи: маленькая рация, аптечка первой помощи, газовая плитка и даже дрова — хотя камина в квартире не было. В других помещениях свет не горел. Бисеза повела себя так, как советовали власти, и выключила в квартире все электрическое и электронное. Мэр города назвала это «затемнением», и пусть определение было не совсем точным, но это слово прозвучало как еще одно эхо Второй мировой войны. Все же не оставили без электроснабжения системы кондиционирования, иначе в быстро наполняющейся смогом атмосфере под куполом у всех очень скоро ухудшилось бы самочувствие. И не смогли решиться отключить софт-уоллы — вероятно, потому, что незнание о происходящем могло оказаться хуже всего.

Но, судя по шуму на улицах, впечатление создавалось такое, будто все остальные не придали увещеваниям мэра большого значения.

Софт-уолл — экран размером во всю стену — все еще работал. Бисеза и Майра видели разрозненные сюжеты со всей планеты, сопровождаемые комментариями унылых «говорящих голов». На ночной стороне планеты некоторые города прятались под черными кругами куполов, а в других бушевали лихорадочные празднества или буйствовали мародеры. Другие изображения передавались с дневного полушария, где рассвета в полном смысле этого слова сегодня никто увидел, поскольку щит пропускал только малую долю солнечных лучей. Но все равно, по мере того как Солнце поднималось все выше, солнцепоклонники и гуляки плясали, окутанные призрачным светом.

59
{"b":"2448","o":1}