ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Консультанты Фонда, именно так именовались должности Василия Ивановича и Григория Ефимовича, понимали важность продления влияния лекторов. Поэтому тексты лекций они размножали небольшим тиражом на принтере одного из найденных активистов и лично развозили их по адресам "слушателей лектория". Их списки составлялись сразу после лекций во время живого разговора из числа заинтересовавшихся посетителей лекций. Со многими из них состоялись совсем неформальные беседы, в которых затрагивались и вопросы будущего вступления в новую политическую партию.

Смыслов спросил, когда это может случиться, но Лев Гурыч пока мог ответить только очень неопределённо — через несколько месяцев. Поэтому было очень важно не потерять связь с создаваемым активом. Не ограничиваться только лекциями.

Иванов одобрил послелекционные контакты своих товарищей и спросил, возможно ли привлечь этот актив к распространению материалов среди их круга знакомых? Оба обещали подумать об этом, предупредив Льва Гурыча, что народ этот очень разный по своему уровню подготовки. Вероятно, кое-кто сможет и захочет им помочь, но не все на это способны.

То ли непредусмотренная реакция Поляковой, то ли другая причина повлияла, но Мария уделила особое внимание подготовке к приёму. Лев тщательно пропылесосил всю квартиру, Мария сняла висевшую уже давненько в прихожей афишу со своим портретом. Вместо неё повесила очень симпатичную светлую акварель, подаренную ей одним художником-любителем. Искоса взглянула на мужа и, встретившись с ним взглядом, рассмеялась: "мещанское тщеславие, — железной метлой"!.. Неожиданно гикнув и топнув ногой, она крикнула: "В кои-то веки интеллигентных людей принимаем!.. Мать иху…. за ногу!..". Лев, на мгновение ошалев, подхватил жену на руки — "Машка, хулиганочка ты моя", и, покрывая её лицо поцелуями, потащил в спальню…

Вечером Мария в строгом, но свободного покроя, сером костюме, с гладко зачёсанными волосами едва тронутыми всегда модной "Красной Москвой", с улыбкой встречала гостей.

Первыми на правах старых соратников пришли Костеренко и Смыслов. Поздоровавшись с хозяевами, они устроились на застеклённой лоджии за шахматной доской. "Буду тренировать тебя, — пошутил Василь Иванович. А то ты не тянешь против Бондаревского, нарушаешь историческую правду". После памятной встречи при знакомстве однофамильцы знаменитых гроссмейстеров ещё не раз садились за доску, но, вопреки историческим прецедентам, верх неизменно оставался за лектором.

Ровно в 18–30 на пороге появился Бондаревский с букетом цветов. Он галантно поцеловал руку Марии и вручил ей цветы, уважительным поклоном головы поздоровался с хозяином и прошествовал в гостиную, где его встретили оба шахматиста.

Ещё через 7 минут гонг домофона возвестил о прибытии Поляковой.

Ольга Михайловна возникла на пороге.

— Здравствуйте. Простите меня за небольшое опоздание, но общественный транспорт корректирует наши намерения….

— Ну, что вы, — Лев бережно подхватил сброшенную Поляковой лёгкую шубку

— Проходите, Ольга Михайловна, проходите, — Мария подала гостье руку и помогла сесть, чтобы сбросить уличные сапожки. Из довольно большой сумки Полякова достала туфли на каблуках, ловко одела их и…. И Мария завершила мысленный словесный портрет: пред ними предстала очень немолодая женщина аккуратно и достаточно модно одетая. Шубка норковая из "хвостов", куплена в second hand, или, возможно, осталась от советских времён. Длинная шерстяная юбка с разрезами сбоку, серая вязаная кофточка — ангорка, белая с вышивкой на груди блузка, сделанная, скорее всего в "Маленьком Париже". Впрочем, нужно отдать должное полякам, — в части моды они всегда "на уровне". Все вещи не очень дорогие, но выглядят достойно. Отметила Мария и очень скромную косметику, и "преподавательскую" причёску

— Проходите, дорогая, повторила она.

Непринуждённо разговаривая, — кроме хозяйки дома все друг друга знали, Мария же обладала талантом немедленного обаяния, — расселись за столом.

