ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ариэль, подожди! Пожалуйста… Я объясню, я…

Но тут он споткнулся обо что-то – или кого-то – и распластался на земле. Какой-то пьяный забрел, подумал Зик, поднимаясь на четвереньки. Однако вдруг понял, что его руки в чем-то мокром, липком и противном. Его передернуло от отвращения.

Он закашлялся, пытаясь удержать содержимое собственного желудка, и приподнял руки, чтобы рассмотреть, в чем они. На них была кровь;

Он уставился на человека, распластанного на бетоне, пытаясь рассмотреть в лунном свете его лицо.

– О Боже, – едва слышно выдохнул Зик. Это был Эрик Шаннон. Без сознания.

В крови.

– «Скорую»! – закричал он. – Кто-нибудь, вызовите «скорую»!

«Скорая» приехала, как показалось Зику, спустя много часов. Потом – полиция. Но никто уже не мог помочь Эрику – он умер.

Полицейские сняли показания со свидетелей, которые в один голос заявили, что слышали спор Эрика с братом, но, если уж на то пошло, спор между братьями был своеобразной формой их существования. Кроме того, несколько участников вечеринки видели Эрика живым и здоровым после того, как Джек умчался из дому. Кое-кто припомнил, что потом Эрик ушел со своей подружкой, предположительно наверх, где та жила с двумя другими девушками, но время их ухода никто припомнить не мог. Обезумевшая от горя подружка подтвердила, что они с Эриком уединились наверху, но клялась, что не видела, как он упал с балкона. Никто не видел этого. По крайней мере не сознался.

Все это время Зик сидел в шезлонге – босой, с голой грудью, измазанный кровью, в состоянии шока. Ему пришлось несколько раз повторить разным офицерам то, как он оказался во дворе, как обнаружил тело. В своих показаниях Зик не упоминал, что это произошло, когда он гнался за Ариэль Кэмерон.

Подобная информация следствию не поможет, решил он, а имиджу Ариэль может навредить: красавица из «Семейства Фортьюн» оказалась на шумной вечеринке, где алкоголь и наркотики могли быть основными виновниками очевидного самоубийства молодого человека… К сожалению, о ней упомянули другие. Главная телезвезда бежала с места преступления, сообщили на следующий день газеты.

– Послушайте, миссис Кэмерон, я знаю, что вы меня не любите, просто ненавидите, но мне нужно увидеть Ариэль хотя бы на минуту. Я ей все объясню. Прошу вас, – попросил Зик.

– Моя дочь не имеет желания разговаривать с вами, – холодно проинформировала Констанс Кэмерон. – Она больна от вас. Больна, шокирована и испытывает к вам отвращение. Ее имя треплют в газетах, упоминая о мерзкой компании наркоманов… Полиция допрашивала Ариэль, интересовалась, как она там оказалась. – Констанс окатила его злобным взглядом. – Мы обе, конечно, понимаем, что именно на такую грязную славу вы надеялись, когда начинали кампанию по совращению моей дочери…

– Это неправда, я…

– Истинная правда! Я раскусила вас с самого начала, мистер Блэкстоун. А сейчас и Ариэль увидела, кто вы есть на самом деле. Она совершенно уверена, что ваш имидж голливудского крутого парня после такого инцидента укрепится еще больше, а ее – пострадает. И весьма сильно. Мне уже звонил один из адвокатов с телевидения. И звонил не с предложением необходимой нам помощи. Он сообщил, что руководство всерьез думает о прекращении показа сериала «Семейство Фортьюн» в следующем сезоне. Если это произойдет, моя дочь будет обязана вам концом своей карьеры.

– Я не сказал полиции, что Ариэль была там прошлой ночью, – произнес Зик.

– И ни разу не упомянул ее имя. Клянусь вам, я не виноват, что эта история была предана огласке на первых страницах утренних газет.

– Вы все сделали для этого! – продолжала стоять на своем Констанс Кэмерон. – В том, что она оказалась там, только ваша вина. Моя дочь разочаровалась во всем, она днями теперь лежит в постели и плачет.

– Позвольте мне войти и посмотреть на нее, – отчаянно взмолился Зик. Мысль о том, что он причина слез Ариэль, была ему невыносима. – Всего на минутку. Я обещаю…

– Вам не удастся провести меня, как мою дочь! – Констанс преградила ему путь к лестнице. – А если посмеете коснуться меня хоть пальцем при попытке ворваться в мой дом, я вызову полицию, и вас арестуют за незаконное вторжение и насилие!.. К тому же Ариэль здесь нет.

