ЛитМир - Электронная Библиотека

– Уже поздно, Джек. У меня завтра суд.

Он встал и прошелся по комнате, держа трубку радиотелефона и напряженно думая. Надо удержать ее у телефона еще на несколько секунд. Он почувствовал себя виноватым. Он невольно оглянулся и посмотрел через плечо. Там никого не было, по крайней мере, никого, кого он мог видеть.

– Прости, что я звоню так поздно.

– Ничего.

– И прости, что я повредил твою лодыжку.

– Ты уже за это извинялся.

– Да, конечно. Ну, и как ты? Я имею в виду не лодыжку.

– Джек, мне действительно нужно выспаться.

Он надеялся, что она скажет это.

– Тогда как насчет обеда?

– Я же сказала, у меня суд.

– После суда.

– Джек, я не уверена, что это хорошая мысль. Точнее, уверена, что это неважная мысль.

Интересно, что она имеет в виду, подумал он. Поиск подтекста в ее словах вошел в неприятную ему привычку.

– Господи, Кейт. Это же просто обед. Я же не прошу тебя выйти за меня замуж. – Он засмеялся, но уже пожалел о сказанном.

Кейт больше не теребила волос. Она тоже поднялась и увидела себя в зеркале прихожей. Поправила воротничок ночной сорочки. Нахмурилась.

– Извини, – быстро проговорил он. – Извини, я не это имел в виду. Послушай, все будет за мой счет. Мне же нужно на что-то тратить деньги.

Ответом ему было молчание. Он даже не знал, слушает ли еще она его.

Он репетировал эту беседу в течение последних двух часов. Любой возможный вопрос, обмен репликами, изменение в теме. Он будет таким ненавязчивым, любезным, она – такой понимающей. Они отлично поладят. Но пока все происходило совершенно иначе. Он решил прибегнуть к запасному плану. Он решил упросить ее.

– Прошу тебя, Кейт. Я очень хочу поговорить с тобой. Пожалуйста.

Она села, поджав под себя ноги, и глубоко вздохнула. Годы не так сильно изменили ее, как она думала. Хорошо это или плохо? В данный момент она не могла ответить на этот вопрос.

– Когда и где?

– Может быть, у Мортона.

– Обед у Мортона?

Он представил себе выражение ее лица при упоминании сверхдорогого ресторана. Думает, наверное, в каком мире он теперь обитает.

– Ну ладно, а как насчет кафе в Старом городе около Фаундерз Парк примерно в два? Там в это время будет меньше народа.

– Это лучше. Но я не могу обещать. Я позвоню, если не смогу прийти.

Он медленно перевел дух.

– Спасибо, Кейт.

Джек положил трубку и рухнул на диван. Теперь, когда его план удался, он думал о том, что затеял. Что скажет он ей? Что скажет ему она? Он не хотел ссориться. Он не солгал: ему действительно хотелось поговорить с ней, увидеть ее. И это все. Он убеждал себя в этом.

Он прошел в ванную, окунул голову в холодную воду, заполнявшую раковину, взял банку пива и, поднявшись к бассейну, расположенному под крышей, сел там в темноте и стал смотреть, как самолеты заходят на посадку в аэропорт, пролетая над Потомаком. Ему ободряюще мигали два ярких красных огонька у памятника Вашингтону. Восемью этажами ниже все было спокойно, только изредка улица оглашалась воем сирены полицейской или медицинской машины.

Джек взглянул на ровную поверхность бассейна, опустил ногу в холодную воду и стал наблюдать за разбегающейся рябью. Он допил пиво, спустился вниз и заснул в кресле в гостиной перед включенным телевизором. Джек не слышал, как зазвонил телефон, как кто-то оставил сообщение на автоответчике. Почти в тысяче миль отсюда Лютер Уитни повесил трубку и закурил первую за тридцать лет сигарету.

* * *

Грузовик Федеральной службы срочной доставки почты медленно полз по неприметной загородной дороге. Водитель вглядывался в помятые и ржавые почтовые ящики в поисках нужного адреса. Здесь он никогда еще не бывал. Грузовик то и дело попадал в выбоины на узкой дороге.

