ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Бабушка, я хочу поговорить с тобой о Рики… – Арина медленно опустилась на стул. – Что о нем скажешь?

– Как? Вообще?

– Да. Когда ты на него смотришь, что приходит тебе на ум?

– Хороший парнишка, добрый, ласковый… Ну, не глуп, нет. Иногда очень даже сообразительный. Вертлявый, конечно. Обычный ребенок.

– А как у него со здоровьем, ты ведь понимаешь в этом толк?

– Ты говоришь о бороде?

– Да нет, я имею ввиду его общее состояние.

– После вчерашнего случая с овинником он так быстро идет на поправку, удивительно даже. На нем все, как на собаке, заживает…

– Рики болен.

– С чего ты взял?

– Он потерял память.

Арина оторопела.

– Ну, уж… Он так подробно рассказывает о себе, так интересно… И семья у них дружная, и собака есть, большая, лохматая… Вечерами они ходят встречать с работы отца, любят загорать в своем саду, где много цветов и поют красивые желтые птицы… Как же он их называл?… Вот забыла…

Дизи болезненно поморщился.

– У него нет матери. Она умерла давно, как только Рики родился. А отец… С отцом у него были плохие отношения.

У Арины перехватило дыхание. Бедный мальчик…

– Но как же…

– Он забыл о своей прошлой жизни, как иногда люди пытаются забыть о чем-то плохом. Он мечтал о дружной, счастливой семье, где все любят и понимают друг друга. И после болезни эти мечты превратились в его воспоминания. Он верит, что так все и было, и ждет, когда вернется домой.

– Но ему некуда возвращаться, так?

Дизи кивнул. Арина сейчас чувствовала то же, что и ее собеседник, – печаль и желание защитить, отогреть худенького одинокого мальчика с черными глазами.

– Хочешь меня о чем-то попросить?

– Полечишь его? Борода и память – что с этим можно сделать? Одно убрать, а другое вернуть.

– Борода у него начала расти одновременно с потерей памяти?

– Да, можно так сказать.

– От бороды, возможно, я его избавлю. Был у меня случай: женщина чуть не погибла при пожаре, и у нее начали расти волосы на лице. Я поила ее травами и вылечила. – Дизи повеселел. – А вот память… Вряд ли помогу. Понимаешь ли, это темная и запретная область в ведовстве. Только черные колдуны вмешиваются в человеческую память, как хотят, а нам это запрещено. Считается, что это знак судьбы, и все должно идти так, как идет. Видишь, как у бородатенького все получилось… А может, оно и к лучшему, что он забыл все плохое? Зачем ему опять узнавать, что он одинок? Сейчас у него есть друзья, может, встретится ему и та, которую он назовет своей матерью… Разве тебе так хочется снова увидеть его несчастным? Пусть будет всё, как есть, а?

Дизи в волнении прошелся по горнице и остановился у окна, отвернувшись от Арины.

– Представь, что ты сейчас тоже лишилась памяти, – сказал он, глядя на работающих во дворе мальчиков. – Ты не понимаешь, где ты находишься и что происходит вокруг. Ты не помнишь себя, своих мыслей, чувств, своего имени, своих родных. А самое главное – ты забыла, что тебе грозит опасность, и ты не готова встретить ее. – Дизи взглянул на растерявшуюся мокошь. – Так что бы ты выбрала: забыть все плохое в своей нелегкой жизни или помнить и принимать решения?

Он прав. Как он прав… Яйцо учит курицу. У Арины разболелась голова. Почему в жизни все сложно и запутанно? Почему не бывает так, чтобы все были счастливы?

– И еще… чтобы ты поняла, почему я хочу вернуть ему память… – добавил Дизи, глядя на нее печальными глазами. – Рики стал – как бы это объяснить? – совсем другим. Он утратил часть себя, своей личности. Я понятно выражаюсь?

Арина в ответ только вздохнула.

Дизи отправил Рики в дом, к Арине, а сам вкратце пересказал Тики свой разговор с мокошью. Не успели мальчики снова взяться за работу, как их черноглазый дружок вприпрыжку вернулся обратно. Судя по его блуждающему взгляду, он искал свою деревянную машину.

– Уже все? – удивленно спросил Дизи.

– Ага.

– Не боялся?

– Вот еще!

– А бабушка где?

– Она спать легла.

Каждый занялся своим делом.

– Что-то она сегодня много спит, – сказал Дизи через некоторое время. Тики кивнул. Дизи отставил в сторону незаконченный горшочек и подозвал к себе Рики.

