ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Негусто,— вздернув бровь, сказал Шугаев скептически и возвратил находку Ольге.— По-моему, Валерий Орионович, навар для вашего отчета начальству получится из него... жидковатый.

Но Шубин уже ничего не слышал. Мысль уносила ученого в далекие времена, когда руководителю экспедиции Ивану Антипину, отправлявшемуся на Уруп, для опытов было выделено по два фунта ржи, ячменя, овса, конопли, ярицы и пшена с целью определения, «будет ли впредь к размножению хлебопашества в урожае надежда».

Надеялся, много лет надеялся археолог Шубин, что выйдет он на след первопроходцев российских. Не один летний сезон провели они с Ольгой в маршрутах, отыскивая древние памятники Сахалина. Копаясь в наслоениях эпох, они заполнили многие «белые пятна» в хронологии острова. Открытиями Шубиных заинтересовался ученый мир. Публикации сахалинских историков появились в солидных изданиях. Работа увлекала, итоги радовали. И чем весомее они становились, тем больше нарастало в душе обоих желание заняться заветной темой — таинственно исчезнувшей Курилороссией.

Ее едва заметные приметы остались в редких старинных бумагах и книгах более поздней поры. Они тянутся от времен Екатерины II, хотя еще при Петре I служилые люди уже столбили острова землицы океанской. Кое-что донесли до наших дней труды географа А. Полонского, записки сотника И. Черного, докладные послания посадского Д. Шабалина и мичмана Российско-Американской компании А. Этолина. Из Охотска и с Камчатки русские мореходы проникли на Алеутские острова и западное побережье Американского континента. Путешествуя по просторам Тихого океана, они осваивали населенные редкими местными племенами земли, закладывали постоянные поселения и сезонные фактории, развивали хлебопашество. Объединившись в так называемую Российско-Американскую компанию в 1799 году, сибирское купечество основательно оседало не только на Американском континенте, но и на Курильских островах.

И если, часто размышляли Шубины, сподвижники «Колумба российского» — Григория Шелихова оставили на Алеутском острове Уналашка существующую и поныне старинную церковь с иконами, одна из которых датирована 1794 годом, то не может быть, чтобы для нас были навсегда утрачены отлитые в Иркутске двести лет назад и на Курилы завезенные «меты царевы» — чугунные доски с гербом государственным и надписью «Земля Российского владения».

И вот какая удача — это крошечное послание ушедшего века — зернышко России! Они привезут его в музей Южно-Сахалинска как самую большую драгоценность.

Еще кропотливей исследуются архивные документы, идет тщательная подготовка к следующей, более широкой экспедиции. Нужны приборы, с помощью которых можно было бы нащупать под слоем земли пушки или якоря с бригантины «Св. Наталия», нужны соответствующие инструменты. Людей надо подготовить. В основном это старшеклассники Южно-Сахалинска, занимающиеся в историко-археологическом кружке, который создал Шубин при краеведческом музее. Они все рвутся хоть сейчас в экспедицию, не желая понимать, что трудностей выпадет на каждого из них с лихвой. Если на Сахалине раскопки велись рядышком с городами и селами, то на острове самое близкое жилье находится от Алеутки в семидесяти километрах. Вдруг не подойдет к бухте теплоход, и тогда одолеть это расстояние сможет далеко не каждый. Так что в отряд подбирались только самые крепкие и выносливые ребята. И вот агиттеплоход ЦК ВЛКСМ «Корчагинец», совершавший традиционный обход промысловых судов, доставил на Уруп юных археологов.

На берегу бухты разбили Шубины палаточный городок. По плану, составленному заранее, очертили контуры площади, которую намеревались обследовать, и работы начались. Не забудет Валерий, как дрогнуло его сердце, когда на походном столе появились первые проржавевшие, но хорошо сохранившие форму кованые корабельные гвозди, когда из-под кисточки, которой он осторожно расчищал обломок фарфоровой чашки, глянула на него русской вязью выведенная фамилия братьев Барминых — известной в России фирмы по изготовлению фарфоровой посуды.

