ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
Военные и политические концепции

Хотя Хуан Ши-гун уделяет основное внимание вопросам административного управления, некоторые важнейшие военные концепции, содержащиеся в «Трех стратегиях», также заслуживают внимания: это руководство армией, быстрота, авторитет, единство и равновесие, «твердое и мягкое».

Начиная с периода «Весен и Осеней», главнокомандующему все в большей степени вверялось не только военное руководство, но и полная власть как над воинами и командирами, так и над связанным с ними многочисленным сопровождением, состоящим из гражданских лиц. За некоторыми исключениями, мероприятия, обсуждаемые для использования в гражданской сфере, применимы и в сфере военной. Когда командующий принял мандат, его авторитет не должен вызывать сомнений. Вследствие огромной власти и широты обязанностей, только человек, обладающий большими знаниями, решительностью и разнообразными способностями, мог справиться с порученным делом. Он должен владеть собой, не суетиться и не колебаться. Он должен быть восприимчивым к предложениям и критике, хотя авторитет его должен оставаться беспрекословным. Его власть должна быть несомненной и твердой, а гнев — справедливым и страшным.

Идею «быстроты, а не затягиванья» выдвинул Сунь-цзы, и в «Трех стратегиях» многократно подчеркивается преимущество скорости и решительности: «Сражение должно быть подобно дующему ветру; атаки должны быть подобны текущей реке». Сомнения, неуверенность в принятых решениях, обращение к духам и прибегание к гаданию или чему-нибудь еще— все эго может свести на нет готовность армии и замедлить действия так, что спасти ситуацию будет уже невозможно. В древности, как и поныне, авторитет был существенной и часто единственной основой власти и средств управления людьми. «Вэй» — возможно, лучше всего перевести это как «устрашающая сила», — термин, который обычно используется для характеристики облика авторитетной личности. Согласно Конфуцию, «вэй» — это образ справедливого человека, надевающего доспехи, воздействующий на других людей. Это высшая власть полководца или правителя, владеющего всей мощью дрожащей от страха империи.

Практически все легисты и военные мыслители искали пути укрепления устрашающей силы, признавая ее огромную роль в управлении людьми и принуждении врага рассыпаться и бежать с поля боя. Без нее полководец не дееспособен, ибо он обязательно утратит преданность людей.

Вечной основой реальной власти в государстве является безусловный контроль за наградами и наказаниями. Хотя теория и практика строгого, сурового и систематического использования наград и наказаний наиболее связана с легистской школой, каждый военный теоретик признавал их жизненную необходимость. Когда им непоколебимо верят, величие и устрашающая сила полководца установлены: «Армия принимает награды как свою форму, а наказания как свою сущность. Когда награды и наказания ясны, величие полководца установлено».

Второй важнейший элемент устрашающей силы полководца и правителя — искусное использование команд и приказов. Приказы не должны ни бездумно отдаваться, ни отменяться; в противном случае они утратят свою силу и влияние. Устрашающая сила зависит от восприятия и выполнения приказов, а само выполнение опирается на страх, уважение и добровольное подчинение людей. Очевидно, что необходимо всеми силами сохранять такое равновесие, ибо как только появляется трещина. сомнений, крах авторитета неминуем.

Одно из первых положений «Высшей стратегии» представляет собой цитату предположительно из древнего военного сочинения: «Мягкое может управлять твердым, слабое может управлять сильным». Возможно, автор хотел озадачить читателя, ведь приводя эту даосскую парадигму, он как бы отрицает сложившуюся военную истину, согласно которой ключом к победе являются сила и твердость. Признание Лао-цзы способности мягкого покорять твердое — нашедшее отражение в нескольких главах «Дао-дэ цзина» — ведет его к убеждению, что необходимо занять пассивное и низкое положение, дабы не стать хрупким или излишне сильным и открытым. Хуан Ши-гун распространил эти идеи и на военную сферу. Однако он не утверждает исключительной силы только мягкости и слабости, но в равной степени выступает за применение твердого и сильного — каждого в свое время и при определенных условиях. Такое обдуманное использование, по мнению Хуан Ши-гуна, соответствует Дао Неба и необходимо тому, кто хочет преуспеть в искусстве управления государством.

