ЛитМир - Электронная Библиотека

– А ты должен был его завести.

– Я забыл. Ну же, Дженн, успокойся! Никто не будет на меня смотреть; никому нет дела до того, во что я одет.

– Спасибо, Джек Грэм, огромное тебе спасибо. Я попросила тебя сделать одну маленькую вещь.

– Ты знаешь, сколько стоит это барахло?

Мыло жгло Джеку глаза. Он подумал про Барри Алвиса, про то, что ему предстоит работать всю ночь напролет и объяснять это Дженнифер, а затем ее отцу, и его голос наполнился сердитыми нотками.

– И сколько раз мне придется надевать эту проклятую тряпку? Один-два раза в год?

– После того как мы поженимся, нам предстоит часто бывать на мероприятиях, где черный галстук не просто желателен, а обязателен. Так что это будет хорошим вложением денег.

– Да я скорее вложу свои пенсионные накопления в бейсбольные карточки.

Джек снова высунул голову из-за занавески, показывая, что он шутит, но Дженнифер в комнате не было.

Вытерев полотенцем волосы, он обмотался им и прошел в крохотную спальню, где обнаружил висящий на плечиках на двери новенький смокинг. Появилась улыбающаяся Дженнифер.

– Принимай поздравления от «Болдуин энтерпрайзез». Это настоящий Армани. На тебе он будет смотреться просто превосходно.

– Откуда ты узнала мой размер?

– У тебя идеальный сорок второй, большой рост. Ты мог бы работать моделью. Личной моделью Дженнифер Болдуин…

Обвив Джека своими надушенными руками, она крепко прижалась к нему. Почувствовав, как ее внушительная грудь вжалась в его спину, Грэм мысленно обругал последними словами то, что сейчас у него нет времени этим воспользоваться. Хотя бы один раз без этих проклятых фресок, без херувимов и колесниц – и, может быть, все будет по-другому…

Джек с тоской посмотрел на маленькую незаправленную кровать. Ему придется работать всю ночь… Будь прокляты Барри Алвис и этот недоношенный Рэймонд Бишоп!

Ну почему всякий раз, когда он видит Дженнифер Болдуин, ему хочется надеяться, что у них все будет по-другому? По-другому – то есть лучше. Что она изменится, или он изменится, или они встретятся где-нибудь посредине… Она такая красивая, у нее есть все, о чем только можно мечтать. Господи, что с ним не так?

* * *

Лимузин без труда преодолевал заторы, оставшиеся после часа пик. Семь с лишним часов вечера буднего дня – улицы в центральной части Вашингтона были пустынными.

Джек бросил взгляд на свою невесту. Ее легкое, но необычайно дорогое пальто не скрывало глубокий вырез платья. Идеально выточенные черты лица, безукоризненная кожа; время от времени сверкает безупречная улыбка… Густые золотисто-каштановые волосы уложены в высокую прическу; обыкновенно Дженнифер носила их распущенными. Она была похожа на супермодель.

Джек придвинулся ближе. Улыбнувшись, Дженнифер проверила свой макияж – разумеется, идеальный – и потрепала его по руке.

Грэм погладил ее по ноге, затем задрал платье. Дженнифер оттолкнула его руку.

– Потом, может быть, – шепнула она так, чтобы не услышал водитель.

Улыбнувшись, Джек беззвучно прошевелил губами, что потом у него, возможно, будет болеть голова. Дженнифер рассмеялась, а он вспомнил, что сегодня вечером никакого «потом» не будет.

Откинувшись на мягкую спинку сиденья, Грэм уставился в окно. Ему еще никогда не приходилось бывать в Белом доме; Дженнифер там уже бывала, дважды. Судя по ее внешнему виду, она нисколько не нервничала; Джек же очень волновался. Когда лимузин свернул на Экзекьютив-драйв, он поправил галстук-бабочку и пригладил волосы.

Охрана Белого дома тщательно осмотрела лимузин и тех, кто в нем находился; как обычно, все присутствующие мужчины и даже женщины подолгу задерживали взгляд на Дженнифер. Наклоняясь, чтобы поправить туфли на шпильках, она едва не вывалилась из платья стоимостью пять тысяч долларов, чем несказанно порадовала нескольких мужчин из числа обслуживающего персонала Белого дома. Затем они вошли в само здание и предъявили тисненные золотом приглашения сержанту морской пехоты, который проводил их по коридору и вверх по лестнице в Восточный зал.