Сомнений не могло быть — здесь она, здесь стояла Курилороссия! Видно, пытались навсегда захоронить ее следы японские пришельцы, хозяйничавшие долгое время на Курилах, отторгнутых от России в трудные для нее времена. Да разве можно скрыть целую эпоху? Люди русские здесь жили, занимались земледелием, разводили скот. Подобно иркутскому священнику Иннокентию Вениаминову, обосновавшемуся на Алеутских островах, они приобщали население Курил к оседлой жизни, учили его обрабатывать дерево, ходить в море под парусами и охотиться с огнестрельным оружием. Здесь, на севере гряды, еще задолго до процветания Российско-Американской компании была открыта и первая школа.

Курилороссия занимала выгодное географическое положение на островах. Сюда доставлялись поселенцы и мастеровые люди, завозились товары для торговли и орудия промысла. А отсюда вывозились меха и рыба. В первом же раскопе экспедиция нашла несколько свинцовых пломб с монограммой РАК (Российско-Американская компания), которыми опечатывались амбары с «мягкой рухлядью» и мешки со шкурами лисиц и морских зверей.

За первой экспедицией, снаряженной Сахалинским областным краеведческим музеем и Сахалинским отделом Географического общества СССР, последовали другие. Находки росли: цветной стеклянный бисер, остатки обуви, сшитой из сыромятной кожи для детей и взрослых Курилороссии ее коренными чеботарями; свинцовые пули, пушечные ядра, кремни для ружей и детали самих кремневых ружей, формочки для литья свинцовых зарядов... В Алеутке археологи откопали даже кузницу, вернее, то, что от нее осталось, кузнечный горн и множество поковок. Повсюду в грунте находили полуистлевшие стружки и обломки дерева, уголь наземных очагов.

Легко было представить, как наши предки, высадившись на берег, разводили здесь костры, сооружали временные шалаши, как от зари до зари на берегу, в гавани, раздавался стук топоров строителей, возводивших крестьянские избы. По утрам просыпающемуся Шубину слышался крик петуха и зычные голоса россиян. Иногда они чудились ему в говоре ручья, в неясном шепоте травы, вымахавшей в рост человека, может быть, у древнего погоста. Поселок отстраивался несколько раз. Люди здесь жили долго. Кладбище было где-то рядом. Его видел офицер Н. А. Хвостов, заходивший в гавань на судне «Юнона» в 1807 году. Под одним из крестов покоился прах Василия Звездочетова, о чем свидетельствовала надпись, прочитанная Хвостовым. Осматривая окрестности исчезнувшего поселения, Шубин поднимался на сопку и словно с командного поста пристально вглядывался в удивительно правильную береговую дугу бухты, с трех сторон защищенную горами, изучающе оглядывал долину реки Алеутка.

«Конечно,— который раз думал он,— дома надо было ставить только там, где и ведутся раскопки, а у реки пасти скот и заводить пашню».

Особо Валерий и Ольга надеялись на раскоп, начатый в центральной части условно обозначенного поселения. Дела там спорились, несмотря на дождливую погоду. Со школьниками, взяв отпуска, приехали добровольные помощники — электрики Андрей Бережной и Владимир Голубцов, инженер-проектировщик Юрий Михайлов и еще несколько специалистов-археологов. В общем, состав получился солидный. На этот раз придумали передвижную крышу — работали под прикрытием пологов, сооруженных из куполов списанных парашютов.

— Ну как, ребята, нравятся вам курильские шатры? — спросил Шубин своих юных помощников, когда они ватагой влетели под первое, натянутое из белого шелка укрытие, раздувавшееся от ветра. И кто-то из них, кажется Сережа Маков, азартно выкрикнул, вытянув руку со вздернутым вверх большим пальцем: — Парус что у дельтаплана! Привязаться, так и улететь можно.

Но летит не он, а Шубин. Летит мыслями к бригантине. Раздумья о судьбе «Св. Наталии» и ее экипажа особенно навязчиво преследуют Валерия здесь, у кромки прибоя. И стоит острию лопаты скользнуть по чему-нибудь железному — воображение тут же рисует ствол пушки или якорь. А спроси, почему эти предметы, а не другое корабельное снаряжение хотелось бы найти археологу в первую очередь, Шубин, наверное, не сразу ответит, потому что в общем-то он ищет сейчас остатки поселения. И поэтому, когда Женя Леонтьева поддела и вывернула наружу кусок какой-то деревянной конструкции, Шубин мало ему удивился, хотя, как археолог, насторожился и попросил ребят работать аккуратнее. Буквально через час выяснилось, что конструкция имеет продолжение. В квадрате два метра на два обозначилась искусная связка сруба.

2
{"b":"250340","o":1}