В другом фрагменте вновь цитируются «Военные речи», чтобы подтвердить идею о необходимости всех четырех: мягкости, твердости, слабости и силы. Метание от одной крайности к другой приведет к нестабильности, и государство погибнет. Поэтому «добродетель», определяемую как мягкость, необходимо практиковать, однако нельзя забывать и о сильной армии и подготовке к справедливой войне. Некоторые комментаторы, например, минский Лю Инь, также указывают на возможность прибегнуть к обману и хитрости — посредством чего можно скрыть мягкость и явить твердость, и наоборот. Однако в «Трех стратегиях» данная тема не развивается, и исследователи, цитирующие соответствующие пассажи в качестве якобы неопровержимого свидетельства того, что сочинение написано членом школы Хуан-лао (а не стратегом— эклектиком), по-видимому, выдают желаемое за действительное. Даосская мысль имела давние связи с военной мыслью, уходящие в глубь веков к самому Сунь-цзы, и потому наличие в тексте «даосских фрагментов» не может само по себе являться убедительным доказательством.

Перевод

Высшая стратегия

Метод главнокомандующего заключается в приобретении сердец храбрецов, награждении и выдаче жалования отличившимся, а также воодушевлении войск своей волей. Поэтому, если у него те же предпочтения, что и у войск, нет ничего, чего бы он не достиг. Если у него та же ненависть, что и у войск, нет никого, кого бы он не сверг. Управление государством и обеспечение безопасности семьи— [это вопрос] приобретения людей. Потеря государства и уничтожение семьи— [это вопрос] потери людей. Все люди хотят исполнения своих желаний.

В «Военных речах» сказано: «Мягкое может управлять твердым, слабое может управлять сильным». Мягкое— это добродетель. Твердое— это разбойник. Слабое— это то, чему помогут люди. Сильное — это то, чем возмутятся. У мягкого есть случаи, когда оно устанавливается; у твердого есть случаи, когда оно применяется; у слабого есть случаи, когда оно используется; усильного есть случаи, когда оно прирастает. Сочетай эти четыре вещи и управляй ими соответственно.

Пока ни начало, ни конец не стали очевидными, никто не в состоянии познать их. Небо и Земля одухотворены и просвещены, они изменяют и преобразуют мириады вещей. Изменения и движение полководца не должны быть одними и теми же. Он должен изменяться и преображаться в соответствии с врагом. Он не предшествует делам; когда враг движется, он немедленно движется за ним. Поэтому он может формулировать неистощимые стратегии и методы управления, поддерживать и венчать устрашающую силу Неба, приносить спокойствие и порядок на восемь направлений, собирать и усмирять Девять варваров. Такой стратег— учитель для императора или подлинного правителя.

Поэтому я утверждаю, что каждый жаждет силы, но немногие способны сохранить непостижимое. Если кто-либо может сохранить непостижимое, он может защитить свою жизнь. Совершенномудрый сохраняет его, чтобы откликаться на малейшее изменение дел. Если он освободит его, оно распространится в пределах четырех морей. Если он соберет его, оно не наполнит и чаши. Он живет в нем, но без жилища. Он охраняет его, но без городских стен. Он прячет его в своей груди, и вражеские государства подчиняются.

В «Военных речах» сказано: «Если кто-либо может быть мягким и твердым, его государство будет процветать день ото дня! Если кто-либо может быть слабым и сильным, его государство будет все более и более значительным! Если — только мягким и только слабым, его государство неизбежно придет в упадок! Если — только твердым и только сильным, его государство неизбежно будет уничтожено!»

75
{"b":"249635","o":1}