ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В сухое время года плотность гиппопотамьего населения по берегам озер и рек очень густая, и бегемоты переходят на места, занятые буйволами. Буйволы, теснимые бегемотами, уходят дальше в болота и долины. Так всегда бывает при контакте двух видов: на месте остается более прихотливый, а тот, что может приспособиться к другой среде обитания, уступает.

И последнее уточнение: гиппопотамы, поддерживая низкотравье, создают условия, подходящие для видов животных, питающихся низкорослой травой — антилоп ориби и тростниковых козлов.

На разведку к антилопам ситатунга

мы отправились от озера Руаньяки-зинга, самого северного в парке. Оно, пожалуй, второе по красоте после Ихемы. У его берегов множество отмелей, воды его исключительно чисты. От озера Михинди оно отделено перешейком Мубари, где обитают несколько носорогов.

Черные носороги Кагеры — шесть животных — ввезены сюда в 1958 году из Танзании. Их численность на сегодня спорна: носорогов очень трудно подсчитать. По математическим раскладкам, подкрепленным данными зоологии, их должно быть около девяноста. Но это число теоретическое — в нем не учтены естественная смертность и жертвы браконьерства.

Мы видели лишь одного носорога — он посещал грязевую лужу недалеко от нашего лагеря, но ни разу не позволил подойти настолько близко, чтобы мы смогли заснять его на кинопленку. Похоже, на Мубари обитают еще несколько таких же диких экземпляров, и хочется надеяться, что таковыми они и останутся. Ведь известно: стоит носорогу чуть привыкнуть к людям, как он тут же становится жертвой браконьера. Носорога убивают ради рога, имеющего высокую коммерческую ценность.

Носорогов обычно сопровождают два вида птиц: египетские цапли и волоклюи. Первые всегда летают поблизости или сидят на спине зверя, терпеливо поджидая насекомых-кровососов, весьма досаждающих толстокожим. Они на лету хватают мух цеце и оводов, которые оказываются в пределах их досягаемости. Волоклюи специализируются на ловле личинок и клещей, забирающихся под кожу. Они бродят по носорогам, обследуя каждую складку кожи и извлекая паразитов.

На противоположном берегу озера далеко на запад тянутся обширные болота, где живут антилопы ситатунга, или водяные куду, прекрасно приспособившиеся к этой среде обитания,— широкие копыта позволяют им передвигаться по плотной водной растительности. Эти животные родственны лесным антилопам. У самцов красивые витые рожки, самочки, более светлые и изящные, близко к себе не подпускают. Особенности их жизни в воде оказали им плохую услугу — антилопы служили приманкой для крокодилов, а потому тоже стали жертвами браконьеров.

В то утро солнце палило особенно нещадно. Мы отправились в путь поздно и долго бороздили равнину Килала. Но нам так и не представился случай встретить антилоп топи, чтобы поймать в объектив какую-нибудь их проделку. Все это весьма расстраивало Николь, отправившуюся с нами ради съемок топи. Даже львы и те лениво лежали по краям равнины — их вполне устраивала послеобеденная сиеста.

И тогда Николь предложила отправиться к антилопам ситатунга, на расположенное в десятке километров от нас болото. Предложение пришлось нам по душе — делать все равно было нечего. Мы поехали на киносъемочном грузовике, не предупредив по радио вторую машину, которая курсировала по другому краю равнины. Перебрались через перевал и съехали вниз в сторону болот. С каменистого гребня, нависавшего над лабиринтом топей, прудов, зарослей, мы заметили вдали стадо антилоп ситатунга, они щипали водяные растения. Еще ниже, метрах в ста от них, отдыхала группа из девяти львов. Увидев хищников, мы вдохновились. Прогулка обрела смысл. Мы попрыгали в грузовик, решив познакомиться с ними поближе.

Двигались медленно, поскольку видимость была ограничена высокотравьем. Вдруг грузовик замер на месте — переднее колесо завязло, обрушив главную галерею норы капского трубкозуба. Провал был не менее метра в глубину, шасси легло на край стенки, и грузовик опасно накренился в сторону откоса. Мари-Одиль, сидевшая на крыше кабины, свалилась на землю, отделавшись несколькими царапинами.

