ЛитМир - Электронная Библиотека

  -Меня зовут Алла Викторовна, а как тебя зовут?

  -У вас в документах написано,- отворачиваюсь от женщины, пропитывая своими слезами кофту тёти. Её рука на моём плече напряглась. Я вынуждена была вновь обратить своё внимание на женщину:

  -Меня Ника зовут.

  -Вероника, значит. Добро пожаловать,- ещё одно 'добро пожаловать' из её уст не стерплю.

  -Её зовут Ника,- поправила Надя.- Это не сокращение. Алла Викторовна растерянно посмотрела в документы, а мне так и хотелось показать ей язык.

  -Ну, что ж, Ника, пора прощаться с тётей. Нас с тобой ждёт экскурсия. Моя хватка на руке Нади усилилась.

  -Мы скоро встретимся,- она присела на корточки, вытирая мои мокрые щёки,- Обещаю быстро разделаться с бумагами и забрать тебя.

  -Я могу пожить у тебя дома,- срывающимся голосом предпринимаю последнюю попытку,- Мне плохо здесь будет.

  -Алла Викторовна о тебе позаботится. Ты подружишься с ребятами и...

  -Я хочу жить с тобой!- мой крик прошёлся по всей территории детского дома. Дети, которые этим временем находились на улице, заинтересованно оглянулись на нас.

  -Пока я не оформлю документы, это невозможно!- я отступила, понимая, что все мои жалкие попытки ничтожны,- Ника, обещаю, ты здесь пробудешь самое большое месяц. Я всё сделаю, чтобы быстрее забрать тебя домой.

  -Я буду ждать,- ладонь, которую недавно согревали родные и нежные руки, схватила холодная рука незнакомой женщины.

  -Надежда Ивановна, не волнуйтесь вы так. Всё с девочкой будет хорошо. Вы главное быстрее свои дела делайте.

  -Конечно. Спасибо вам. Последнее, что видела, перед тем как закрылись ворота, и я попала на территорию 'нового дома', это бледное, точно снег, лицо родной тёти.

  Алла Викторовна вела меня по мокрой от дождя тропинке, на которой застыли огненные листья клёна. Воспитательницы, а именно так я назвала женщин, которые собирали детей на площадке в общую кучу, велели идти в дом.

  Дом. Под этим словом я всегда предполагала уютное семейное гнёздышко, где каждый уголок пропитан любовью и добротой, а место, куда я попала, больше походило на общежитие. С первых секунд, как только зашла в просторный холл серого здания, поняла, что всё окружающее не для меня. Я не привыкла делить с кем-либо игрушки, комнату. Родители обеспечивали меня всем, стоило только попросить. Но после их смерти поняла, что жизнь в корне изменится, и я готова была к этим переменам вместе с тётей. Моя единственная поддержка, мой единственный родной человек. Именно Надя заставила меня улыбаться и позабыть о слезах, которыми я каждую ночь пропитывала подушку.

  Оглянувшись по сторонам, понимаю, что слезам пора возвращаться. Это место напоминает о свежей ране, которая только-только начала затягиваться.

  -Посмотри, сколько детей твоего возраста,- Алла Викторовна потрепала меня по голове,- Уверена, ты с кем-нибудь подружишься.

  Поджимаю губы, ловя на себя заинтересованные взгляды сверстников. Я отличалась. Моё голубое платье с рюшами и две длинные косы не вписывались в окружающую обстановку. Меня нередко называли маленькой куклой, уж настолько взрослых завораживали мои большие карие глаза и пепельно-белые волосы.

  -А сейчас время ужина,- воспитательница так и не выпускала мою ладонь,- Давай, я тебя проведу в столовую. Так и хотелось крикнуть, что я немаленькая и меня необязательно водить за ручку.

  -А где я буду спать?

  -Сначала стоит поесть,- Алла Викторовна вела меня по длинному коридору с большими окнами, на подоконниках которых сидели как маленькие, так и взрослые детишки. Мигом захотелось спрятаться, лишь бы не чувствовать на себе скользких взглядов.

  Поток детей понёс нас в столовую, которая оказалась приличных размеров, но тускло освещённой. Столы для пятерых стояли в шесть рядов друг за другом, что создавало толкучку, особенно толпа собралась около буфета, где полная женщина в белом чепчике что-то громко кричала.

