ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А, значит, ты служил в Индии?

— И в восточной и в западной, — похвастался кандидат на придворную должность, — на море и на суше. Я служил португальцам и испанцам, голландцам и французам и на собственные денежки вел войну с шайкой веселых ребят, которые утверждали, что за экватором не может быть мирной жизни. note 10

— Ты можешь хорошо послужить мне, и милорду, и самому себе, — помолчав, сказал Варни. — Но запомни: я знаю людей. Отвечай правду: можешь ты быть верным слугой?

— Ежели бы вы и не знали людей, — сказал Лэмборн, — я счел бы своим долгом ответить — да, без всяких там прочих штучек, да еще поклясться при сем жизнью и честью и так далее. Но так как мне кажется, что вашей милости угодна скорее честная правда, чем дипломатическая ложь, я отвечаю вам, что могу быть верным до подножия виселицы, да что там — до петли, свисающей с нее, если со мной будут хорошо обращаться и хорошо награждать — не иначе.

— К твоим прочим добродетелям ты можешь, без сомнения, добавить, — сказал Варни издевательским тоном, — способность в случае необходимости казаться серьезным и благочестивым.

— Мне ничего не стоило бы сказать — да, — ответил Лэмборн, — но, говоря начистоту, я должен сказать — нет. Ежели вам нужен лицемер, можете взять Энтони Фостера. Его с самого детства преследует нечто вроде призрака, который он называет религией, хотя это такой сорт благочестия, который всегда оборачивался для него прибылью. Но у меня нет таких талантов.

— Ладно, — сказал Варни. — Если нет в тебе лицемерия, то есть ли у тебя здесь хоть лошадь в конюшне?

— Как же, сэр! — воскликнул Лэмборн. — Да такая, что потягается с лучшими охотничьими лошадками милорда герцога в скачке через изгороди и канавы. Когда я маленько промахнулся на Шутерс-хилл и остановил старика скотовода, карманы которого были набиты поплотнее его черепной коробки, мой славный гнедой конек вынес меня прочь из беды, несмотря на все их крики и улюлюканья.

— Тогда седлай его сейчас же и поедешь со мной, — приказал Варни. — Оставь свое платье и вещи на хранение хозяину. А я определю тебя на службу, где если сам не приложишь стараний, то не судьбу вини, а пеняй на себя.

— Сказано превосходно и по-дружески! — воскликнул Лэмборн. — Я буду готов в одно мгновение. Эй, конюх, седлай, болван, мою лошадку, не теряя ни секунды, если тебе твоя башка дорога. Прелестная Сисили, возьми себе половину этого кошелька в утешение по случаю моего неожиданного отъезда.

— Нет, уж это к дьяволу! — вмешался ее отец. — Сисили не нуждается в таких знаках внимания от тебя. Убирайся прочь, Майк, и ищи себе милость божью, если можешь, хотя не думаю, чтобы ты отправился туда, где она тебя ожидает.

— Позволь-ка мне взглянуть на твою Сисили, хозяин, — попросил Варни. — Я много наслышан о ее красоте.

— Это красота загорелой смуглянки, — возразил хозяин. — Она может устоять против дождя и ветра, но мало пригодна, чтобы понравиться таким вельможным критикам, как вы. Она у себя в комнате и не может предстать пред светлые очи такого придворного кавалера, как мой благородный гость.

— Ну, бог с ней, добрый хозяин, — согласился Варни. — Лошади уже бьют копытами. Счастливо оставаться!

— А мой племянник едет с вами, позвольте спросить? — осведомился Гозлинг.

— Да, намерен как будто, — ответил Варни.

— Ты прав, совершенно прав, — сказал хозяин, — говорю тебе, ты совершенно прав, родственничек. Лошадка у тебя бойкая, смотри только ненароком не угоди в петлю. А уж если ты непременно хочешь достигнуть бессмертия посредством веревки, что весьма вероятно, раз ты связался с этим джентльменом, то заклинаю тебя найти себе виселицу как можно дальше от Камнора. Засим вверяю тебя твоей лошади и седлу.

Шталмейстер и его новый слуга тем временем вскочили на лошадей, предоставив хозяину извергать свои зловещие напутствия наедине сколько ему вздумается. Они поехали сначала быстрой рысью, и это мешало их беседе, но когда они стали подниматься на крутой песчаный холм, разговор возобновился.

— Ты, стало быть, доволен, что будешь служить при дворе? — спросил Варни.

— Да, уважаемый сэр, ежели вам подходят мои условия так, как мне подходят ваши.

— А каковы твои условия? — поинтересовался Варни.

— Ежели я должен зорко следить за интересами моего покровителя, он должен глядеть сквозь пальцы на мои недостатки, — объявил Лэмборн.

