ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
Когда врут учебники истории. Прошлое, которого не было - im_023.png
Встреча в Шиноне.
Книжная миниатюра конца XV века

Безнадежность эта порождалась вовсе не разницей в положении: едва ли не у всякой королевы (что уж тут о принцессах говорить) бывали и вовсе не венценосные любовники… За примерами далеко ходить не надо – вспомните хоть любвеобильную матушку Жанны д’Арк, Изабеллу Баварскую. Причина была свойства физиологического: Орлеанская Дева являлась интерсексуалом[125] или гермафродитом (как изящно сформулировала высочайшая гинекологическая комиссия в Шиноне, «…не способна к нормальным сношениям»[126]). И это делало ее недоступнее в большей мере, чем королевская кровь.

Правда, и в любви Жиля де Рэ разные историки видят прямо противоположные проявления натуры. Склонные следовать общепринятой точке зрения, как Робер Амбелен, делают такой, например, вывод: «В его глазах Жанна была пажом, одним из тех мальчиков, подростковую двуполость которых он обожал»[127]. Однако гомосексуальность Жиля де Рэ ничем не доказана и вытекает скорее из подсознательного убеждения человека XX века, будто Синяя Борода, если уж и не специализировался на последовательном убиении жен, то лишь потому, что предпочитал им мальчиков… К счастью, другие умеют различить в образе, встающем из мемуаров современников и анализа деяний барона де Рэ, черты совершенно иные: способность испытывать всепоглощающую страсть и этой страстью жить.

При Жанне он играл не только роль телохранителя и ментора, но и входил в ее военный совет, который составляли также Жан Дюнуа, великий Бастард Орлеанский, сводный брат Жанны и Карла VII; Этьен де Виньоль по прозвищу Ла Ир; Жан Потон де Ксентрай; Жак де Шабанн ла Палис и его младший брат, Антуан де Шабанн-Даммартен (эти последние являлись, кстати, прямыми потомками Карла Великого, правда, по женской линии). И надо сказать, в совете этом Жиль де Рэ, младший по возрасту, являлся фактическим лидером. Как справедливо отмечают военные историки Эрнест и Тревор Дюпюи, «Жанна д’Арк военачальницей, по сути, не была и – не считая осознания важности морального фактора – в военном деле совершенно не разбиралась». Да ей и не надо было – в военном деле за нее превосходно разбирались Бастард Орлеанский и Жиль де Рэ.

Когда врут учебники истории. Прошлое, которого не было - im_024.png
Синяя Борода, персонаж сказки Шарля Перро.
Гравюра Гюстава Доре

Когда под Компьеном Жанна попала в плен, он предпринял ряд попыток ее освобождения, вербуя и оплачивая для этой цели наемников. Во славу Жанны он приказал написать «Орлеанскую мистерию» и оплатил связанные с ее постановкой расходы, вследствие чего окончательно пришли в расстройство его финансы: за серию представлений «Мистерии» он выплачивал по 80 000 золотых экю[128]. Попросту говоря, Жиль де Рэ разорился вконец – настолько, что пришлось закладывать, а частично и продавать земли (к этому обстоятельству мы еще вернемся). Причин тому было две: с одной стороны, непомерно расточительные траты (блистательный воитель ни в коей мере не был рачительным хозяином), с другой – злоупотребления управляющих имениями, без зазрения совести обкрадывавших своего патрона (в отличие от маршала, все они ощутимо обогатились). Впоследствии, когда в 1437 году Жанна после своей мнимой казни и плена явилась в его замок Тиффож[129] (теперь уже как дама дез Армуаз), Жиль де Рэ набрал и оплатил армию, которую поставил под знамена обожаемой Девы, и во славу ее имени вновь одну за другой одерживал победы над англичанами – вплоть до июня 1439 года, когда был арестован и предан суду инквизиции.

Когда врут учебники истории. Прошлое, которого не было - im_025.png
Жиль де Рэ.
Современный рисунок с миниатюры XV века

Великий грех

Под пыткой признаешься в чем угодно – хоть в сговоре с дьяволом, хоть в растлении и последующем убийстве ста сорока мальчиков. И Жиль де Рэ признался во всем, чего требовали, хотя до самого конца не понимал, за что обрушились на него эти кары земные. («Я уже возвел на себя столько, что можно было бы казнить десять тысяч человек», – приводит его слова протокол допроса от 21 октября 1440 года.) Зато нам сегодня это совершенно очевидно.

Подобно многим, Жиль де Рэ отличался легковерием. И, окончательно растратив огромное наследство, доставшееся от деда по материнской линии, решил поправить дела с помощью алхимии. Двумя веками позже таким же образом пытался пополнить опустевшую казну Великобритании Карл II Стюарт. В намерении своем он нимало не преуспел, наполнявшие лабораторию пары ртути преждевременно свели венценосца в могилу, однако обвинять его в сношениях с дьяволом никому и в голову не пришло. Конечно, XV век был на этот счет построже XVII столетия, но и тогда людей, занимавших столь высокое положение, как Жиль де Рэ, предпочитали не трогать, низвергая громы и молнии на тех, кто непосредственно работал по их поручению. Почему же для барона де Рэ было сделано исключение? Почему преследование не ограничилось теми, кто ему рьяно помогал, – его дальними родичами Жилем де Сийе и Роже де Бриквиллем; Эсташем Бланше, священником из епархии Сен-Ло; Анри Гриари и Этьеном Корийо; наконец, главным алхимиком – двадцатичетырехлетним итальянским монахом-миноритом[130] из Ареццо по имени Франческо Прелати? Более того, их вообще освободили от судебного преследования. Почему понадобилось осудить и сжечь на костре предводителя бретонского дворянства и маршала Франции?

