ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Меня также беспокоит ещё одно обстоятельство. Счета оформлены как трансферт в благотворительные фонды. Это означает, что их можно аннулировать без ведома дарителя и доверенного лица. Здесь ты зарегистрирована как доверенное лицо, из чего я сделал вполне однозначный вывод: деньги принадлежат тебе, Брук. Вот только не понимаю, почему ты не рассказала мне о них прежде.

— Да просто нечего было говорить, Джойс. Клянусь Богом, я понятия не имею, откуда эти деньги. Там вообще сказано хоть что-нибудь о происхождении и сути этих фондов?

— Несколько переводов трансфертом на примерно равные суммы. А вот откуда они поступили, не указано. Адвокат Стива грозит обратиться в суд и выдвинуть обвинение в мошенничестве. Знаешь, Брук, он даже сказал, что звонил в Бюро.

Рейнольдс мёртвой хваткой вцепилась в телефонную трубку.

— В Бюро?

— Ты уверена, что не знаешь, откуда поступили эти деньги? Твои родители не могли прислать?

— Да откуда у моих стариков такие деньги! Можно как-нибудь вычислить эти фонды?

— Но счёт-то на твоё имя. Полагаю, тебе стоит как следует поразмыслить над этим. Держи меня в курсе.

Рейнольдс положила трубку и тупо уставилась в бумаги на столе. Когда несколько минут спустя вновь зазвонил телефон, она не хотела подходить. Рейнольдс уже знала, кто это.

Никогда ещё Пол Фишер не говорил с ней так холодно и отчуждённо. Она должна незамедлительно явиться в здание Гувера. Там ей все объяснят. Спускаясь по лестнице в подземный гараж, Рейнольдс несколько раз оступилась, ноги плохо слушались её. Не нужно было никакого шестого чувства, чтобы понять: её вызвали на экзекуцию.

Конференц-зал в здании Гувера представлял собой совсем небольшое помещение без окон. Там уже был Пол Фишер, а во главе стола сидел Фред Масси и нервно вертел в пальцах авторучку. Рейнольдс узнала и ещё двух людей: юриста Бюро и старшего следователя из отдела профессиональной ответственности.

— Садитесь, агент Рейнольдс, — сухо сказал Масси.

Рейнольдс села. И тут же напомнила себе: она ни в чем не виновата, а потому ей ни к лицу вести себя подобно Чарли Мэнсону[9], застигнутому с окровавленным ножом в носке.

— Нам надо обсудить с вами несколько вопросов. — Он покосился на юриста. — Я бы советовал вам воспользоваться услугами нашего штатного адвоката, если хотите, конечно. Имеете такое право.

Рейнольдс пыталась изобразить удивление, но после телефонного звонка Джойса Беннета это получилось у неё из рук вон плохо. Однако эта попытка не укрылась от внимания присутствующих и, как поняла Рейнольдс, лишь укрепила их подозрения. Она начала вспоминать, когда именно позвонил ей Беннет. Рейнольдс не слишком верила в теорию заговоров, но теперь начала рассматривать и такую возможность.

— И зачем же мне понадобится адвокат?

Масси покосился на Фишера, затем снова перевёл взгляд на Рейнольдс:

— Нам позвонил адвокат, представляющий интересы вашего мужа в бракоразводном процессе.

— Понимаю. Видите ли, мне тоже совсем недавно звонил адвокат, только мой. И уверяю вас, я тоже недоумеваю, как эти деньги оказались на моих счетах.

— Вот как? — Масси смотрел недоверчиво. — Так вы хотите сказать, что это ошибка? Что некая анонимная личность недавно положила на счета ваших детей сотни тысяч долларов? Счета, которые в данный момент контролируете только вы?

— Не знаю, что и думать. Но уверяю вас, постараюсь все выяснить как можно скорее.

— Надеюсь, вы понимаете, что больше всего в данной ситуации нас беспокоит момент, выбранный этим анонимом, — проговорил Масси.

— Меня это тоже очень беспокоит, поскольку наносит вред моей репутации.

— Вообще-то нас куда больше волнует репутация Бюро, — отрезал Фишер.

Рейнольдс ответила ему холодным взглядом и снова взглянула на Масси:

— Не понимаю, что происходит. Готова начать расследование; скрывать мне от вас нечего.

Масси посмотрел на лежавшую перед ним папку:

— Вы совершенно в этом уверены?

