ЛитМир - Электронная Библиотека

Такой могла быть точка зрения теоретиков, убежденных в гибельности для страны и партийного руководства, и взятого курса лично товарищем Сталиным. Однако многим желательно было ускорить их гибель, содействовать усугублению кризиса. Как писал в дневнике Пришвин: "Вредитель, конечно, есть, как существо с бесчисленными именами и лицами… общее имя ему Кащей Бессмертный".

И в этом случае политический образ Пришвину не удался. Потому что были, пожалуй, злостные вредители, но в большинстве своем они были стихийными выразителями протеста против проводимой политики, вынуждавшей терпеть страдания, а то и страшные мучения слишком многих безвинных людей. Этим людям действительно можно только сочувствовать.

Пусть, читатель, это не покажется вам диким, но то же самое хотелось бы сказать и о тех, кто сознательно и безоглядно проводил в жизнь генеральную линию партии. Большинство из них понимало, на какие мучения обрекается народ. Однако была ли у них какая-нибудь разумная альтернатива взятому курсу?

Обычно считается, что они все, а в особенности Сталин, спасали собственные жизни, стремились удержать в своих руках власть, ради чего и обрекали народ на бедствия и страдания. Однако простая логика подсказывает: ужесточая репрессии, загоняя врагов в подполье, усиливая классовую борьбу, укрепляя социалистическую систему, ее руководители подвергали увеличивающемуся риску свои жизни. Они, можно сказать, вынуждали своих внутренних и внешних врагов прибегать к террористическим методам. И заговоры против Сталина, и покушения на него провоцировала его политика. И он не мог этого не понимать.

История и историки

Говорят, история не терпит сослагательного наклонения. Это верно. Но анализ исторического процесса, разбор тех или иных программ приходится делать, прибегая к этому приему.

Какой вред Сталину и его сообщникам могло принести сползание в правый уклон? Некоторую потерю авторитета в партии? Возможно. Укрепились бы позиции Бухарина как теоретика, только и всего. К 30-м годам положение Сталина как вождя стало непоколебимым, и он вполне мог себе позволить – как некогда Ленин и ссылаясь на ленинский опыт – возродить НЭП (что он и сделал, но только отчасти, держа ситуацию под контролем).

Эта мера в критической ситуации уже себя оправдала. Ленин сохранил в период НЭПа свое руководящее положение. Почему бы не использовать тот же прием?

Уступки капитализму были выгодны и в отношении внешней политики: можно было рассчитывать на поддержку индустриально развитых держав. (Мы же помним, как активно поддерживали Горбачева и Ельцина руководители капиталистических богатых стран.) Почему бы и Сталину не воспользоваться такой поддержкой в трудное для СССР время?

Тут-то и полезно обратиться к опыту последних двух десятилетий. "Помощь" западных держав оказалась губительной для СССР, который был расчленен. Ну, а что могло произойти в сходной ситуации в 30-е годы? По-видимому, последствия были бы также губительны для России-СССР и для народа. Ведь страна тогда лишь начинала вставать на ноги, и еще только начиналась разведка тех минеральных ресурсов, за счет которых осуществилась индустриализация.

Что же касается руководства, то за свои жизни они могли бы не опасаться. Мы знаем, что те, кто старательно помогал внешним врагам расчленять СССР и разрушать мировую социалистическую систему, добились для себя огромных привилегий и живут как самые настоящие западные миллионеры, только без их забот о сохранении капиталов.

Да и вовсе не обязательно было сталинистам отходить от кормила власти. Ведь не отошли же от него ельцинисты (или, если угодно, ельциники). Объединившись с крупными и средними собственниками, с торговцами, с бизнесменами (своими и зарубежными), правительство вполне могло бы удержать власть в своих руках. Бухарин ведь не предлагал полной реставрации капитализма и перехода к буржуазной демократии!

Конечно, с так называемой диктатурой пролетариата было бы покончено. Промышленный потенциал страны тоже был бы ослаблен, а индустриализация проходила бы вяло. Оборонные возможности страны тоже были бы минимальными. Победа над фашистами была бы невозможной, тогда как фашизм в Европе смог бы распространяться и укрепляться более действенно, чем при мощном СССР.