Он подъехал к воротам последнего дома и дал задний ход. Взглянув в сторону, он увидел нужный адрес на маленькой дощечке около входной двери. Водитель покачал головой и улыбнулся. Иногда ему просто везло.

Дом был маленький и содержался далеко не в идеальном порядке. Провисшие алюминиевые козырьки над окнами, очень популярные лет за двадцать до того, как родился водитель, казалось, вот-вот оторвутся и упадут.

Пожилая женщина, открывшая дверь, была одета в платье из ткани в цветочек с накинутым на плечи толстым свитером. Ее пухлые красные лодыжки свидетельствовали о нарушенной циркуляции крови и, возможно, о множестве других болезней. Похоже, она удивилась доставленному ей почтовому отправлению, но охотно расписалась за него.

Водитель взглянул на запись в своем блокноте: Эдвина Брум. Потом он залез в кабину и включил двигатель. Перед тем как закрыть дверь, она долго смотрела ему вслед.

* * *

Затрещала рация.

Фред Барнс выполнял эту работу уже семь лет. Объезжал места обитания богатых, смотрел на большие дома, ухоженные земли, иногда видел, как дорогая машина с похожими на манекенов пассажирами едет по идеально ровному асфальту и исчезает за массивными воротами. Он никогда не бывал в тех домах, за охрану которых ему платали, да и не стремился к этому.

Он посмотрел на внушительное строение. Четыре-пять миллионов долларов, прикинул он в уме. Раз в пять больше того, что он способен заработать за всю свою жизнь. Иногда это казалось не очень справедливым.

Он поправил настройку рации. Нужно осмотреть это место. Он не знал, в чем дело. Недавно позвонил владелец дома и попросил, чтобы патрульная машина проверила дом и территорию вокруг него.

Дующий в лицо холодный ветер заставил Барнса подумать о чашке горячего кофе с кексом, а потом о восьмичасовом сне перед тем, как снова пуститься в рискованный путь на своем “Сатурне” и провести еще одну ночь, охраняя собственность богатых и благополучных. Платили ему в общем неплохо, но для его положения недостаточно. Его жена тоже работала полную рабочую неделю, и все же их совместного заработка еле хватало на обеспечение себя и троих детей. Впрочем, деньги всем достаются нелегко. Он взглянул на гараж для пяти машин, бассейн и теннисные корты. Нет, видимо, не всем.

Обогнув угол дома, Барнс заметил свисающую веревку, и мысли о кофе испарились. Он низко присел, протянул руку к кобуре. Он схватил рацию и с тревогой в голосе сообщил о своей находке. Через несколько минут здесь будет настоящая полиция. Он мог подождать ее либо отправиться в дом самостоятельно. Впрочем, за восемь долларов в час он не хотел подвергать себя лишнему риску.

Первым на ярко-белом микроавтобусе с логотипом компании на двери прибыл начальник Барнса. Тридцатью секундами позже подъехала первая из пяти патрульных машин, и вскоре они выстроились перед домом, как остановившийся железнодорожный состав.

Двое полицейских прикрывали окно. Вероятно, преступники уже давно покинули дом, но предположения в работе полиции чреваты опасностью.

Четверо полицейских направились к входной двери, еще двое прикрыли заднюю часть дома. Двигаясь парами, четверо полицейских приблизились к фасаду. Они заметили, что входная дверь не заперта, а сигнализация отключена. Они проверили первый этаж и осторожно начали подниматься по широкой лестнице, пытаясь уловить слухом и взглядом малейшие шорох или движение.

Когда они достигли лестничной площадки второго этажа, обоняние сержанта, который был главным в группе, подсказало ему, что это не заурядная кража.

Через четыре минуты они окружили останки молодой женщины. Румяные лица полицейских посерели.

Сержант, пятидесятилетний отец троих детей, посмотрел на открытое окно. Слава Богу, подумал он; но даже с открытым окном запах в комнате был невыносимым. Он еще раз взглянул на труп и, быстро пройдя к окну, стал глубоко втягивать свежий воздух.

Его дочь была примерно того же возраста. На мгновение он представил ее лежащей там на полу. На этом его работа здесь заканчивалась, но он страстно хотел, чтобы тот, кто совершил это чудовищное преступление, попал ему в руки.

21
{"b":"2483","o":1}