ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глава 1. Миф о всенародной поддержке

Три этапа партизанского движения

Партизанское движение в Беларуси можно условно разделить на три этапа.

Первый этап

Он охватывает период с июня 1941 по декабрь 1942 года.

Партийно-советские руководящие органы в июне — июле 1941 пытались формировать так называемые «истребительные батальоны». Была издана директива № 4 ЦК КПБ и Совнаркома БССР о формировании таковых «на каждом заводе, каждом предприятии транспорта, в каждом совхозе и колхозе» под руководством штабов, создаваемых при исполкомах советов областного, районного и сельского уровней. Но из затеи с «истребителями-партизанами», возглавляемыми местной номенклатурой, ничего не вышло.

В 1941 и 1942 годах лишь очень немногие жители деревень и поселков пошли в партизаны. Немецкая оккупационная администрация дала крестьянам возможность вернуться к единоличным хозяйствам. А селяне хорошо помнили «политику партии на селе»: раскулачивание, насильственную коллективизацию, работу в колхозах за «палочки», закон «о трех колосках», отправку в лагеря за малейшее проявление недовольства, за выдуманное «вредительство»…

Немецкая политика «на деревне» в этом плане являла разительный контраст с большевистской: сдал твердо фиксированный продналог, вся остальная продукция — твоя.

И все было бы прекрасно (для крестьян), если бы не диверсанты и партизаны. Ведь они могли существовать только за счет грабежа сельского населения. И те чекисты-диверсанты, которых летом 1941 года посылало командование на оккупированную территорию, и бродившие в лесах группы красноармейцев из разбитых частей, все они грабили сельских жителей. Ведь иного источника пропитания и материального снабжения у них просто не было. Но, к счастью для партизан, чекистских групп было еще мало, а красноармейцы стремились «пристроиться» к женщинам, оставшимся без мужчин (шли в «примаки»).

Как уже показано в предыдущем изложении, помимо красноармейцев в лесах укрылись представители партийно-советской номенклатуры районного масштаба. Вторые «организовывали» первых в партизанские отряды. Первые полгода войны их было совсем немного. Иван Титков, бывший командир партизанской бригады «Железняк» засвидетельствовал в своих воспоминаниях, что в декабре 1941 года общее число партизан в лесах Бегомльского района составляло всего-навсего 122 человека. Примерно такая же картина наблюдалась в других районах Беларуси: кое-где больше, но, как правило, меньше: по официальным данным, к январю 1942 года на территории БССР насчитывалось 12 тысяч партизан, в среднем на район 62 «мстителя»[35]. Надежды Москвы и «лично товарища Сталина» на всенародное сопротивление оккупантам явно не сбылись.

За 1942 год численность партизан (по официальным данным) выросла едва ли не в пять раз: с 12 до 56 тысяч (достигнув среднего показателя 289 человек на район). Основным источником роста явились воинские подразделения, которые забрасывались воздушным путем или выводились пешим порядком через линию фронта — специально для развертывания партизанской войны на оккупированной территории. Именно так, к примеру, появилась партизанская бригада «Железняк» на территории Бегомльского района.

В апреле 1942 года на территории Владимирской области РСФСР были созданы специальные курсы, где готовили диверсантов и организаторов партизанских действий. Через эти курсы прошли 3000 человек. Из них создали 14 партизанских отрядов и 92 организаторские группы. Все они были переброшены на территорию оккупированной Беларуси.

Еще раньше, летом 1941 года, в пригороде Москвы по приказу «народного комиссара» Л.П. Берии сформировали Особую мотострелковую бригаду особого назначения (ОМСБОН) НКВД СССР. Она состояла из нескольких батальонов, имевших в своем составе специалистов по части диверсионных и террористических действий. Но в то время немцы вели широкомасштабное наступление на Москву, большевистское руководство бросило на оборону столицы все наличные силы (вспомним использование курсантов военных училищ в качестве обычных стрелков). Поэтому было не до того, чтобы отправлять бойцов ОМСБОН в глубокий тыл противника.

А вот после того как удалось остановить немецкое наступление, командование бригады начало формировать группы по 30–40 человек и переправлять их «на ту сторону»[36]. Группы были хорошо вооружены. В каждой из них имелись два-три человека, подготовленных на роль командира партизанского отряда.