Мария поблагодарила за то, что откликнулись на приглашение и, смеясь, заметила, что, хотя гости приглашены на чай, но одна-единственная бутылочка коньяка, ни стол, ни беседу не испортит.

Возражений не последовало, и Лев Гурыч водрузил посреди стола означенную бутылку "Арарата" и шесть хрустальных рюмок, ловко разместив их среди тарелок. Хачапури, сладкие и с мясом пирожки, печения, фрукты, конфеты… Для желающих остренького на столе были селёдка "домашняя" в уксусе, рыба под маринадом, баклажанная икра, рецепт приготовления которой недавно узнала Мария…. В вазах на буфетной части стенки лежали апельсины, виноград.

Минут через сорок Костеренко сказал:

— Лев Гурыч, ты собрал нас поговорить о лектории…. Начинай, наверное…-

Все повернулись к Иванову.

— Что ж, друзья. Это так. Мы с вами создали лекторий, чтобы, в меру сил, помочь нашим людям разобраться в потоках информации, которые властные СМИ вываливают на них ежедневно, ежечасно. Мы знаем, что большая часть этой информации недобросовестна — лжива, тенденциозна. И делается это для получения нужных властям результатов выборов. Мы не раз говорили об этом в своём кругу, поэтому не буду повторяться. Лекторий мы создали. Главная нагрузка в нашей важной и нужной работе лежит на вас. Вы, Ольга Михайловна, и вы, Антон Константинович подготовили очень неплохой цикл лекций, а наши товарищи Костеренко и Смыслов сумели создать организационные условия для ваших выступлений. По их данным, вас слушали уже около тысячи человек. Мало, конечно, но ваши выступления распространяются и после лекций. Некоторые ваши материалы мы сумели опубликовать в двух московских и в одиннадцати….нет, в двенадцати газетах областных центров. Подобные лектории работают ещё в десяти городах России, скоро такой же начнёт работать в Питере и, вероятно, в Калининграде… Это хорошо, но, очевидно, есть и что-то упущенное. Что-то можно улучшить в работе лектория…

— Лев Гурыч! Позволь и мне высказать мнение, — перебила затянувшееся вступление Мария. — Мы с тобой об этом уже говорили, но мне хочется услышать, что скажут профессионалы. Я говорю о вопросах культуры…. В музыке, на театральных подмостках, на экранах телевидения всё заполонила низкопробная попса. А литература! Вы, наверняка, часто смотрите книжные развалы на московских улицах? Классики — почти нет. За ней нужно идти в большие магазины, а там — цены запредельные, тиражи мизерные. Для массового читателя остаются уличные торговцы. А у них…. О чём нам говорят имена Анны Даниловой, Татьяны Ильиной, Елены Арсеньевой и ни счесть числа им подобным? По книгам Марининой телевидение один сериал за другим крутит….Донцова, вообще, "скромно" с Достоевским равняется…. Тьфу. Поездное чтиво, просмотрел, ни хрена не запомнил, и выбросил. Идеалы дамочек — наряды модных кутюрье, любовники-любовницы, парфюм из Парижа и полное пренебрежение к простому человеческому труду….И дело не спасает содержащееся порой осуждение этих мерзостей. Всё это круто замешано на натуралистических описаниях нескончаемых убийств. Лёвушка, товарищи дорогие, поверьте, это мощная артиллерия пропаганды безделия, всёдозволенности и тунеядства….Особенно для молодых девиц, — кандидаток на панель. А они тоже — избирательницы! На выборах нашу судьбу определять будут. Наша, дорогой Лёва, обязанность хотя бы попытаться открыть им глаза!..Кажется, так совсем недавно говорили…. Но, ведь это правда.

— Да, Мария. Это правда. Но наш лекторий маломощен. Нам не поднять столько тем. Нужны дополнительные специалисты, умелые и заражённые темой. Лев Гурыч, ваша жена правильно подметила наши "пропуски".Тематика важнейшая. Но это — новые деньги. Есть ли они? И всё другое в деньги упирается. Мне нравится выступать перед простыми людьми. Я готов чаще делать это. Но всё те же "но". Василий Иванович и Григорий Ефимович, бесспорно, смогут собирать аудитории, у них это отлично получается…. Всё от аренды помещений зависит…

54
{"b":"250499","o":1}