— Ага, — сказал Варни, — значит, они не слишком бросаются в глаза, чтобы ему переломать о них ноги?

— Верно, — согласился Лэмборн. — Далее, ежели я помогаю травить дичь, мне должны предоставить глодать косточки.

— Это разумно, — признал Варни. — Сначала старшим, потом тебе.

— Правильно, — продолжал Лэмборн. — Остается добавить только одно. Ежели закон и я поссоримся, мой покровитель должен вызволить меня из тенет. Это самое главное.

— И это разумно, — подхватил Варни, — если, конечно, ссора произошла на службе у хозяина.

— О жалованье и прочем таком я уже не говорю, — добавил Лэмборн. — Я должен рассчитывать на всякие секретные награды.

— Не бойся, — успокоил его Варни. — У тебя будет достаточно платьев, да и денег тоже вполне хватит на всякие твои развлечения. Ты поступаешь в Дом, где в золоте, как говорится, купаются по уши.

— Вот это мне по душе, — обрадовался Майкл Лэмборн. — Остается только, чтобы вы сообщили мне имя моего хозяина.

— Меня зовут мистер Ричард Варни, — ответил его спутник.

— Но я имею в виду, — сказал Лэмборн, — имя того благородного лорда, к кому на службу вы хотите меня определить.

— Ты что, мерзавец, слишком важная персона, чтобы называть меня господином? — запальчиво прикрикнул на него Варни. — Ты у меня можешь дерзить другим, а наглости по отношению к себе я, знаешь ли, не потерплю.

— Прошу прощения у вашей милости, — присмирел Лэмборн. — Но вы, кажется, на дружеской ноге с Энтони Фостером. А мы теперь с Энтони тоже друзья.

— Я вижу, ты хитрый плут, — смягчился Варни. — Так заруби себе на носу: я действительно собираюсь ввести тебя в свиту вельможи. Но ты будешь находиться всегда при мне и должен выполнять мои распоряжения. Я его шталмейстер. Скоро ты узнаешь его имя. Перед этим именем дрожит Государственный совет, оно управляет королевством.

— С таким талисманом вполне можно производить магические заклинания, — заметил Лэмборн, — ежели кто хочет отыскать тайные клады!

— Если подойти к делу с умом, то да, — согласился Варни. — Но запомни: если сам полезешь творить заклинания, то можешь вызвать дьявола, который разорвет тебя на мелкие кусочки!

— Все ясно, — объявил Лэмборн. — Я не преступлю должных границ.

Тут путешественники, закончив разговор, опять помчались вперед и вскоре въехали в королевский парк в Вудстоке. Это старинное владение английской короны тогда сильно отличалось на вид от того, чем оно было, когда в нем обитала красавица Розамунда и оно служило ареной для тайных и весьма непозволительных любовных интрижек Генриха II. Оно еще меньше похоже на то, чем стало в нынешние времена, когда замок Бленхейм напоминает о победе Марлборо и не в меньшей степени о гении Ванбру, хотя при жизни его осуждали люди, значительно уступавшие ему по тонкости вкуса. Во времена Елизаветы это было старинное, весьма запущенное здание, давно уже не удостаивавшееся чести быть королевской резиденцией, вследствие чего последовало совершенное обнищание окрестных деревень. Жители их, однако, несколько раз подавали прошения королеве о том, чтобы она хоть изредка удостаивала их чести лицезреть ее царственный лик. По этому самому делу, по крайней мере на первый взгляд, благородный лорд, которого мы уже представили читателям, и посетил Вудсток.

Варни и Лэмборн, не стесняясь, проскакали галопом прямо во двор старинного полуразрушенного здания. Там можно было видеть в то утро сцену величайшего переполоха, которого здесь не видывали за два последних царствования. Челядь графа, ливрейные лакеи и другие слуги то входили, то выходили из дома с наглым шумом и ссорами, ведьма обычными для их должности. Слышались лошадиное ржание и собачий лай, так как лорд, по долгу осмотра и обследования замка и всех угодий, был, конечно, снабжен всем необходимым для того, чтобы позабавиться охотой в парке, по слухам — одном из древнейших в Англии и изобиловавшем оленями, которые уже давно бродили там в полной безопасности. Несколько деревенских жителей, в тревожной надежде на благоприятные последствия этого столь редкого посещения, слонялись по двору, ожидая выхода великого человека. Всех их взволновало внезапное прибытие Варни. Послышался шепот: «Графский шталмейстер!», и они не замедлили попытаться снискать его расположение, снимая шапки и предлагая подержать уздечку и стремя любимого слуги и приближенного графа.

вернуться

Note10

Сэр Фрэнсис Дрейк, Морган и многие смелые авантюристы той эпохи были и в самом деле немногим лучше настоящих пиратов. (Прим. автора.).

26
{"b":"25023","o":1}