ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 18

Под вечер, успев дважды промокнуть и высохнуть, он подошёл к обрывистому месту, которое нельзя было миновать берегом, только через территорию очередного пансионата, стоявшего в глубине старого парка, и само здание было старым, в духе пятидесятых или даже тридцатых годов — с порталом, с финтифлюшками всякими. На здании значилось: «Тюльпан». Донеслись запахи кухни. Должно быть, ужин скоро. Как есть хочется… Может, проникнуть в столовую? Народу много, легко смешаться. Но ведь столы, как это обычно бывает, все закреплены за отдыхающими… Что-нибудь придумаем…

Неделин вошёл в здание и попал как раз в ручеёк людей, собирающихся со всех этажей на ужин. Столовая была большая, из двух залов. Неделин прошёл во второй. Там он увидел несколько несервированных столов. А у входа в зал были для желающих различные закуски и хлеб — кому покажется мало того, что было на столах. Тут же и чистые запасные тарелки. Неделин взял тарелку, набрал ложкой фасоли, взял побольше хлеба, сел за свободный стол и, не думая об осторожности, жадно опустошил тарелку. После этого он ел еще квашеную капусту, морковный салат и опять фасоль — и только после четырёх полных тарелок почувствовал, что желудок набит, хотя ощущение голода, как ни странно, ещё осталось.

Оглядевшись — кажется, никто не обратил внимания? — Неделин отправился бродить по зданию. В холле на одном из этажей он включил телевизор, сел в кресло, вытянул ноги, задремал. Дремал недолго, около часа. Предстояло решить проблему ночлега. Для настоящего Виктора Запальцева этой проблемы, пожалуй, не было бы. Элементарно: соблазнить одинокую женщину, напроситься к ней в номер. И остаться на ночь. Вон где-то музыка играет, это танцы, какой пансионат или санаторий без танцев? Правда, одеяние не бальное, но тут все попросту, как дома.

Танцевальная площадка была вне здания, крытая, с деревянным полом, увитая плющом. Неделин не успел оглянуться, к нему подошла симпатичная женщина лет под сорок.

Извините, — сказала она. — Я сигареты оставила. Не угостите?

Именно то, что нужно, подумал Неделин. Вон как смотрит. Не сигарета тебе нужна, милая, другое тебе нужно!

Я тоже в номере оставил, — сказал он. — Сейчас стрельну для себя и для вас.

Стрельнул, угостил женщину, угостился сам. (Постоянно курить ему не хотелось, но иногда возникало желание.)

Я и танцевать не собирался, — сказал Неделин. — Видите, одет как. А сейчас захотелось потанцевать. Вас вот увидел и захотелось.

Тогда танцуем, — сказала женщина и потушила едва начатую сигарету. Они стали танцевать.

Не умея говорить, Неделин решил сразу действовать, время дорого! Прижал женщину к себе очень тесно и поцеловал в шею, благо освещение зыбкое, неверное, со стороны не разберёшь, то ли целует, то ли просто сомлел и склонил голову.

Женщина ничего не сказала. Неделин прямо посмотрел ей в глаза — она выдержала, смотрела спокойно, согласно. Неделин взял её за руку и повёл. Привёл к морю. Стал обнимать, целовать, женщина отзывалась послушно, с тихим смехом.

Это надо же!-сказал Неделин. — Где ты раньше была?

А ты?

Искупаемся?

Прохладно.

Пройдёмся?

Уже поздно. Мне гора.

Что значит — пора? Ты свободна?

Как ветер. Но пора. Я вчера ночь не спала.

Почему?

Не спалось.

Предчувствовала.

Что?

Что меня встретишь.

Нахал.

Ещё нет.

Мне пора.

Я умру, я тебя не отпущу.

Мне пора. Хороший мой… Мне пора!

Я провожу?

Проводи.

Танцы кончились, но где-то ещё слышалась музыка.

Где-то музыка, — сказал Неделин.

Это в баре.

Там есть что выпить?

А ты что, первый день тут?

Да.

Есть, если суметь. Ты сумеешь. Только быстренько, ладно?

В баре Неделин сказал бармену, очень похожему на бармена из «Горного утёса»:

Попить хочется чего-нибудь особенного.

Попит или выпит? — тихо переспросил бармен.

Выпит, дорогой, выпит!

Бармен поставил перед ним стакан с коричневой жижей.

Портвейн? — утвердительно спросил Неделин. — Пят рублей?

Шест,-сказал бармен.

Неделин, подняв стакан, вспомнил наконец, что нужно представиться:

Пётр.

Лена.

Да?

А что? Жену так зовут?

Я не женат. За знакомство!

Они выпили и поговорили. Лена рассказала, что муж у неё недотёпа, что работа у неё нудная, что зато теперь она пришла к мудрости: не требовать от людей больше того, что они могут дать, но не упускать того, что они могут дать на самом деле и без усилий. Неделин с ней согласился.

Ну что ж…— сказала Лена, посмотрев на часы.

Я провожу, — сказал Неделин.

Лена засмеялась. Они поднялись в лифте, прошли по слабо освещённому коридору. Лена вдруг остановилась, прижалась к Неделину, сказала глубоким волнующим шёпотом: «Боже мой! Боже мой! Боже мой!» Глаза её сверкали неведомыми драгоценными камнями, волосы разметались по плечам, она была прекрасна, и всё неистовее возила и елозила по телу Неделина своим гибким телом. Не помня себя, Неделин стал стаскивать с неё кофточку, но она отпрыгнула и сказала:

Я пришла. Вот моя дверь.

Мы пришли, — уточнил Неделин. Лена мягко остановила его:

Завтра.

Не выдержу. Хочу к тебе.

А что муж скажет?

Какой муж?

Спит который. Нарезался и спит. Теперь часов четырнадцать будет спать, не меньше. Но чутко спит. Так что — до завтра.

—До завтра, — уныло сказал Неделин.

29
{"b":"25067","o":1}