– Рики, бабушка тебя отпустила?

– Нет. Я же вам сказал уже – она спать легла!

– Я ничего не пойму. Ну-ка, рассказывай все сначала.

– Ну, я пришел к ней, сказал, как ты научил: «Бабушка, полечи меня, пожалуйста…»

– Так, молодец. А дальше?

– Она мне дала выпить какую-то травку горькую – тьфу! – от бороды, сказала… Потом она села на лавку, я встал перед ней. Она говорит: «Закрой глаза.» Я закрыл, потом хотел подглядеть, что она делает. Она вот так руками у меня над головой стала водить. – Рики показал, как двигались руки мокоши. – Увидела, что я подглядываю, сказала: «Ну-ка!» Я сразу зажмурился. Жду-жду, она молчит. Я думаю: что я, до вечера, что ли, буду так стоять? Глаза открыл, а она лежит на лавке и спит. Я ее позвал, за руку подергал, она не просыпается…

Дизи и Тики одновременно вскочили на ноги и побежали в дом. Рики, остолбенев на мгновение, бросился за ними.

Мокошь, раскинув руки, без сознания лежала на лавке. Мальчики быстро развязали ее белый головной платок, сбившийся набок, смочили его водой и положили ей на лоб. Тики настежь распахнул окно, а Дизи принялся нажимать на голове и руках больной чувствительные точки. Рики наблюдал за действиями друзей, раскрыв рот. Вскоре лицо у Арины порозовело, и она пришла в себя.

– Ну, напугала ты нас, бабуся! – с облегчением произнес Тики. – Выпей-ка водички брусничной…

От воды Арина отказалась, не без помощи мальчиков приподнялась, села на лавке и сказала, ни на кого не глядя:

– Голова что-то закружилась… – Потом обратилась к Рики: – Дружочек, куда же это петух мой запропал? Ты бы пошел его поискал…

– Я? – поразился Рики. – Чтобы он меня опять клюнул?

– А вдруг он тоже заболел, как бабушка? – сказал Дизи.

Этот довод показался Рики убедительным, и он отправился на поиски петуха.

С минуту все молчали – мокошь собиралась с мыслями.

– Вот что, – наконец сказала она. – Не могу я ничего про его память разузнать. Несколько раз руками над его головкой провела – хотела заглянуть внутрь, нащупать больное место – получила по сознанию удар, сами видите, какой…

– Ты начала его гипнотизировать? – спросил Дизи.

– Боже упаси… – отмахнулась Арина. – Этим только фокусники всякие занимаются. Приезжал тут к нам один гипнотизер… Меня не было в деревне, а то он у меня узнал бы, как людей портить! В общем, пришел народ на чудеса его поглазеть. Он вызвал к себе Федю – здоровый такой парнище у нас был – загипнотизировал его, Федя и давай скакать, как дитя малое… Плакать принялся, мамку свою искать… Это двадцатилетний парень-то! А наши остолопы и рады, хохочут. Натешились, вывел он Федю из гипноза, а разум к нему и не вернулся… – Арина сокрушенно вздохнула. – Два года ходил, как ребятенок.

– А гипнотизер? – спросил Тики.

Арина махнула рукой.

– Побили его мужики сильно, да что толку, Феде-то этим не помогли… Я тоже не смогла.

– Интересная история, – задумчиво произнес Дизи. – А с Рики что делать?

– Оставить все, как есть. И ждать. Может, переменится все к лучшему. Кто знает?

Со двора донеслись вопли, шум и хлопанье крыльев.

– Нашел, – сказал Тики, и все негромко засмеялись.

– Дизи, мы скоро отсюда уйдем?

– Скоро. Что, надоело уже здесь?

– Петух надоел. Я его ненавижу.

– А мне кажется, ты ему нравишься.

– Нравлюсь?! Вчера раз пятнадцать меня клюнул!

– Это он хочет, чтобы ты обратил на него внимание. Возьми и погладь его завтра, что-нибудь ласковое скажи.

– Я ему ласковое, а он опять драться!

– А ты сначала попробуй.

– Я и так уже весь в синяках от этого петуха! Тики, вон опять звездочка полетела… Почему они падают, а?

– Это не звезды. Это метеоры.

– Что за метеоры?

– В космосе летают небольшие такие камни. Они подлетают к Земле и, когда падают, сгорают, а нам кажется, что это падают звезды.

15
{"b":"24980","o":1}