ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Южный край» в течение трех десятилетий был фактически символом Харькова и предметом его гордости. Эта газета била все рекорды, выйдя в 1915–1916 гг. на тираж боле 100 тыс. экземпляров – неслыханный показатель для провинциальной прессы России, которому могут позавидовать и современные всеукраинские издания! Она открыла миру таланты многих видных российских писателей и публицистов. В ней дебютировали писатель Михаил Арцыбашев, поэт Скиталец, популярный поныне сатирик Аркадий Аверченко, классик украинской литературы Павел Грабовский, работавший в 1885-86 гг. корректором в этой газете. Сотрудничать с ней почитали за честь Всеволод Гаршин, Владимир Немирович-Данченко, Григорий Данилевский, Глеб Успенский и другие видные российские писатели и журналисты.

Говорить о политической ориентации самого Иозефовича и его газеты довольно сложно. Это был типичный русский интеллигентский проект. Как и большая часть интеллигенция России, «Южный край» в течение десятилетий довольно часто видоизменялся, то заигрывая с либералами и социал-демократией, то тяготея к ультраконсерваторам, то потакая украинским автономистам, то занимая позиции «единой и неделимой». Эрде вспоминал об этих трансформациях: «Меняла личину, торопливо перекрашиваясь, применяясь к обстановке, “либеральная” газета харьковского миллионера А. А. Иозефовича “Южный край”»[190].

Иозефович Александр Александрович

Родился в 1850 г. Выдающийся харьковский предприниматель, посвятивший всю свою жизнь газете «Южный край».

Газетным бизнесом начал заниматься в 30-летнем возрасте. Первоначально задумал газету как орган харьковской профессуры, поручив редактуру декану юридического факультета местного университета А. Стоянову. Поскольку газета закончила год с дефицитом 22 тыс. рублей, Иозефович сам стал главным редактором, быстро сделав «Южный край» суперприбыльным проектом.

В 1887 г. приобрел типолитографию в Горяиновском переулке, д. 5 (ныне улица Квитки-Основьяненко). А в 1906 г. газета въехала в прекрасное здание на улице Сумской, 13, где Иозефович разместил свою типографию, библиотеку и даже домовую церковь.

К 1917 г. получил титул почетного гражданина Харькова и чин действительного статского советника, дающий ему право на потомственное дворянство.

После революции «Южный край» закрывался властями трижды. Последний раз – 12 декабря 1919 г. Имущество Иозефовича было конфисковано.

Сам он отказался эмигрировать. Как утверждают харьковцы, до последних своих дней Иозефович жил возле редакции «Южного края», в которую вложил свою душу, выносил стул к подъезду и раскланивался со старыми знакомыми.

Умер в конце 1930-х гг.

Впрочем, подобные шатания были характерны для всей прессы российского и особенно южнорусского истеблишмента. Одессит С. Штерн, к примеру, так описывал сии трансформации: «Рекорд доходящего до грации хамелеонства побит был… киевской газетой “Последние новости”… Этот ходкий орган бульварного типа менял свои взгляды и “платформы” с быстротой и ловкостью престидижитатора. Власти сменялись на Юге России часто и порою – неожиданно, но киевские “Последние новости” всегда поспевали за всяческими переменами. При том же фактическом редакторе и при том же составе сотрудников эта киевская газета горячо и пылко германофильствовала во время немецкой оккупации, поддерживала Антанту (при появлении французского флота в Черном море), поддерживала Добровольцев (когда Доброармия укреплялась в киевском районе) и славословила украинских самостийников (при захвате Киева петлюровцами). Эти вольты производились безо всякого стеснения, так сказать – при всем честном народе»[191]. На этом фоне «Южный край» выглядел еще более или менее последовательно.

Эрде (Райхштейн) Давид Израилевич

Родился в 1894 г. Большевик (был таковым как минимум уже в начале 1917 г.).

Публицист-«обличитель». Сейчас вид его деятельности назвали бы «журналистское киллерство».

В 1917 г. был одним из редакторов газеты «Пролетарий». После ее закрытия сотрудничал с газетой «Донецкий пролетарий», но не прижился в ней, демонстративно выйдя из редколлегии 10 января 1918 г., после чего ограничился скромной должностью секретаря Городского райкома РСДРП(б) в Харькове.

В короткий период пребывания большевистского ЦИК Украины в Харькове побывал в должности комиссара по делам печати, отметился рядом одиозных постановлений (в частности, о запрете детективной литературы). Во многом из-за связей с Цикукой не пользовался уважением в руководстве Донецко-Криворожской республики.