Ответ прост – процесс был затеян, чтобы конфисковать имущество Жиля де Рэ.

Проблем у Карла VII хватало, и не последней были расстроенные финансы. А тут разнесся слух, пущенный казначеем Бретани, чьего брата-священника Жиль де Рэ под горячую руку приказал бросить в темницу своего замка Шантосе (поступок, героя отнюдь не красящий, но из песни слова не выкинешь), – слух, будто маршал не просто занялся алхимией, но и получил-таки философский камень, благодаря чему теперь не знает нужды в золоте. И словно в подтверждение Жиль де Рэ вооружил очередной отряд, порученный командованию его вассала Жана де Сиканвилля, и отправил его под знамена дамы дез Армуаз. Кому могло прийти в голову, что ради этого барон по уши залез в долги?

Что такое благодарность, Карл VII понимал плохо. Зато хорошо помнил, что ради конфискации имущества сто лет назад его предок, Филипп IV Красивый, разогнал орден тамплиеров и сжег на костре великого магистра Ангеррана де Мариньи и весь капитул. Конечно, воинские дарования Жиля де Рэ великолепно послужили суверену и отечеству, но война ведь скоро кончится. А деньги – деньги нужны сейчас…

Участь маршала Франции была решена – тем более что ни алчущая все новых подвигов Орлеанская Дева, ни былые друзья и сподвижники за него не заступились… В отличие от боготворимой им Жанны д’Арк его в самом деле сожгли на костре.

Как извиняются короли

Трудно сказать, что именно сгубило во цвете лет короля Филиппа IV Красивого[131] – легендарное проклятие тамплиеров или же горькое разочарование из-за того, что вожделенное их богатство то ли загадочным образом ускользнуло, то ли вовсе оказалось мифическим. Увы, Карл VII об этом прецеденте не то забыл, не то попросту не знал. И потому, поступив по примеру предка, пришел к такому же итогу: золота не оказалось, философского камня тоже, а недвижимость – земли и замки – по тем временам мало чего стоила.

вернуться

125

Интерсексуал – организм с промежуточным между мужским и женским типом развития, в отличие от гермафродита не имеющий развитых половых желез и вторичных половых признаков; чаще всего является проявлением некоторых наследственных заболеваний.

вернуться

126

С выводами комиссии согласен и директор Республиканского центра репродукции человека и планирования семьи Минздрава Российской Федерации, доктор медицинских наук, профессор Андрей Акопян, писавший: «Случаи гермафродитизма нередки – например, в профессиональном спорте. Порой женщина-спортсменка демонстрирует недюжинные физические возможности, сравнимые с мужскими, становится чемпионкой, а генетические исследования выявляют у нее мужской кариотип. В литературе существуют основанные на патографическом анализе указания, что к числу подобных случаев можно отнести и национальную героиню Франции – Жанну д’Арк, Орлеанскую Деву. Для нее характерны отсутствие матки и влагалища, менструального цикла, волос на лобке и в подмышечных впадинах. Внешне это <…> женственная дама с узкой талией, широким тазом и высокой грудью, с нормальным влечением к мужчинам. Половые железы находятся на обычном для женщины месте, но представлены мужским содержимым. Обмен тестостерона в этом случае нарушен».

вернуться

127

Трудно удержаться от маленького комментария. В XIV–XV веках в Европе гомосексуальные отношения воспринимались совершенно иначе, нежели в Новое время: они считались не извращенной, не низшей, а наоборот, наивысшей формой любви, «ибо лишены телесности», той исконной греховности гетеросексуальных отношений, которую лишь скрывает, но не ликвидирует даже церковный брак. Так что даже питай Жиль де Рэ неистребимую склонность к мальчикам, никто из современников его бы не осудил.

вернуться

128

Золотой экю (франц. ecu d’or – золотой щит) – название самой первой французской золотой монеты, чеканка которой началась еще при короле Людовике IX Святом (1214–1270). Весила она около 4 г. Так что 80 000 золотых экю – это 320 кг (!) золота. Согласитесь, при таких расходах разориться немудрено.

вернуться

129

A propos: эта твердыня вдохновила венгерского писателя и теоретика кино Белу Балажа (1884–1949) на создание либретто для последней оперы его соотечественника, блистательного композитора Белы Бартока (1881–1948) «Замок герцога Синей Бороды» (1948).

вернуться

130

Минориты (от латинского minor – меньший) – меньшие братья, члены одного их подразделений католического монашеского ордена францисканцев.

вернуться

131

Филипп IV Красивый из династии Капетингов (1268–1314) – французский король с 1285 г. Он расширил территорию королевского домена, в 1300 г. захватил было Фландрию (но потерял снова в 1302 г. в результате восстания фландрских городов), поставил в зависимость от французских королей папство, созвал в 1302 г. первые Генеральные штаты, а в 1312 г. добился от папы упразднения ордена тамплиеров.

22
{"b":"2453","o":1}