ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Простите, — сказала Филиппа. — Все это случилось так неожиданно, буквально за последние пару часов, а то и меньше. Мы постоянно готовимся к серьезным катастрофам, но сегодня справляемся с трудом. Такого не ожидал никто. Мы пытаемся встать на ноги.

— Объясните, чем я могу помочь.

Формально Филиппа звонила от имени лондонского Совета по чрезвычайным ситуациям. Эта межведомственная организация была создана в ответ на вспышку терроризма в самом начале двадцать первого века. Руководство советом осуществлял аппарат мэра города, в него входили представители городских служб экстренной помощи, транспорта, коммунального хозяйства, здравоохранения и местных властей. Существовала еще отдельная комиссия, осуществлявшая планирование мероприятий в условиях чрезвычайного положения. Эта комиссия была также подотчетна мэру. Над подобными городскими организациями стояли национальные агентства управления в чрезвычайных ситуациях, они были подотчетны кабинету министров.

Шиобэн давно знала о том, что большинство агентств такого сорта — сборище «говорящих голов». Истинная ответственность за реагирование на чрезвычайные ситуации лежала на полиции, а в данное время ключевой фигурой, державшей связь с мэром, был главный констебль.

«Так это делается в Британии, — размышляла Шиобэн. — Централизованное управление отсутствует, но система управления на местах отличается гибкостью и ответственностью и, как правило, срабатывает должным образом».

Но теперь, когда Британия была полностью интегрирована в Евразийский союз, существовало еще и Всесоюзное агентство кризисного управления, созданное по образу и подобию Федерального агентства США по кризисному управлению. Несколько лет назад именно оно направило лондонских пожарных на работы по ликвидации пожара на химическом заводе в Москве.

И вот сегодня всю сеть агентств, занимавшихся чрезвычайными ситуациями, лихорадило от плохих новостей. На Лондон обрушилось огромное количество связанных между собой проблем, о причине которых Шиобэн сначала не могла догадаться. Неожиданно все сразу начало разваливаться на части.

Самой насущной стала проблема отказа системы энергоснабжения. Филиппа буквально засыпала Шиобэн данными о том, в каких районах электричество отключилось совсем, а в каких — сильно упало напряжение тока, и сопровождала свой рассказ кадрами с мест событий. Подземный торговый центр на Брент-кросс. Освещение погасло, лифты и эскалаторы остановились, тысячи людей оказались, как в ловушке, в темноте, лишь кое-где нарушаемой красноватыми огоньками аварийного освещения.

Филиппа с искренним состраданием продолжала:

— Самый первый звонок мы сегодня получили от мужчины, который оказался запертым в своем гостиничном номере, когда закрылся электронный замок. Потом подобные звонки обрушились шквалом. Все транспортные системы отключились. Люди сидят в самолетах, остановившихся на середине взлетных полос. Другие томятся в самолетах, которые не могут совершить посадку. У нас пока нет статистики. Даже страшно подумать о том, сколько человек заперты в кабинах лифтов!

Причиной всему был сбой в работе энергоснабжения. Электроэнергия вырабатывалась на электростанциях, которые теперь были чаще всего атомными, ветряными, приливными. Сохранилось небольшое число тепловых электростанций, где сжигали уголь. Генераторы посылали реки электрического тока по проводящим кабелям с высоким напряжением — более ста тысяч вольт. Ток такого напряжения поступал на местные подстанции и трансформаторы, отсюда он передавался по другим линиям электропередач и, в конце концов, добирался до потребителей: в дома, офисы и на предприятия, имея напряжение всего в несколько сотен вольт.

— И теперь все это рушится, — поторопила Филиппу Шиобэн.

— Теперь все это рушится, — подтвердила та.

Филиппа показала Шиобэн снимок трансформатора — конструкции величиной с жилой дом. Трансформатор жутко сотрясался, стальные пластины в его сердцевине дребезжали и дрожали, а снаружи от него отваливались куски изоляции. Затем последовали кадры, на которых было видно, как линии электропередач провисают, дымятся. В тех местах, где провода прикасались к деревьям или еще к чему-то, вспыхивали искры, возникали дуги голубоватого пламени.