Советские партизаны. Мифы и реальность - i_066.jpg

Пленные красноармейцы (август 1941. Жлобинский район Гомельской обл.).

Группы дислоцировались в заранее определенных районах и решали следующие задачи:

Во-первых, организовывали партизанское движение путем вовлечения в него «окруженцев» (к тому времени успевших обосноваться по деревням) и местного населения.

Во-вторых, вели разведку и осуществляли диверсии на коммуникациях противника.

В-третьих, на них возложили «особую задачу» — расправу с теми, кто пошел на работу к немцам, чтобы прокормить свои семьи. А это были мелкие служащие, учителя, инженерно-технические специалисты, железнодорожники, врачи и другие категории граждан, вплоть до работников сферы культуры.

Одну из таких групп с неограниченными полномочиями (она называлась «Местные») возглавил матерый террорист Станислав Ваупшасов. Он со своими подчиненными перешел линию фронта в марте 1942 года. Обосновавшись в Минской области, чекисты искали по деревням затаившихся коммунистов и комсомольцев, а также вчерашних красноармейцев, и уводили с собой в лес. В случаях неподчинения расстреливали на месте. Кроме того, чекисты Ваупшасова наводили ужас на селян, беспощадно уничтожая «предателей». Заодно отбирали у людей продукты, обувь, теплую одежду. Такие методы позволили ему развернуть свою группу в отряд.

Сам Ваупшасов (свою подлинную фамилию он скрывал под псевдонимом Градов) в первой половине 20-х годов совершил десятки убийств и диверсий в Западной Беларуси. Вот он и подбирал себе людей похожих на него самого. Главным требованием к новобранцам была готовность убивать, грабить, жечь.

Второй этап

Январь — декабрь 1943 года. За это время количество партизан на территории Беларуси увеличилось, по официальным данным, с 56 до 153 тысяч человек (уже 789 в среднем на район)[37]. Рост происходил благодаря двум причинам. Во-первых, продолжалась переброска через линию фронта на оккупированную территорию мелких групп и целых воинских подразделений. Во-вторых, весной — летом 1943 года немцы провели ряд карательных операций против партизан, от которых пострадало и сельское население. Часть селян спаслась бегством к партизанам.

Советские историки, идеологи, пропагандисты любили говорить и писать о том, что к концу 1943 года партизаны контролировали 108 тысяч квадратных километров территории БССР (пресловутые «партизанские зоны»), что составляло 58,4 % площади республики[38]. Если это действительно так, то возникает законный вопрос: почему же в этих зонах продолжали гореть деревни и гибнуть люди? Более того, массовое уничтожение деревень оккупантами началось именно в 1943 году.

Третий этап

Январь — июль 1944 года. Количество партизан достигло 374 тысяч человек (в среднем 1928 на район). Увеличение в 2,44 раза за какие-то полгода! Откуда такой бурный рост? За счет населения сделать это уже было невозможно. В деревнях резко преобладали женщины, дети с подростками и старики. Так за счет кого такая прибавка?

Ответ простой. Красная Армия наконец-то доползла от Москвы, Сталинграда и Северного Кавказа до границ Беларуси. Готовилась операция «Багратион».

вернуться

35

В Барановичской области к июню 1941 года было 26 районов; в Белостокской — 23; в Брестской — 18; в Вилейской — 22; в Витебской — 20; в Гомельской — 15; в Могилевской — 21; в Минской — 21; в Полесской — 17; в Пинской —11. Всего — 194 района.

вернуться

36

Считается, что «оборонительный этап» московской операции завершился 5 декабря 1941 г.

вернуться

37

По подсчетам независимых историков, реальная численность партизан на территории БССР в декабре 1943 г. не превышала 70 тысяч человек (в среднем, 361 на район).

вернуться

38

На самом деле меньше, т. к. эти авторы не желают учитывать те беларуские земли, которые Сталин в 1944–1946 гг. подарил Польше и Летуве. Между тем площадь одной только Белостокской области БССР была 20,9 кв. км, а население 1 млн 369 тыс. чел.

48
{"b":"250595","o":1}