* * *

– О черт! – Президент наклонился, чтобы взять текст своей сегодняшней речи, и плечо ему прострелила острая боль. – Глория, кажется, у меня задето сухожилие.

Глория Рассел сидела в одном из просторных кресел, обитых плюшем, которыми супруга президента обставила Овальный кабинет.

Вкус у первой леди определенно был – хотя и мало что помимо него. На нее было приятно смотреть, но по части интеллекта она особо не блистала. Никакой угрозы власти президента и солидный плюс при опросах общественного мнения.

Родословная у нее была безупречная: старые деньги, старые связи. Однако связи президента с консервативной аристократией, обладающей финансовым и политическим влиянием, ни в коей мере не повредили его популярности среди либерального контингента, в первую очередь благодаря его харизме и умению достигать консенсуса. А также привлекательной внешности, имевшей очень большое значение, хотя никому не хотелось в этом признаваться.

У успешного президента должен быть хорошо подвешен язык, а Алан Ричмонд числом точных ударов мог поспорить с Тедом Уильямсом[8].

– Думаю, мне нужно показаться врачу.

Президент пребывал не в лучшем настроении, впрочем, как и Рассел.

– Алан, и как ты объяснишь ножевое ранение журналистам?

– Черт возьми, а куда же делась врачебная тайна?

Рассел только закатила глаза. Воистину он порой бывает просто непроходимо туп.

– Алан, ты подобен компании из списка «Форчун-пятьсот»[9] – любая информация о тебе тотчас же становится общественным достоянием.

– Ну не вся…

– Это мы еще посмотрим, хорошо? Дело далеко не закончено, Алан.

С прошлой ночи Рассел уже выкурила три пачки сигарет и выпила два кофейника крепкого кофе. В любой момент ее карьера, весь их мир могли обрушиться. Стук полицейских в дверь… Рассел приходилось прилагать все силы, чтобы с криком не выбежать из комнаты. Тошнота постоянно волнами накатывалась на нее. Стиснув зубы, она вцепилась в подлокотники кресла. В сознании прочно засел образ полной катастрофы.

Президент пробежал взглядом текст, что-то запомнив, в остальном полагаясь на импровизацию; память у него была феноменальная, и он в полной мере использовал это качество.

– Вот почему ты у меня есть, Глория, ведь так? Чтобы все было хорошо.

Алан посмотрел на нее.

У Рассел мелькнула мысль, что он все знает. Знает, что она с ним сделала. Глория напряглась, но тотчас же расслабилась. Он ничего не знает, это просто невозможно. Она вспомнила пьяные разглагольствования президента: о, как способна изменить человека всего одна бутылка виски!

– Разумеется, Алан, однако необходимо принять кое-какие решения. Нужно выработать различные стратегии, которые будут зависеть от того, с чем мы столкнемся.

– Я не могу отменить намеченные дела. К тому же этот тип все равно ничего не сможет предпринять.

– Нельзя на это рассчитывать. – Рассел покачала головой.

– Сама подумай! Чтобы объяснить свое присутствие там, ему придется признаться в краже со взломом. Ты можешь себе представить, чтобы он заявился с этим на какой-либо новостной канал? Да его тотчас же отправят в психушку. – Президент покачал головой. – Я в полной безопасности. Этот тип не посмеет и пальцем меня тронуть, Глория. Тут не может быть никаких вопросов.

По дороге обратно в Вашингтон они выработали стратегию действий. Их позиция будет простой: категорическое отрицание. Если дело дойдет до того, пусть за них всю работу выполнит абсурдность обвинений. А история эта действительно абсурдная, несмотря на то, что она абсолютно правдивая. Белый дом сочувствует бедному неуравновешенному преступнику с буйной фантазией и его опозоренным родственникам.

Конечно, существовала и другая возможность, но Рассел решила пока не доводить это до президента. Больше того, она пришла к выводу, что это наиболее вероятный сценарий. И тогда ей придется действовать.

вернуться

8

Уильямс, Теодор (1918–2002) – один из лучших отбивающих в истории бейсбола.

вернуться

9

«Форчун-500» – список пятисот крупнейших американских промышленных компаний, ежегодно публикуемый журналом «Форчун».

17
{"b":"2483","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мечник
Ведьма по наследству
Как есть руками, не нарушая приличий. Хорошие манеры за столом
Вы ничего не знаете о мужчинах
Как разговаривать с м*даками. Что делать с неадекватными и невыносимыми людьми в вашей жизни
Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили
Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Шатун
Штурм и буря
Императорский отбор