Содержание  
A
A
1
2
3
...
46
47
48
...
162

x x x

У Доски, где почетные граждане,
Я стоял больше часа однажды и
Вещи слышал там очень важные…
"…В самом ихнем тылу,
Под какой-то дырой,
Мы лежали в пылу
Да над самой горой, —
На природе, как в песне — на лоне,
И они у нас как на ладони, —
Я и друг — тот, с которым зимой
Из Сибири сошлись под Москвой.
Раньше оба мы были охотники —
А теперь на нас ватные потники
Да протертые подлокотники!
Я в Сибири всего
Только соболя бил, —
Ну а друг — он того —
На медведя ходил.
Он колпашевский — тоже берлога! —
Ну а я из Выезжего Лога.
И еще (если друг не хитрит):
Белку — в глаз, да в любой, говорит.
Разговор у нас с немцем двухствольчатый:
Кто шевелится — тот и кончатый, —
Будь он лапчатый, перепончатый!
Только спорить любил
Мой сибирский дружок —
Он во всем находил
Свой, невидимый прок, —
Оторвался на миг от прицела
И сказал: "Это мертвое тело —
Бьюсь на пачку махорки с тобой!"
Я взглянул, говорю: "Нет — живой!
Ты его лучше пулей попотчевай.
Я опричь же того ставлю хошь чего —
Он усидчивый да улежчивый!"
Друг от счастья завыл —
Он уверен в себе:
На медведя ходил
Где-то в ихней тайге, —
Он аж вскрикнул (негромко, конечно.
Потому что — светло, не кромешно),
Поглядел еще раз на овраг —
И сказал, что я лапоть и враг.
И еще заявил, что икра у них!
И вообще, мол, любого добра у них!..
И — позарился на мой браунинг.
Я тот браунинг взял
После ходки одной:
Фрица, значит, подмял,
А потом — за спиной…
И за этот мой подвиг геройский
Подарил сам майор Коханойский
Этот браунинг — тот, что со мной, —
Он уж очень был мне дорогой!
Но он только на это позарился.
Я и парился, и мытарился…
Если б знал он, как я отоварился!
Я сначала: "Не дам,
Не поддамся тебе!"
А потом: «По рукам!» —
И аж плюнул в злобе.
Ведь не вещи же — ценные в споре!
Мы сошлись на таком договоре:
Значит, я прикрываю, а тот —
Во весь рост на секунду встает…
Мы еще пять минут погутарили —
По рукам, как положено, вдарили, —
Вроде на поле, на базаре ли!
Шепчет он: "Коль меня
И в натуре убьют —
Значит, здесь схоронят,
И — чего еще тут…"
Поглядел еще раз вдоль дороги —
И шагнул как медведь из берлоги, —
И хотя уже стало светло —
Видел я, как сверкнуло стекло.
Я нажал — выстрел был первосортненький,
Хотя «соболь» попался мне вертненький.
А у ног моих — уже мертвенький…
Что теперь и наган мне —
Не им воевать.
Но свалился к ногам мне —
Забыл, как и звать, —
На природе, как в песне — на лоне,
И они у нас как на ладони.
…Я потом разговор вспоминал:
Может, правда — он белок стрелял?
Вот всю жизнь и кручусь я как верченый.
На доске меня этой зачерчивай!
…Эх, зачем он был недоверчивый!"

x x x

С Средней Азии — безобразие
(Мне письмо передали с оказией):
Как воскресение — так землетрясение,
В аэропортах — столпотворение…
И если в Кении — наводнение,
То, скажем, в Сопоте — песнопения.
Грущу я в сумерки и в новолуние:
В Китае — жуткая маоцзедуния…
…Остановился вдруг на середине я:
В Каире жарко и насерединия.

x x x

Угадаешь ли сегодня, елки-палки,
Что засядет нам назавтра в черепа?!
Я, к примеру, собираю зажигалки,
Ну а Севка — начал мучать черепах.
Друг мой Колька увлекается Ириной,
Друг мой Юрка бредит верховой ездой,
Друг мой Витька дни проводит под машиной,
Друг мой Левка летом ходит с бородой.
Если я задурю, захандрю —
Зажигалки я вмиг раздарю —
Или выбросить просто могу,
Или одновременно зажгу.

x x x

Как тесто на дрожжах, растут рекорды,
И в перспективе близкой, может быть,
Боксеры разобью друг другу морды
И скоро будет не по чему бить.
Прыгун в длину упрыгнет за границу,
А тот, кто будет прыгать в высоту, —
Взлетит — и никогда не приземлится,
Попав в «ТУ-104» на лету.
Возможности спортсмена безграничны,
И футболисты — даже на жаре —
Так станут гармоничны и тактичны,
Что все голы забьют в одной игре.
Сейчас за положенье вне игры — жмут,
А будет, тот, кто вне, тот — молодец,
Штангисты вырвут, вытолкнут и выжмут
Всю сталь, чугун, железо и свинец.
Сольются вместе финиши и старты,
Болельщикам — задышится легко,
Любители азарта — сядут в карты,
Стремясь набрать заветное «очко».
И — враз и навсегда поставят маты
Друг другу все гроссмейстеры в момент,
А судьи подадутся в адвокаты, —
Любой экс-чемпион для них клиент.
47
{"b":"249","o":1}