– А где она?

– В безопасном от вас месте. И просила сохранить это в тайне. Моя дочь не желает вас видеть. Никогда.

Но «никогда» оказалось намного короче, чем можно было предположить. Через три дня Зик достал из почтового ящика официальный пакет. Внутри лежала столь же официальная бумага, предписывающая ему явиться в белый особняк на Беверли-Хиллз.

– Мы пригласили вас обсудить один очень деликатный вопрос, – произнес адвокат, когда Зик прибыл в назначенное время.

– Однако перед началом подпишите это соглашение. – Он вручил Зику ручку и документ. – Суть его сводится к тому, что обсуждаемое сегодня и здесь не должно выйти за пределы этой комнаты.

Зик смотрел то на адвоката, то на Констанс Кэмерон.

– И что же мы будем обсуждать?

Адвокат указал взглядом на документ.

Зик отложил ручку.

– Сначала я хочу увидеть Ариэль.

– Но она этого не хочет.

– Пока я не увижу Ариэль, ничего не подпишу. – Его взгляд был тверд и неумолим.

Без единого слова Констанс Кэмерон подошла к двери своего вычурно обставленного кабинета.

– Пригласите, пожалуйста, Ариэль, – произнесла она кому-то за дверью.

Прошло минут пять во всеобщем молчании.

Потом появилась Ариэль. Выглядела она ужасно. Бледная, осунувшаяся и похудевшая. Лицо белое как мел, под глазами круги, в глазах боль. Даже ее знаменитые золотистые волосы казались потускневшими.

Зик подскочил со своего стула.

– Ариэль, милая, что она с тобой сделала?

– Что вы с ней сделали? – резко произнесла Констанс. – Это результат.

– ?..

– Ариэль беременна.

– Беременна? – Зик прямо-таки открыл рот.

– Миссис Кэмерон, соглашение о конфиденциальности… – начал адвокат, но Констанс махнула в его сторону рукой, требуя, чтобы он помолчал.

– Да, беременна, – повторила она. Неужели вы думаете, что я буду лгать. Иначе кому были бы нужны эти отвратительные переговоры?

– Ариэль, – Зик не отрывал от нее глаз, – милая… – У него было так много вопросов, что он не знал, с чего начать. Когда? Как? Обычно они были очень осторожны, но случалось раз или два… – Давно? – тихо спросил он.

– Меньше шести недель, слава Богу, – ответила за Ариэль мать. – Это облегчает нашу задачу.

Зик перевел взгляд на Констанс.

– А в чем, собственно, заключается ваша задача? – произнес он, ощутив внезапную опасность.

– Вы должны жениться на ней.

Зик облегченно вздохнул.

– Да, конечно. И как можно быстрее. Мы слетаем в Лас-Вегас или съездим в Мексику. Ты согласна, милая? – Он протянул ей руку.

Ариэль не удостоила его даже взглядом.

– Могу я идти? – спросила она у матери.

Констанс посмотрела через голову дочери на будущего зятя. – Подпишете соглашение?

Зик кивнул.

– Можешь идти, – сказала Констанс дочери.

– Ариэль, подожди! – Зик в панике схватил ее за руку. – Не уходи. Я люблю тебя, милая!.. Посмотри на меня…

Но она стояла, не поднимая глаз, безмолвная, как камень, ее тонкая рука дрожала под его пальцами. Он хотел встряхнуть ее, заставить посмотреть на себя, но вместо этого отпустил руку и позволил Ариэль уйти. Когда за ней закрылась дверь, он повернулся к ее матери и адвокату.

– Где это соглашение?

– Перед вами. – Адвокат снова вручил ему ручку.

Зик пробежал глазами листок и подписал.

– Это все?

– Вы подписали лишь соглашение о конфиденциальности, – произнес адвокат.

– Далее следует соглашение о добрачном медицинском освидетельствовании. – Он положил перед Зиком второй лист бумаги.

Зик бросил на него взгляд и сказал:

– Это только последняя страница. Где весь документ?

– Пожалуй, нет нужды тратить время на чтение всего документа, это ведь стандартное соглашение о добрачном медицинском освидетельствовании.

17
{"b":"25051","o":1}