ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

«В кругу твоих подруг одна ты не смеялась…»

В кругу твоих подруг одна ты не смеялась…
Печально возвратись с их праздника домой,
Ты села у окна и горько разрыдалась,
Упав на кисти рук усталой головой…
Ночь медленно плыла… Над городом мерцали
Огни несчетных звезд… Остывшая земля
Томилась негой сна, и чутко трепетали,
Вдоль улицы теснясь, густые тополя…
Весна одела их нарядом серебристым.
Весна была во всем — и в шорохе садов,
И в говоре реки, и в воздухе душистом,
И в раннем блеске зорь, и в песнях соловьев.
Весна, весна пришла!.. Не мучь себя тоскою,
Взгляни смелей туда, в загадочную даль!..
Я убаюкаю, развею, успокою
Твою гнетущую, тяжелую печаль!..
1885

«Видишь, — вот он! Он гордо проходит толпой…»

Видишь, — вот он! Он гордо проходит толпой,
И толпа расступилась безмолвно пред ним.
О, сегодня, дитя, он доволен собой, —
Он себя обессмертил успехом своим.
Сколько было венков! Я видал, как следил
Он за пьесой своей! Он глубоко страдал!
Каждый промах его, как ребенка, сердил,
Каждый выход его до тоски волновал.
И тогда лишь, когда весь театр, потрясен,
Разразился грозою восторга и слез,
Там, в тревожной груди его, был разрешен
Тяготивший его молчаливый вопрос.
Да, не жалкий позор угрожает ему,
А несет ему слава цветы и привет,
То, что дорого было ему одному,
То полюбит теперь, как святыню, весь свет.
Но, дитя, не завидуй ему, — он пройдет,
В гордом сердце его, этот гордый порыв.
Острый ум его скоро и горько поймет,
Что не так, как казалось ему, он счастлив
И что, может, он даже несчастней их всех.
Всех, гремевших ему в этот вечер хвалой,
У кого вырывал он то слезы, то смех
И над чьей, как владыка, царил он душой.
Что толпа? Для толпы был бы пышен цветок, —
Ей нет дела до темных, невидных корней.
Для толпы он велик, для толпы он пророк;
Для себя он — ничто, для себя он — пигмей!
Не молись на него: пред тобой не герой —
Нет героев в наш жалкий, скудеющий век, —
Пред тобою несчастный, усталый, больной,
Себялюбием полный, мертвец-человек…
Он мертвец, потому что он с детства не жил,
Потому что не будет до гроба он жить,
Потому что он каждое чувство спешил,
Чуть оно возникало, умом разложить!
Он — художник! И верь мне, не зависть они,
А одно сожаленье должны возбуждать…
Вот те боги, которых в печальные дни.
В наши дни, мы привыкли цветами венчать!..
1885

«Нет, видно, мне опять томиться до утра…»

Нет, видно, мне опять томиться до утра!
Расстроили ль меня сегодня доктора
Ненужной мудростью советов запоздалых,
Иль это ты, мой бич, знакомая хандра,
Спугнула грезы сна с ресниц моих усталых, —
Но только сон нейдет! Как быть? Как скоротать
Глухую эту ночь? Когда б я мог мечтать,
Я б занял праздный ум сверкающим обманом
Нарядных вымыслов. Но я мечтать отвык,
И только истины немой и грозный лик
В грядущем вижу я за мглою и туманом…
Ложь книг наскучила… Я знаю наизусть
И лживый пафос их и деланную грусть,
А нового давно не слышно и не видно;
Я мог бы оживить преданья прошлых дней
И отдохнуть на них больной душой моей, —
Но жизнь моя прошла и горько и обидно.
А между тем лежать в гнетущей тишине,
И слышать кашель свой, и слышать на стене
Немолчный стук часов — несносно, нестерпимо…
Прочь думы черные о смерти роковой,
О том, что ждет меня за гробовой доской!
Прочь тени грозные, — неситесь мимо, мимо!..
Ты, только ты одна могла бы мне помочь,
Ты эту долгую, страдальческую ночь
Сумела б и согреть и озарить любовью…
Приди, о милая! Сядь ближе здесь со мной,
Склонись головкою, как солнце, золотой
К измокшему от слез больного изголовью.
О, если в жизни я кого-нибудь любил,
Знай, это ты была… Как долго я носил
Твой образ в глубине души моей тревожной,
Но сохранить его навеки я не мог:
Шли годы долгие, и тихо он поблек…
И вот я чувствую, я слышу, как в груди
Какая-то струна заплакала украдкой;
Вот чей-то нежный взгляд блеснул передо мной,
И сердце вновь трепещет стариной,
И сердце вновь в груди пылает болью сладкой…
1885

«Надо жить! Вот они, роковые слова…»

Надо жить! Вот они, роковые слова!
Вот она, роковая задача!
Кто над ней не трудился, тоскуя и плача,
Чья над ней не ломилась от дум голова?
1885

«Как долго длился день!.. Как долго я не мог…»

Как долго длился день!.. Как долго я не мог
Уйти от глаз толпы в мой угол одинокий,
Чтоб пошлый суд глупцов насмешкою жестокой
Ни, горьких дум моих, ни слез не подстерег…
И вот я наконец один с моей тоской:
Спешите ж, коршуны, — бороться я не стану, —
Слетайтесь хищною и жадною толпой
Терзать моей души зияющую рану!..
Пусть из груди порой невольно рвется крик,
Пусть от тяжелых мук порой я задыхаюсь, —
Как новый Прометей, к страданьям я привык.
Как новый мученик, я ими упиваюсь!..
Они мне не дадут смириться пред судьбой,
Они от сна мой ум ревниво охраняют
И над довольною и сытою толпой,
Как взмах могучих крыл, меня приподымают!..
1885
44
{"b":"250294","o":1}