Рейнольдс покосилась на папку. Классический приём при допросах. Она и сама пользовалась им неоднократно. Сводится к обычному блефованию: надо заставить человека поверить в то, что у вас есть на него некие инкриминирующие факты, тогда он легче расколется. Проблема в том, что она не знает, блефует сейчас Масси или нет. Только теперь Рейнольдс осознала, как чувствует себя допрашиваемый. Надо признать, невесёлое ощущение.

— В чем именно я совершенно уверена? — спросила она, стараясь выиграть время.

— Что вам нечего скрывать?

— Мне не нравится этот вопрос, сэр.

Масси постучал по обложке папки указательным пальцем.

— Вам известно, что больше всего огорчило меня в смерти Кена Ньюмана? Тот факт, что в ночь убийства он занял ваше место. По вашему же приказанию. Если бы не этот приказ, сейчас он был бы жив. Что скажете?

Рейнольдс вспыхнула и, вскочив, нависла над Масси:

— Вы что же, обвиняете меня в соучастии в убийстве Кена?

— Сядьте, пожалуйста, агент Рейнольдс.

— Так обвиняете или нет?

— Я говорю о совпадении, если таковое имело место. Оно меня беспокоит.

— Это и было совпадение, поскольку я не знала, что там, у коттеджа, его подстерегает убийца. Если помните, я приехала довольно быстро и могла остановить его.

— Довольно быстро? Что ж, очень удобное объяснение. Смахивает на искусственно созданное алиби. Так совпадение или точный расчёт времени? Возможно, даже слишком точный. — Масси так и впился в неё взглядом.

— Я работала над другим делом. И закончила раньше, чем рассчитывала. Это может подтвердить Говард Контантинопл.

— Да, мы планируем поговорить с Конни. Вы же с ним друзья, я не ошибаюсь?

— Мы коллеги.

— Уверен, он не захочет говорить о чем-либо, что может опорочить вас.

— А я уверена, что он скажет вам правду. То, что было на самом деле.

— Так вы утверждаете, что между убийством Кена Ньюмана и появлением денег на ваших счетах нет никакой связи?

— Позвольте выразить это в более резкой форме. Все это полная чушь, ничего больше! Будь я виновата в гибели Кена, неужели позволила бы кому-то положить на мои счета сто тысяч долларов почти сразу же после убийства? Не кажется ли вам, что это уж слишком?

— Но ведь на деле это не совсем ваши счета, верно? Они открыты на имя ваших детей. И, согласно записям, вы должны подать финансовый отчёт в Бюро только через два года. Сомневаюсь, что к тому времени на этих счетах остались бы деньги. И уверен, что тогда вы придумали бы приемлемое объяснение тому, как они там оказались. Да если бы адвокат вашего мужа не докопался, никто бы ничего так и не узнал. Это тоже совершенно очевидно.

— Хорошо. Если это не ошибка, значит, кто-то меня подставляет.

— Кто именно?

— Человек, убивший Кена. И пытавшийся убить Фейт Локхарт. Возможно, он испугался. Решил, что я подошла совсем близко.

— Так, стало быть, вас подставил Дэнни Бьюканан, это вы хотите сказать?

Рейнольдс посмотрела на юриста и представителя из отдела профессиональной ответственности.

— У них есть допуск к такого рода информации?

— Ваше расследование временно приостановлено в связи с новыми, недавно возникшими обвинениями, — заметил Фишер.

Рейнольдс вспыхнула, вскипев от гнева:

— Обвинениями? Но это же полная чушь!

Масси открыл папку.

— Вы что же, считаете, что и ваше частное расследование финансового положения покойного Ньюмана тоже чушь и выдумка?

Этого Рейнольдс не ожидала. Похолодев, она опустилась на стул, положила вспотевшие ладони на прохладную поверхность стола и попыталась успокоиться. Да, её темперамент только портит все дело. Она сыграла им на руку. От внимания Рейнольдс не укрылось, как Фишер с Масси, заметив её растерянность, обменялись удовлетворёнными взглядами.

— Мы говорили с Энн Ньюман. Она рассказала нам все, чем вы там занимались, — сказал Фишер. — Не стоит даже упоминать о том, сколько правил Бюро вы тем самым нарушили...

вернуться

9

Мэнсон, Чарльз — гуру общины хиппи, убийца жены кинорежиссёра Романа Полански и шестерых её друзей в августе 1969 г.

64
{"b":"2485","o":1}