Можно возразить: зато народ в СССР избежал бы ужасов насильственной коллективизации, репрессивных кампаний, голода начала 30-х. А после улучшения условий жизни населения, появления в обилии продуктов питания и ширпотреба народ стал бы с энтузиазмом и доверием относиться к существовавшей власти, что содействовало бы не только процветанию страны, но и укреплению ее обороноспособности.

Так представляется на первый взгляд.

Общие рассуждения о достоинствах "свободного рынка" полностью опровергаются реальностью и элементарными рассуждениями. Подумайте, что выгодно производителю зерна при свободных ценах? Установить цены максимальные. Выгодно также придержать зерно до той поры, когда цена на него естественно возрастет. Наконец, когда есть возможность торговать с иноземным покупателем, то выгодно продать зерно ему, если он назначает более высокую цену, чем установленная на внутреннем рынке.

Кстати, в 90-х годах XX века россияне смогли убедиться в "благах" свободного рынка: цены тотчас подскочили вверх, производство резко сократилось, появилось множество безработных, нищих и бедняков, смертность населения неимоверно возросла. Наступило некоторое прозрение даже у того, кто проводил соответствующие "реформы", – Е.Т. Гайдара, который написал в 1995 году: "Несомненная правда, что большинство стран с рыночной, капиталистической экономикой пребывают в жалком состоянии, застойной бедности. Они куда беднее, чем Россия, лишь вступающая на рыночный путь…"

Как-то даже неловко, что этот "теоретик" не знал подобной истины, принимаясь калечить российское народное хозяйство и восклицая при этом о великих достоинствах "рыночной экономики". Теперь уже на этом пути Россия достигла "жалкого состояния застойной бедности". Но в 30-х годах ее, не имеющую мало-мальски надежного промышленного и культурного потенциала, ожидала бы пропасть.

В середине 80-х годов один из авторов этой книги писал в статье, что осуществление курса "либерально-рыночных реформ" приведет страну к катастрофе. Для такого прогноза не требовалось проводить сложных теоретических разработок: достаточен был прежде всего здравый смысл, некоторый жизненный опыт и элементарная честность.

Современный американский ученый Артур Шлезингер-младший в книге "Циклы американской истории" убедительно показал, что экономическое благосостояние США зиждется вовсе не на частной собственности, конкуренции и свободном рынке. Он отметил: "Миф о том, что своим развитием Америка обязана неограниченной свободе частного предпринимательства, оказался на редкость живучим. Этот миф одновременно и льстил самолюбию бизнесменов, и служил их интересам. Он оставался главным символом делового мира, лейтмотивом пропаганды монополий".

Помимо всего прочего, надо иметь в виду, что в мировой капиталистической системе все наиболее выгодные и удобные "места под солнцем" уже прочно заняты крупнейшими капиталистическими державами. Можно, конечно, воскликнуть вслед за пламенным трибуном Троцким: "В таком случае мы погасим Солнце!" Однако это представляется еще менее реальным, чем призыв одного из героев Салтыкова-Щедрина закрыть Америку.

Но почему же было необходимо проводить коллективизацию, поставившую страну на грань гражданской войны? Прежде всего потому, что крупные коллективные хозяйства органично вписывались в социалистическую плановую и управляемую централизованно государственную систему. При сохранении частной собственности на продукцию сельского хозяйства и свободы рыночных цен многомиллионные бедные слои населения были бы обречены на голод и вымирание. И если крестьяне-бедняки еще могли бы кое-как существовать, добывая пропитание на своих наделах, то для горожан, рабочих ситуация оказалась бы критической. Учтем, что рабочий класс в тогдашнем обществе был неплохо организован и считался гегемоном. Допустил бы он резкое ухудшение своего материального положения во имя процветания частников, торговцев, кулаков? Вряд ли. Тогда бы, скорее всего, и развернулась полномасштабная гражданская война.

14
{"b":"2463","o":1}