ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Веб расстегнул пуговицу на воротнике рубашки, чтобы стал виден шрам от пули у основания шеи — в том месте, где открывалось не защищенное бронежилетом тело. То, что пуля миновала крупные сосуды и не задела позвоночник, было настоящим чудом. Рана напоминала ожог от сигары. «Какой-то тип прижег меня сигарой», — шутил Веб, когда лежал в госпитале с изуродованным лицом и двумя дырками в теле. И парни из его группы, пришедшие его навестить, смеялись вместе с ним, правда довольно нервно. Впрочем, все они надеялись, что он выкарабкается, и он выкарабкался. Но никто из них не знал, какие ужасные раны скрываются под бинтами у него на лице. Пластический хирург предложил ему убрать след от пули, но Веб отказался. Он считал, что врачи и без того срезали с некоторых мест у него на теле слишком много кожи, чтобы залатать ею раны на лице.

Потом Веб коснулся груди, где у него был еще один «сигарный ожог». Тогда пуля пробила его кевларовый бронежилет насквозь и вышла из области лопатки. При этом в ней осталось еще достаточно убойной силы, чтобы проделать дырку в голове человека, который стоял у него за спиной и готовился своим мачете расколоть ему череп. Что это, если не удача в ее, так сказать, первозданном виде? Веб даже улыбнулся при этой мысли. «Удача — дама разборчивая, к кому попало не липнет», — сказал он своему отражению в зеркале.

Бойцы ПОЗ очень высоко ценили Веба за проявленный им в тот день героизм. Тогда произошел захват заложников в одной из школ города Ричмонда. Веб только что перешел из снайперов в штурмовики и стремился показать своим товарищам, чего он стоит. В самом начале взорвалась самодельная термическая граната, брошенная одним из боевиков «Свободного общества». Ее взрыв накрыл бы Лу Паттерсона, если бы Веб в прыжке не отбросил его в сторону. Огненный шар поразил Веба в левую часть лица и сбил с ног. При этом его жетон агента ФБР в буквальном смысле приварился к его щеке. Он отодрал жетон от щеки вместе с куском мяса, вскочил на ноги и бросился в бой. От болевого шока его спас адреналин, который его организм щедро выплескивал в его кровь во время боя.

Члены «СО» открыли огонь, и Веб получил одну пулю в грудь, а другую — в шею. Много погибло бы невинных людей, если бы эти пули сбили Веба с ног. Но полученные им раны не только не лишили его сил, но, казалось, придали ему еще больше энергии. Невозможно себе представить, с какой яростью он сражался, убивая людей, которые хотели убить его и парней из его группы! Он даже успел отнести в безопасное место раненых товарищей, включая Лу Паттерсона, которого ранило в руку через минуту после того, как Веб спас его от взрыва термической гранаты. Тогдашние подвиги Веба намного превзошли все, что он сделал во дворе, особенно если учесть, что в первом случае он дрался, будучи тяжело раненным, а во втором — отделался царапиной. Да, пластырь из пакетика «первой помощи» вряд ли бы ему тогда помог. После заварушки в Ричмонде Веб стал легендой, и его превозносили чуть ли не до небес как ветераны, так и молодые бойцы ПОЗ. Заслужить уважение бойцов спецподразделений класса «Альфа» можно было только одним способом: проявив себя в бою. Так что Веб получил славу вполне заслуженно, хотя это и стоило ему половины всей его крови.

Ощущения боли Веб не помнил. Но когда была выпущена последняя пуля и упал последний человек, участвовавший в бою, он тоже рухнул на землю. Коснувшись кровавого месива, в которое превратилось его лицо, и почувствовав, как кровь вытекает из двух глубоких ран, он понял, что пришла пора умирать. В карете «скорой помощи» у него произошел шок, и когда его привезли в госпиталь Медицинского колледжа Виргинии, он уже не подавал признаков жизни. Как он тогда выкарабкался, осталось загадкой даже для врачей, а уж для Веба — и подавно. Хотя он никогда не был верующим человеком, после инцидента в школе он стал все чаще думать о Боге.

