ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Признаюсь, сайт «Окрестностей» с давних пор является одним из моих серьезных рабочих инструментов. Информация и иллюстрации, которые появляются здесь, порой совершенно уникальны, поскольку они основаны на эксклюзивных находках и наблюдениях. Подобные сведения зачастую невозможно встретить ни в каком другом источнике. Участники форумов – люди по-хорошему въедливые и дотошные, готовые буквально носом рыть землю, чтобы дойти до интересующей их исторической детали. Малейшие оплошности и неточности они подмечают мгновенно…

Сразу оговорюсь: эту работу не стоит считать научной в полном смысле этого слова. Скорее, это сборник популярных очерков об исторических районах и местностях Петербурга, написанных через призму авторского отношения к ним. Поэтому, да простит меня читатель, очерки порой получились достаточно разными по объемам. Автор будет благодарен за подсказки и дополнения к тем главам, которые могут показаться короткими и неполными.

Читатели, без сомнения, заметят: в книге очень много информации о современности. Сделано это сознательно. По твердому убеждению автора этих строк, оценки и характеристики отдельных районов, мест или улиц, даваемые нашими современниками в самых различных источниках, не менее важны и ценны, чем подобные же комментарии петербургских газет вековой давности. Вот почему и те, и другие на равных правах соседствуют на страницах этой книги.

Это издание – не только попытка рассказать жителям районов новостроек о прошлом их мест обитания (ведь многие до сих пор считают, что до новостроек никогда ничего не было – просто голое поле, пустое место), но и познакомить жителей Петербурга с обликом и достопримечательностями тех районов, где они бывают очень редко, а может быть, и вообще никогда не бывали. Ведь, согласитесь, большинство петербуржцев живет достаточно замкнуто. И очень часто случается так, что те, кто живут на севере города, практически не представляют себе, что такое Юго-Запад, а обитатели Купчина с легкостью могут заблудиться в новостройках Веселого Поселка или Ржевки-Пороховых. Одним словом, помочь читателям узнать больше о районах, где им не приходилось бывать, или посещаемых крайне редко, – вот одна из целей этой книги.

Пытливый читатель обязательно задаст совершенно правильный вопрос: а каковы же территориальные границы исследования? Отвечу на этот вопрос следующим образом. Не было никакого смысла включать в книгу очерки обо всех местностях в границах сегодняшнего Петербурга: тогда бы пришлось вести рассказ и про дачные места за бывшей финляндской границей (Курортный район), и про ожерелье дворцово-парковых пригородов. Поэтому все местности, включенные в эту книгу, ограничены реальной (!) городской чертой современного Петербурга. Иными словами, город заканчивается там, где за последними высотными домами новостроек простираются поля. Или там, где на шоссе, ведущем из города, стоит перечеркнутый знак «Санкт-Петербург».

Тем не менее и на это правило, как обычно, есть исключения. Автор никак не мог обойти вниманием местности, хоть и относящиеся официально к Ленинградской области, но фактически уже давно включившиеся в орбиту петербургской жизни. Среди них – поселки Мурино, Бугры и Девяткино за северными окраинами Петербурга, деревня Кудрово за восточной границей, где в настоящее время развертывается масштабное строительство городов-спутников. Вошла в книгу и Ново-Саратовка: хоть и относится она к Ленинградской области, но без рассказа о ней неполным будет повествование о немецких колонистах в предместьях Петербурга. Да и между жителями Рыбацкого и Ново-Саратовки в давние времена были нерушимые связи. Об этом тоже идет речь в книге…

И, напоследок, еще один весьма немаловажный вопрос, на который, на мой взгляд, до сих пор нет однозначного ответа: можно ли склонять названия районов, заканчивающиеся на букву «о»? Согласно неписаным правилам, существовавшим с давних пор, те названия, что образованы от русских (славянских) слов, склонять можно (Шувалово), а те, что произошли от нерусских, не склоняются (Автово, Парголово). Правда, тут надо знать предельно точно: от какого именно слова пошло названия, а чтобы выяснить это, порой требуется провести серьезное исследование.

