ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я имею честь говорить с леди Ботвелл?

— Я леди Ботвелл и позвольте сказать вам, что сейчас не время и не место для долгих объяснений. Так каково ваше дело ко мне?

— Вы, ваша светлость, — начал старик, — некогда имели сестру.

— Святая правда. И я любила ее как собственную свою душу.

— И брата.

— Отважнейшее, благороднейшее и любящее сердце! — воскликнула леди Ботвелл.

— И обоих этих возлюбленных родичей вы потеряли из-за оплошности одного злополучного неудачника, — продолжал незнакомец.

— Из-за преступления гнусного, кровожадного изверга, — гневно возразила леди Ботвелл.

— Я получил ответ, за которым пришел, — промолвил незнакомец, низко кланяясь, точно собираясь уходить.

— Постойте, сэр, я вам приказываю, — вскричала леди Ботвелл. -Кто вы, что приходите ко мне в такое время и в такое место лишь затем, чтобы воскрешать эти ужасные воспоминания? Я должна знать.

— Я не замышляю леди Ботвелл никакого вреда; напротив, я пришел, чтобы дать ей возможность совершить поступок христианской добродетели, которому удивится мир и за который ей щедро воздается на Небесах. Но я убедился, что она не того склада, чтобы пойти на благородное милосердие, о каком я собирался просить.

— Объяснитесь же, сэр, что вы имеете в виду? — велела леди Ботвелл.

— Тот несчастный, что нанес вам столь глубокую рану, — повел речь незнакомец, — ныне находится на смертном одре. Дни его стали днями одних лишь страданий, а ночи лишены сна от непрестанных мук — и все же он не может умереть без вашего прощения. Жизнь его была полна непрестанных бедствий и терзаний, но он не смеет расстаться с нею, пока ваше проклятие отягощает его душу.

— Велите ему, — сурово произнесла леди Ботвелл, — просить прощения у того Сущего, коего он столь сильно оскорбил, а не У грешных смертных, как он сам. Что может дать ему мое прощение?

— Многое, — отвечал старик. — Оно послужило бы залогом того милосердия, что впоследствии он сможет просить у своего Создателя, леди, и у вас. Вспомните, леди Ботвелл, и вы когда-нибудь будете лежать на смертном одре, и ваша душа, подобно любой человеческой душе, может ощутить трепет пред приближающимся судным часом, когда совесть ваша болит от незарубцевавшихся ран, живых и кровоточаших — каково тогда будет вам думать: «Я не дала пощады, мне ли просить о ней?»

— Незнакомец, кем бы ты ни был, — молвила леди Ботвелл, — не настаивай так жестоко. Было бы позорным лицемерием принудить мои губы произнести слова, против которых восстает каждая частица моего сердца. Тогда сама земля разверзлась бы, явив мне тело моей загубленной сестры и окровавленный труп моего убиенного брата. Простить его?.. Никогда, никогда!

— Великий Боже! — возопил старик, воздевая руки. — Так-то черви, коих ты создал из праха, повинуются заповедям своего Создателя? Прощай же, гордая и непреклонная дама. Торжествуй, что внесла свою лепту в предсмертные муки агонии и отчаяния; но никогда более не смей насмехаться над небесами, прося у них прощения, которое отказалась даровать сама.

И он повернулся прочь.

— Остановись! — воскликнула леди Ботвелл. — Я постараюсь… да-да, постараюсь простить его.

— О великодушная госпожа, — возликовал незнакомец, — ты снимаешь тяжесть с изнемогающей души, переполненной прегрешениями и не смеющей распроститься с грешным своим земным существованием, не примирившись с тобой. Я знаю — твоя снисходительность может еще спасти для покаяния остатки жалкой жизни.

— Ха! — воскликнула вдруг леди Ботвеял во внезапном озарении. — Так это же сам негодяй собственной персоной!

И ухватив сэра Филиппа Форрестера — ибо это был не кто иной, как он-за воротник, она закричала:

— Убийца, убийца! Держи его!

Заслышав столь неожиданные в подобном месте вопли, все общество тут же примчалось на зов, но сэра Филиппа Форрестера там уже не было.

С неожиданной силою вырвавшись из хватки леди Ботвелл, он выбежал из комнаты в апартаменты, ведущие на лестницу.

Казалось, там не было ему путей к бегству, ибо по ступеням и вверх и вниз сновали люди.

Однако ж злосчастным беглецом владело безумие отчаяния.

Он бросился с балюстрады и благополучно приземлился в вестибюле, хотя тот находился в добрых пятнадцати футах внизу, а оттуда стремительно выскочил на улицу и пропал во тьме.

Кое-кто из семьи Ботвеллов пустился за ним в погоню, и догони они беглеца, то, верно, бы убили его на месте, ибо в те дни кровь жарче струилась по жилам людей.

Но полиция не стала вмешиваться — преступление произошло слишком давно и к тому же в чужой стране.

После же все думали, что сия необычная сцена являлась лишь лицемерной попыткой сэра Филиппа выяснить, может ли он вернуться на родину, не опасаясь отмщения семьи, которой нанес столь сильный ущерб.

Поскольку же результат оказался полностью противоположен его чаяниям, он, по всей видимости, вернулся в Европу, где и умер в изгнании.

Так заканчивается история таинственного зеркала.

10
{"b":"25041","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Узнай меня
Каков есть мужчина
Слишком близко
Путин. Человек с Ручьем
Академия Арфен. Корона Эллгаров
Будущее вещей: Как сказка и фантастика становятся реальностью
Опасное увлечение
Управляй гормонами счастья. Как избавиться от негативных эмоций за шесть недель