Возвращение к жизни и реабилитация были сопряжены с сильнейшей болью, какую ему только приходилось испытывать. Хотя все называли его героем, не было никакой гарантии, что он сможет вернуться в ряды ПОЗ. Если бы оказалось, что он не в состоянии действовать, как все остальные бойцы, от него бы избавились — независимо от того, герой он или нет. Ибо таковы были правила игры. Вебу же не хотелось заниматься ничем другим. Трудно даже представить, сколько миль пробежал Веб, какие тяжести поднимал, сколько раз преодолевал полосу препятствий, чтобы снова войти в форму и вернуться в любимое подразделение. К счастью, раны на лице никак не отразились на его способности метко стрелять. Впрочем, психологическая реабилитация потребовала от него куда больших усилий, чем физическая. Слишком много неприятных вопросов ему задавали. Например, способен ли он из-за собственной слабости подвести товарищей в опасной ситуации? Конечно нет, отвечал Веб. Он и вправду так думал. До самого последнего времени — пока не оказался на том проклятом дворе.

Наконец он вернулся в ПОЗ. Для этого ему понадобилось около года, зато никто из бойцов не мог сказать, что он этого не заслуживает. Но что они скажут теперь? Удастся ли ему снова вернуться в группу? На этот раз его проблемы не имели никакого отношения к его физическому состоянию. Они были связаны с тем, что происходило у него в голове, а это в сто раз хуже.

Веб размахнулся и сильным ударом кулака разбил стоявшее перед ним зеркало.

— Я, Джули, не позволил бы им умереть, имей я хоть один шанс, — сказал он, глядя на осколки разбитого зеркала. Потом он посмотрел на свою руку. Ни царапины. Похоже, удача продолжала ему сопутствовать.

Веб открыл аптечку, заглянул внутрь и вынул флакон с разнокалиберными таблетками. Он доставал их, где только мог, пользуясь для этого разными источниками — как официальными, так и не очень. И все для того, чтобы немного поспать: иногда уснуть без снотворного он был не в состоянии. Но употреблял он его очень осторожно — помнил, как едва не подсел на сильные болеутоляющие, когда находился в госпитале и ему одну за другой делали операции на лице.

Потом Веб выключил свет, и Франкенштейн исчез. Всякий знает, что уроды чувствуют себя в темноте гораздо комфортнее.

Он наклонился, достал из пакета и аккуратно расставил на полу бутылки с вином и банки с пивом, после чего и сам опустился на пол. Он был сейчас похож на генерала в окружении штабных офицеров, размышляющего над планом предстоящего сражения. Тем не менее открывать бутылку он не торопился. Телефон разрывался от звонков, но он не брал трубку. Ему стучали в дверь, но он и на это не отреагировал. Он продолжал сидеть на полу, глядя на стену перед собой. Так прошло несколько часов. Он достал флакон с пилюлями, вытряхнул их на ладонь, выбрал одну, посмотрел на нее, после чего ссыпал все таблетки обратно во флакон. Опершись спиной о стоявший рядом стул, он закрыл глаза и сделал попытку уснуть. Он заснул в четыре часа утра, лежа на полу своего находившегося в полуподвале кабинета. Лицо он так и не вымыл.

14

Было семь утра. Веб узнал об этом по бою висевших на стене часов. Приподнявшись, он потер ладонью шею и сел, задев ногой одну из стоявших на полу бутылок кьянти. Она упала, разбилась, и из нее потекло вино. Веб выбросил бутылку в помойное ведро, взял бумажное полотенце и вытер пол. Потом посмотрел на свои запачканные красной жидкостью руки и вздрогнул. Его сознание было еще затуманено тяжелым сном, и на долю секунды ему показалось, что в него стреляли и он ранен.

Потом он услышал шум возле одного из окон, выходивших на задний двор, взлетел по лестнице и нащупал рукоятку пистолета. После этого он прошел к входной двери, намереваясь выйти на улицу и обойти вокруг дома, чтобы посмотреть, кто прячется у него на заднем дворе. Вполне могло оказаться, что тревога ложная и его покой потревожила белка или собака. Но Веб так не думал. Идущего на цыпочках человека можно отличить по особым тихим звукам и шорохам, которые нельзя спутать ни с какими другими. Конечно, услышать их мог только человек, умеющий слушать. Он слушать умел.

36
{"b":"2484","o":1}