Филиппа сообщила, что это называется магнитострикцией.

— Инженеры понимают, что происходит. Но ГИТ сегодня намного выше тех показателей, которые они когда-либо видели.

— Филиппа, что такое «ГИТ»?

— Геомагнитно-индуцированный ток.

Филиппа посмотрела на Шиобэн с подозрением. Похоже, она не собиралась растолковывать значение этого термина и теперь гадала, уж не зря ли тратит свое драгоценное время.

— Мы находимся в самом эпицентре геомагнитной бури, профессор Макгоррэн. Буря очень мощная. Откуда она взялась — вот вопрос.

Геомагнитная буря. Ну конечно. Буря, прилетевшая с Солнца. Она же — причина красивых полярных сияний.

«Какая же я тупица», — мысленно выругала себя Шиобэн, у которой начинал потихоньку плавиться мозг от сгущавшейся в комнате жары.

Но элементарные знания физики уже возвращались к ней. Геомагнитная буря — колебания магнитного поля Земли. Эти колебания могли создать ток в линиях электропередач, представлявших собой всего-навсего длинные проводники. Индуцированный ток был прямым, а с электростанций в провода поступал переменный, поэтому система должна была очень быстро выйти из строя.

Филиппа сообщила:

— Энергетические компании выкручиваются как могут…

— Выкручиваются?

— Закупают электроэнергию где только можно. Прежде всего, у нас существует договор по взаимному обмену с Францией. Но у французов тоже проблемы.

— Но ведь система наверняка должна обладать каким-то запасом прочности, — заметила Шиобэн.

— Вы очень удивитесь, — вступил в разговор Тоби Питт, — на протяжении пятидесяти лет мы наращивали наши потребности в электроэнергии, но упорно не строили новых электростанций. Кроме того, имеют место рыночные движущие силы, заботящиеся о том, чтобы каждый компонент системы энергоснабжения выполнял требуемую от него работу — и при этом по минимальной цене.

Он кашлянул.

— Прошу прощения. Я сел на своего конька.

— Самое неприятное — это отказ систем кондиционирования воздуха, — мрачно проговорила Филиппа. — Ведь еще даже не полдень.

В этом году в середине лета в Британии стояла убийственная жара.

— Наверняка от такого пекла уже начали умирать люди, — ошеломленно сказала Шиобэн. Впервые она ощутила настоящий страх.

— Да, да, — подтвердила Филиппа. — Старики и маленькие дети — самые уязвимые. И мы не можем до них добраться. Мы даже не знаем, сколько уже жертв.

Несколько софт-скринов мигнули и погасли. Филиппа объяснила, что это — еще одно проявление тех проблем, с которыми сегодня столкнулся город: отказ всевозможных коммуникационных и электронных систем.

— Все дело в спутниках, — объясняла она. — Спутники связи, навигационные спутники, все прочие — они все выходят из строя. Даже наземные линии связи уже барахлят.

По мере того как отказывали глобальные электронные сети, начали отключаться и смарт-системы, установленные везде — от самолетов и автомобилей до одежды и даже человеческих тел. Тот бедолага, застрявший в номере гостиницы, стал только первой жертвой.

Торговля со скрежетом тормозила — выходили из строя электронные денежные системы. Шиобэн увидела на экране небольшую потасовку около автозаправочной станции, где неожиданно автоматы перестали реагировать на кредитные чипы-имплантаты. Уцелели пока только самые защищенные электронные сети — правительственные и военные системы. Шиобэн узнала от Филиппы о том, что здание Королевского общества связано с центральными городскими службами старинными оптоволоконными кабелями. Почтенное учреждение спасло нежелание вкладывать средства в оснащение более современным оборудованием.

Шиобэн неуверенно спросила:

— И это — еще один из симптомов бури?

— Да. Важнее всего для нас Лондон, но катастрофа имеет не только местные, региональные, и даже не только национальные масштабы. Судя по имеющимся сведениям, линии связи выходят из строя по всему миру… Катастрофа носит глобальный характер…

6
{"b":"2448","o":1}