Создалось нелегкое положение — отправившись на короткую прогулку поблизости от лагеря, мы не захватили с собой аварийного оборудования. Не было даже домкрата, радио было бесполезно — горы экранируют связь с лагерем. Никто не знает, где мы, у нас нет ни еды, ни питья, а автомобиль застрял во впадине, где видимость не превышает пятидесяти метров. Поблизости львы: девять штук мы видели, да еще наверняка не заметили добрую дюжину. Выход один — возвращаться в лагерь пешком. Но сначала надо добраться до перевала, послать SOS. Передатчик у нас есть, дальность его действия вполне достаточна — десять километров в пределах прямой видимости.

Пешая прогулка по местам, где водится множество львов, не лучший пример для туристов, попавших в затруднительную ситуацию. В таком случае рекомендуется сидеть в автомобиле и ждать. У нас положение иное — мы в стороне от хоженых троп, и ожидание бессмысленно...

По дороге замечаем свежие следы львов. Они нам кажутся огромными, но присутствия духа не теряем, записываем свои впечатления на портативный магнитофон... После часа ходьбы добрались до перевала, оттуда и посылаем в эфир сигнал тревоги. Никакого ответа. Горизонт чист, вокруг царит безмятежное спокойствие. Жара становится все ощутимей, а жажда — непереносимой. Радио молчит, и мы вынуждены топать дальше. Спускаемся по склону и пересекаем равнину Килала под беспощадным солнцем. Львы так разомлели, что даже не поднимают головы, когда мы бредем мимо... Не могу сказать, что мы испытывали гордость, но страха не было. Пойди лев за нами, мы бы повернули ему навстречу. Это единственный способ защиты. Намного рискованнее спасаться бегством или красться. Все же не стоит слишком драматизировать наше положение: люди, живущие в парке, знают, что львы сами на человека не нападают. Но если от них убегать...

Когда мы, вымотанные переходом, с пересохшими глотками, добрались до лагеря, то увидели, что наш инженер-радист колдует над разобранным на части вторым приемопередатчиком. Он воспользовался передышкой и решил проверить пайку... Ситатунга и не подозревали, что в тот день львы обеспечили им беззаботные послеполуденные часы.

Болота, по которым ходят баньямбо.

долго не подпускали нас к себе. Если ненароком оступиться на плавучем острове, растительный слой сомкнется над головой и не выпустит из плена. Баньямбо, по слухам, ловки, проворны и обладают опытом, который позволяет им преодолевать эти просторы, заросшие водными растениями. Мы никак не могли добиться более точной информации о них, а то, что было известно, еще более разжигало наше любопытство. Решили сами поискать баньямбо.

В районе, где они живут, лежащем частью в Руанде, частью в Танзании, ходит множество интересных легенд. Так, в верованиях древних племен важное место занимала молния — они называли ее небесным князем Нкуба. Он жил на небе в окружении своих жен. Одна из них, Газани, горько страдала оттого, что не могла иметь детей. Бог (по-руандийски — Имана) сжалился над ней и разрешил понести при условии, что она никогда не откроет тайну своей плодовитости. Сестра Газани, весьма любопытная особа, проникла в тайну, и Газани была наказана, трое ее детей были свергнуты на землю и оказались неподалеку от полуострова Мубари. Дети Газани — Сабизезе по прозвищу Кигуа, его брат Мутутси и их сестра Мпунди — положили небесное начало руандийским династиям.

Этноисторики согласны, что проникновение тутси на восточные земли началось с Мубари. Позже колониальные границы были проложены по Нилу и оставили Руанду и Танзанию по разные стороны кагерской впадины. Когда весь район был превращен в Национальный парк, баньямбо постепенно пришлось отказаться от рыбной ловли и охоты, что ущемило их права. До сих пор племя посещают считанные европейцы, и баньямбо поддерживают контакт только с полицией парка. Наверняка баньямбо недолюбливают белых, а это немного пугало нас. Кроме того, нам не рекомендовали отправляться в подобную экспедицию — район является частью танзанийской территории, на посещение которой у нас не было предварительного разрешения. Мы также знали, что несколько лет назад группе Кусто пришлось повернуть обратно, поскольку его встретили здесь весьма недружелюбно. И потому решили нагрянуть неожиданно и постараться, чтобы нас не заметили.

17
{"b":"250447","o":1}