ЛитМир - Электронная Библиотека

Змей пустыни!

Марк не сподобился даже выхватить меч – наверное, подспудно понимал, что этого врага ему никак не одолеть. Его хватило лишь на то, чтобы вырваться из сковывающего одиночества, когда весь мир вокруг стал абсолютно чужим, и увидеть лица друзей: отвисшая челюсть Автолика, раскрытые в ужасе глаза Лейны, покрытые мертвенной бледностью щёки Никты…

Две секунды минули. Песок вспучился, взлетел столбом высоко вверх, и вот – чёрное кольцевидное тело гигантского змея застыло в изогнутой стойке.

Марк остолбенел, против воли встретившись со взглядом чудовища.

«Его глаза… они… они не такие… такого не должно быть…»

В них не было той ненавидящей всё живое силы, которую излучали глаза чёрных драконов. Щёлочки глаз этого существа выражали древние знания о смертных и обо всех их слабостях. Шипение змея было не злобным, не пугающим – в нём была скользкая вкрадчивость, проникающая глубоко в разум, в душу и ещё глубже. Узкая треугольная голова с двумя длинными ядовитыми клыками и мелко играющий раздвоенный язык поражали параличом без единого удара.

«…Это морок! Иллюзия! Его не существует… – зашумело в голове. – Мыслезащита! Нужно закрыть разум!»

Поздно! Невыносимые искушения беспрепятственно ворвались в разум, круша мечты, идеалы, веру – всё. Поползли глубже, проникая в самые сокровенные глубины естества. Хотелось исступлённо завопить «Не-е-ет, не смей!!!», удержать любой ценой это всепроникающее осквернение, это бесцеремонно лезущее в душу злорадное любопытство бессмертного существа. Но Марк был скован. И скован даже не магией древнего змея, а шокирующим осознанием того, что он готов поддаться искушению! Власть, знания, могущество, удовольствие – невероятная, чудовищно приятная услада, возносящая его на уровень могущественного теоита – в этот миг Марку почудилось, что он готов принять любое из предложенных искушений, даже точно зная, что расплатой станет бесконечная мучительная смерть, без надежды обрести покой…

Тайна змея пустыни открылась ему как блеск убийственной молнии, как горькое познание таинства смерти, когда понимаешь, что вся жизнь была пустой, но возврата назад уже не будет. Змей – неважно бестелесный ли он фантом или существо из плоти и крови – никого не убивал удушающими кольцами, ядом или магией. Но искушения, которые он умел преподнести, которые проникали в любую грешную душу – они убивали. Змей знал, что предложить смертному, чтобы тот был не в силах отказаться. Он знал человека до самых его глубин… до тех глубин, где скрываются самые тёмные желания…

…И внезапно всё прекратилось. Марк обрёл способность видеть, слышать и думать – о, какое блаженство! Он судорожно задышал, весь в холодном поту от ужаса и отвращения.

– Ш-ш-ша! – послышался издали человеческий голос.

Косо глянув вбок, Марк заметил, что Лейна лежит на песке без чувств, Никта стоит на коленях, а Автолик, бледный как смерть, медленно оседает на землю.

– Ш-ш-ша! – повторилось вновь.

Наконец Марк его увидел. Человек в ветхом одеянии отшельника, заросший бородой и длинными волосами шёл к ним, протягивая руку к древнему змею, будто хотел его утихомирить. Змей смотрел на него острым непроницаемым взглядом узких щёлочек глаз и перебирал языком. Он не выглядел ни раздражённым, ни напуганным. В стойке змея, возвышающегося над землёй на два человеческих роста, было что-то заурядное, словно самый жуткий монстр Фарана виделся с этим человеком ежедневно, и они успели надоесть друг другу.

После третьего «Ш-ш-ша!» змей изогнулся и гибко нырнул в песок. Перед глазами изумленных странников замелькали тёмные кольца змеиного тела, уходящие с приглушенным шуршанием в подземные норы.

«Морок. Иллюзия…»

Марк приложил трясущиеся ладони к лицу. Оно горело, как при лихорадке. Никогда, никогда, если только он выберется отсюда, его нога не ступит в эти зловещие пески! Он не подойдёт к Фарану даже на дневной переход! Уж лучше ещё одна драка с толпой солимов… нет, со всеми солимами Спящей сельвы! Быть исколотым отравленными копьями – ещё самая завидная участь по сравнению с ЭТИМ!