Географические названия населенных пунктов, станций, городов на «о» в современном русском языке постепенно переходят в разряд существительных, не изменяемых по падежам. Вероятно, это объясняется тем, что в последние десятилетия в разговорно-обиходной речи эти топонимы все чаще употребляются как несклоняемые.

Прежние справочники, выходившее еще лет десять назад, строго требовали изменения этих слов по падежам, современные же издания отмечают тенденцию к несклоняемости географических наименований на «о», ныне особенно широко распространившуюся. Из устной речи неизменяемая форма проникла и в письменные источники, в частности в публицистику.

«Как же все-таки говорить правильно: в Кемерово или в Кемерове, к Автово или к Автову, от Перова или от Перово?» – задается совершенно справедливым вопросом купчинский краевед Денис Шаляпин и дает следующий ответ: «В настоящее время в свободном употреблении функционируют оба варианта – склоняемый и несклоняемый, следовательно, оба могут считаться нормативными». А между тем изначально все подобные названия были склоняемыми. Достаточно вспомнить строки из М.Ю. Лермонтова: «Недаром помнит вся Россия про день Бородина!» Согласитесь, склонение названия «Бородино» в лермонтовском тексте не вызывает никаких вопросов и вовсе не режет слух. Кстати, в петербургских газетах начала ХХ в., описывавших петербургские предместья и являющихся одним из важнейших источников этой книги, названия местностей на «о» практически всегда склонялись.

В современном русском литературном языке, как отмечает Денис Шаляпин, действуют такие нормы: если имеется родовое слово (город, район, село и т. п.), то правильно не склонять: из района Купчино, в сторону района Парголово. Если же родового слова нет, то возможны оба варианта, склоняемый и несклоняемый: в Автово и в Автове, в сторону Мурино и в сторону Мурина.

Для себя Денис Шаляпин сделал однозначный вывод: склонять топоним «Купчино» допустимо. «Делать это можно, – отмечает краевед, – учитывая, в частности, то, что Купчино – топоним русский, образован от слов „покупка“, „купец“. Этимологически он ни коим образом к финно-угорскому названию не относится, кроме отдаленного созвучия. Но в разговорной речи не все так просто. Мной был проведен несерьезный социологический опрос среди друзей и знакомых. На вопрос „Где вы живете?“ 90 % респондентов, а может и более, ответили «В Купчино». А далее мнения разделились. Примерно половина заявила, что гуляют они по Купчину и никуда из Купчина уезжать не собираются. Получается нечто среднее. Используются отдельные падежи. Совершенно очевидно, что несклоняемая форма пользуется большей популярностью. Несмотря на это, я остаюсь сторонником склонения топонима „Купчино“»…

Ну вот, все необходимые уведомления к теме исторических районов и местностей Петер бурга сделаны. Можно отправляться в путь…

А

Авиагородок

По проекту планировки Ленинграда, разработанному в конце 1920-х гг. под руководством архитектора Л.А. Ильина, предусматривалось, что создаваемый с правой стороны Пулковского шоссе аэропорт будет соседствовать с жилым городком и вузом. Этот небольшой жилой район получил название «Авиагородок». Его строительство началось в 1931 г. К лету 1941 г. было сооружено несколько жилых домов, общежитие, здание института инженеров ГВФ с клубом (ныне в нем располагается Академия гражданской авиации), а также школа, здравпункт, магазин, служебные и производственные постройки.

На юго-восточной оконечности Авиагородка в 1932 г. открыли аэропорт для воздушных сообщений. Авиалинии связали тогда наш город с Москвой, населенными пунктами Ленинградской области, Крайнего Севера и Северо-Западом страны. Аэропорт носил название «Шоссейная» – от названия близлежащей железнодорожной станции. В 1937 – 1941 гг. по проекту архитекторов А.И. Гегелло, Н.Е. Лансере, Л.Н. Ротинова и Ф.П. Шелоумова было сооружено здание аэровокзала.

4
{"b":"248671","o":1}