  От громких голосов, шума стукающейся друг о друга посуды разболелась голова. Я невольно поморщилась, что не ускользнуло от воспитательницы. Она, конечно же, восприняла по-своему. Неодобрительно сверкнув глазами.

  -Катя,- девочка лет одиннадцати остановилась около нас, когда её окликнула Алла Викторовна,- Катя, познакомься с новой девочкой Никой.

  -Привет,- улыбнулась девчонка, беря со всех пример и рассматривая меня.

  -Катя, будь так добра, проведи Нике экскурсию по столовой и расскажи про жизнь нашего дома,- воспитательница обратила своё внимание на меня,- Как только ты поужинаешь, я за тобой вернусь и покажу твою комнату.

  Мне оставалось удивлённо хлопать глазами. Она меня бросает? А как же обещание тёти, что будет следить за мной? Что всё со мной будет хорошо? Слёзы навернулись на глазах, когда я смотрела в спину удаляющейся воспитательницы. Глупо было полагать, что оно останется со мной, когда рядом ещё множество детей.

  -Чего стоишь?- Катя озорно подмигнула,- Пойдём еды возьмём. И унеслась, даже не дав мне секунду опомниться. Около минуты я старалась угнаться за новой знакомой, но вскоре, когда толпа сгустилась, оставила свои счётные попытки.

  Пришлось самостоятельно встать в большую очередь, окружив себя подростками, намного старше себя. Я даже не смела возразить, когда уже подходила моя очередь брать поднос с едой, а здоровые громилы вставали впереди меня, хотя им было положено стоять в конце.

  К тому моменту, когда несчастный поднос с котлетой и картошкой оказался у меня в руках, мои беленькие туфельки приобрели чёрную окраску, а большой палец на ноге беспощадно болел. 'Никогда больше не встану в эту очередь!'- пообещала я себя. Лучше остаться голодной, чем остаться без пальцев.

  Не могла представить себе, как этот большой поток людей найдёт себе место за столом? Лично я этого совершенно не могла сделать. Подходить к кому-либо и просить подвинуться тоже не могла, потому что хватало одного взгляда, чтобы понять: это компания, в которой мне нет места. Только в самом конце зала заприметила свободный столик, правда, на его поверхности уже стояли чьи-то четыре подноса, но их обладателей не наблюдалась. Я заняла свободное место, в страхе оглядываясь по сторонам. Может, они перехотели есть?

  'Возьми себя в руки!- твердила себе, дрожащими пальцами сжимая вилку,- Если возникнут вопросы, скажешь, что негде сесть!' Так и решила сделать, а если мне повезёт, и удастся быстро запихнуть в себя котлету и картошку до прихода неизвестных мне ребят, то я окажусь везунчиком!

  Везунчик - это смешно, учитывая место, в котором нахожусь. Либо я очень хотела есть, либо еда действительно оказалась вкусной. Не сравнить с блюдами, приготовленными мамой, но и плохими их назвать было бы сверх неуважением к поварам.

  Тянусь за белым хлебом к общей тарелке, как вижу приземляющегося напротив меня молодого парня. Рука застывает над хлебом, когда к нему присоединяются ещё двое парней и одна девушка. На вид им было лет по семнадцать, а может даже старше, хотя навряд ли. Девушке точно можно дать шестнадцать, а парням...

  Я поспешно отвела взгляд на свою тарелку, не рассмотрев их толком. Успела лишь заприметить рыжие, чуть вьющиеся волосы девушки, чьё лицо покрыто веснушками, которые нисколько не портили.

  -О, что малолетка забыла за нашим столиком?- вызывающим голосом осведомилась рыжая.

  -Здесь было свободно, а мне негде было сесть,- точно скороговорку тараторила я, что повело за собой смех пришедших.

  -Давай, принцесса, поищи где-нибудь ещё для себя трон,- подогнал меня светловолосый парень, чьи волосы выгорели на солнце, а лицо, казалось, неестественно загорелым. Покраснев, словно только вышла из бани, встала со стула, намереваясь быстрее отправиться на выход, лишь бы отступить как можно дальше от этой компании.

  -Боже, посмотрите на её платье,- зашептала рыжая, даваясь от смеха,- Она что, наследница куклы Барби?

  Если она думала, что я ничего не услышала, то смею её разочаровать так же, как она разочаровала меня своими словами. Но что я могу?

2
{"b":"250344","o":1}