Человек в обветшалых одеждах песочного цвета опустил руку и приветливо улыбнулся. Автолик опомнился первым, шагнул к нему, и тут произошло ещё одно чудо. Отшельник, только что прогнавший непобедимого монстра, дружески развёл руки и заключил вольного стрелка в крепкие объятия.

– Автолик. Я знал, что ты снова придёшь в пустыню. А ты ещё и друзей привёл.

Голос отшельника, чуть хрипловатый, был спокойным или даже умиротворённым. Вольный стрелок, казалось, сейчас прослезится.

– Я знал… я верил… нет, я ни на миг не сомневался, что найду тебя!

– Все живы? – отшельник прокашлялся, голос его стал мягким и лёгким, как ветер в этих тихих местах. – Идёмте к моему жилищу.

Очнулась Лейна, глядя на отшельника изумлёнными глазами. Она держалась за руку Никты, и сложно было сказать, кто кому помогает подняться на ноги.

– Кто ты? – прошептал Марк, сомневаясь, что незнакомец услышит его сдавленный шёпот.

Но он услышал.

– Мало того, что Автолик не представил вас, так ещё и не сказал вам, к кому привёл? – шутливо укорил отшельник вольного стрелка, обернув к нему лицо – заросшее, загорелое и удивительно добродушное.

Автолик виновато развёл руками:

– Это мои друзья: Маркос-северянин, Седьмой миротворец, Никта, дочь Сельвана и Лейна из Плеонии… Друзья, этого человека вы знаете, хотя, скорее всего, никогда не видели. В Каллирое его называют Фосферосом… Однако он не слишком любит это прозвище, так что зовите его лучше по имени: Эфай.

«Фосферос! Эфай! – Марк перевёл дух от ликования. – Хвала Всевышнему! Наконец-то, наконец-то мне повезло! Автолик привёл меня именно к тому – единственному – человеку в Каллирое, который может мне помочь! О, чудо!»

***

Много историй ходило о Фосферосе, но толком о нём никто ничего не знал: молодой рыцарь воинственного ордена, именуемого Мечом Справедливости, ближайший соратник Третьего миротворца. Того самого, который обагрил кровью южные земли Каллирои, положив начало истребительной войне между аделианами и лесными чародеями, бесцветными магами, горцами и варварами. В ночь расправы Третьего над жителями усадьбы лесных чародеев в Лунном лесу, Эфай спас из огня девочку-чародейку, известную ныне под мрачным именем Амарта. Этот поступок едва не стоил Эфаю жизни. Никто не мог сказать точно, почему Третий миротворец не убил его за непослушание. Вернув спасённую девочку её отцу, Эфай ушёл в Фаран, где долгие годы познавал секреты учения Таинства Жизни. Многие воители и прославленные рыцари приходили к нему в пустыню, чтобы обрести ту силу, о которой ходили самые невероятные слухи. Говорили, что тот, кому удастся попасть к Эфаю в ученики, несомненно станет великим мастером меча. Эфая стали называть не иначе как Фосферосом, то есть Светоносным. Лучшим рыцарем юга считался глава Серебряного Щита Главк, но он всегда заявлял, что является всего лишь учеником непобедимого Фосфероса.

Орден Посвящённых, как называли в Каллирое сообщество воинов-пустынников, долгое время считался выдумкой. Однако именно его появление на поле Амархтонской битвы спасло армию королевы Сильвиры от разгрома. Шестьдесят отшельников с Фосферосом во главе вели бой против Первого легиона Хадамарта. Пять тысяч отборных даймонов с яростью штурмовали холм, на котором держали оборону Посвящённые, и ни один нелюдь так и не выбрался на вершину. Более того, потрепанный и деморализованный легион обратился в бегство. От поединка с Фосферосом позорно бежал сам Ксерон – бессмертный легат Первого легиона, один из четырёх приближённых самого Владыки Хадамарта. Бежал, хотя никогда и нигде не знал себе равного противника среди смертных.

И вот, человек-загадка, человек-легенда, обративший в бегство непобедимого властителя тьмы, живёт аскетом в пустыне, носит выгоревшую ветошь, которой в Мелисе постыдился бы последний бедняк, спит в пещере и питается неизвестно чем.

До изъеденных пещерами холмов оставалось рукой подать. Эфай шёл первым. Он был немногословен, хоть и не оставлял вопросы взволнованных гостей без ответа. Правда, спрашивал его один Автолик. Остальные шли молча, не в силах поверить, что так запросто повстречались с главой самого таинственного и легендарного рыцарского ордена Каллирои – Ордена Посвящённых.

3
{"b":"250217","o":1}