Оставил массу мемуаров и пропагандистских брошюр, львиная доля из которых была позже уничтожена и сейчас является библиографической редкостью (например, брошюра «Меньшевики» или злобный пасквиль о Горьком – «Максим Горький и интеллигенция»). В 1920-е возглавлял Украинское отделение Российского телеграфного агентства (ныне – Укринформ). Обвинялся в махинациях и кумовстве. Сохранились воспоминания о том, как Эрде боялся разрешить выступление Есенина, опасаясь «контрреволюции». В сталинские времена громил «врагов народа» в различных СМИ (в частности, нашумела его статья в «Литературной газете» «Академия наук не занимается историей СССР» в 1948 г.). Долго работал в «Известиях».

Умер в 1981 г. обласканный советской властью, в чине «ветеран КПСС».

В 1915 г. в Харькове выходили три ежедневные газеты (причем «Южный край» выходил два раза в день) и около 30 еженедельных и ежемесячных журналов. Только с начала 1917 г. появилось более десятка новых изданий, в том числе ежедневных. Эрде вспоминает: «Вышли и быстро исчезли газеты-однодневки: “Известия республиканцев – военных Народной Армии”, “Воин-республиканец” и др. Собственными печатными органами, которые сразу становились на солидную ногу, спешили обзавестись меньшевики и эсеры»[192].

Появились «Известия Харьковского Совета рабочих и солдатских депутатов», «Известия Харьковского губернского общественного комитета», орган меньшевиков «Социал-демократ», эсеров – «Земля и Воля», украинских социал-демократов – «Робітник» и т. д.[193]

Само собой, основали свой печатный орган и харьковские большевики, выпустившие уже через две недели после Февральской революции газету «Пролетарий» – первый номер вышел 23 марта 1917 г. О том, как выходила эта газета и кто ее делал, сохранились довольно подробные, а потому ценнейшие воспоминания ее сотрудника Давида Эрде (Райхштейна). Он вспоминает: «Редакция временно приютилась на частной квартире на Клочковской, 57, у А. Сурика (Емельянова) и В. Заборенко, членов нашей партии. В небольшой комнате с одним окном вместе с редакцией поместился Городской комитет партии». Затем редакция переехала на Кузнечную, 2, где была на положении «бедных родственников»: правление кооперативной организации, владевшее зданием, «чуть не каждую неделю переселяло нас из одной комнаты в другую, пока не загнало куда-то под самый чердак»[194].

Ответственным секретарем редакции был 25-летний студент-медик Александр Сурик-Емельянов (позже стал военным разведчиком, служил советским военным атташе в Турции, расстрелян в феврале 1938 г.). Фактическим издателем стал большевик с 12-летним стажем Сильвестр Покко, в апреле 1917 г. вернувшийся из ссылки и устроившийся работать на завод ВЭК. Судя по печальным показателям газеты, издатель из него оказался никудышный.

Газета выходила тиражом до 5 тыс. (лишь во времена июльского кризиса ее тираж одноразово скакнул до 10 тыс. благодаря тому, что она печатала подробные описания событий в Петрограде от непосредственных организаторов беспорядков – питерских большевиков).

Покко Сильвестр Иванович

Родился 21 декабря 1881 г. (2 января 1882 г.) в селе Пруды Виленской губернии. Белорус. Большевик с 1905 г. (подпольная кличка «Генерал»).

Арестован в 1916 г. за революционную деятельность, сослан в Тургайский край (ныне Казахстан). В апреле 1917 г. вернулся в Харьков и стал казначеем местного комитета РСДРП(б). Не играл значительной роли в Донецко-Криворожской республике, помогал Артему эвакуировать Харьков в последние дни перед немецкой оккупацией города.

Эрде оставил красочное описание Покко: «Сильвестру Ивановичу в 1917 г. было всего около 35 лет. Но… он казался пожилым человеком. Такое впечатление он производил… благодаря своей солидной внешности. Покко был широк в кости, коренаст, с крепко посаженной на короткой шее головой и большим, скуластым, добродушным лицом».

Добродушие Покко не помешало ему в 1919 г. стать председателем губернской ЧК в Харькове, главой Ревтрибунала и санкционировать сотни смертных приговоров и бесчинства одного из своих подчиненных Степана Саенко, прославившегося жестокостью.

В течение десятилетия (с 1920 по 1930 г.) был членом Центральной Контрольной комиссии ЦК КП(б)У, одновременно (с 1925 по 1930 г.) будучи членом аналогичной комиссии в ЦК ВКП(б).

Арестовывался в 30-е гг. В 1940 г. ему назначена персональная пенсия республиканского значения. В годы войны, несмотря на возраст и болезни, работал кузнецом в Киргизии. После войны до 1950 г. работал начальником бюро изобретений на заводе им. Дзержинского в Харькове.

Умер там же в 1953 г.

вернуться

190

Харьков в 1917 году, с.131.

вернуться

191

Штерн, с. 120.

вернуться

192

Харьков. Путеводитель для туристов и экскурсантов, с. 14; Харьков в 1917 году, с. 131.

вернуться

193

Весь Харьков на 1917 год, с. 196–201.

вернуться

194

Харьков в 1917 году, с. 132, 139.

25
{"b":"245294","o":1}