ЛитМир - Электронная Библиотека

Сандерс подсел поближе. Приподняв руку, он разместился так, чтобы видеть реку.

— Серена… ваша жена… еще здесь?

Вентресс посмотрел на балки у них над головами.

— Скоро я буду с ней. Долгими же оказались поиски. — Сдержавшись, он осмотрел через прицел своего ружья покрывавшие берега заросли заиндевевшей травы и только после этого заговорил снова:— Так вы видели ее, Сандерс?

— Всего одну минуту. Я сказал Торенсену, чтобы он забрал ее отсюда.

Забыв о ружье, Вентресс перебрался поближе к Сандерсу. Словно светящийся крот в своей норе, он, стоя на коленях, всматривался Сандерсу в глаза:

— Сандерс, скажите мне… я же до сих пор ее не видел! Боже мой! — Он забарабанил по деревянным балкам, разбудив в подполе глухое эхо.

— С ней… с ней все в порядке, — сказал Сандерс. — Большую часть времени она спит. А как вы здесь очутились?

Вентресс смотрел прямо на него, но мысли его блуждали где-то далеко. Потом он отполз к своему ружью и поманил к себе Сандерса. Тот послушно посмотрел на берег, куда указывал Вентресс. В каких-то пятидесяти футах от них среди травы лежал навзничь один из людей Торенсена, инеистые отростки уже спаивали его кристаллизовавшееся тело с заиндевевшей растительностью.

— Бедный Торенсен, — пробормотал Вентресс. — Один за другим они от него уходят. Скоро он останется совсем один.

Из жерла пушки в очередной раз полыхнуло пламя. Суденышко чуть подалось назад, а стальной снаряд, прочертив в воздухе дугу, разнес деревья ярдах в ста от беседки. Когда грохочущие раскаты барабанной дробью прокатились по реке, встряхнув перила галереи у них над головой, Сандерс заметил, что из его руки, пульсируя короткими толчками, излился свет. Речная гладь на миг словно сместилась и тут же, пронзив воздух лезвиями пунцового света, осела обратно.

Кагва с мулатом вновь склонились к пушке, в очередной раз ее перезаряжая. Сандерс сказал:

— Плохо целятся. Но как же Серена — если она здесь, то почему они пытаются разнести беседку?

— Да нет, беседка тут ни при чем. — Вентресс продолжал наблюдать за покрывающей берега растительностью, по-видимому не желая рисковать и опасаясь, что Торенсен может воспользоваться артиллерийским огнем как отвлекающим маневром и попытается незаметно проникнуть в беседку. Спустя мгновение, вроде бы удовлетворившись, он расслабился. — Он вынашивает другие планы. Он рассчитывает расчистить шумом реку и подвести катер прямо к беседке, чтобы выбить меня отсюда.

И действительно, на протяжении следующего часа застывший в неподвижности воздух то и дело вспарывали глуховатые взрывы. Двое негров не оставляли пушку в покое, и каждые пять минут вслед за огненной вспышкой через реку летел очередной снаряд. Когда снаряды рикошетировали от берега или деревьев, отголоски выстрела разводьями среди льдин прокладывали через окаменевшую гладь алые тропки.

И всякий раз превратившаяся в самоцвет рука Сандерса и костюм Вентресса откликались на выстрел, испуская радужное свечение.

— Что вы здесь делаете, Сандерс? — спросил Вентресс во время очередного затишья. Торенсена нигде на было видно, Кагва с мулатом явно работали сами по себе. Вентресс вновь подполз к люку и начал долбить его штыком, время от времени прерываясь, чтобы, прильнув ухом к потолку, вслушаться, что происходит наверху. — Я думал, вы уже убрались восвояси.

— Жена моего коллеги по Форт-Изабель — Сюзанна Клэр — прошлой ночью сбежала в лес. Отчасти по моей вине. — Сандерс посмотрел вниз, на хрустальные латы своей руки. Теперь, когда ему не нужно было бороться с таким чудовищным грузом, его уже не так пугал и ее внешний вид. Хотя кристаллические ткани были холодны как лед и он не мог пошевелить кистью или пальцами, нервы и сухожилия, казалось, обрели какую-то новую — свою собственную — жизнь, пылая жестким, интенсивным светом. Только вдоль предплечья, там, где он отломил полоску кристаллов, сохранились какие-то ощущения, но даже и это была скорее не боль, а ощущение тепла, исходящего от сплавляющихся друг с другом кристаллов.

Над рекой прогремел очередной выстрел. Вентресс отбросил штык и поспешил на свой пост у крыльца.

Сандерс наблюдал за катером. Суденышко по-прежнему находилось в устье притока, но Кагва с мулатом бросили пушку и спустились вниз. Очевидно, это был последний выстрел. Вентресс показал костлявым пальцем на стелющийся за кормой дымок. Катер начал разворачиваться. Когда он чуть повернулся и иллюминаторы рубки стали видны под другим углом, оба они тут же заметили внутри высокого светловолосого мужчину, стоящего за рулем.

— Торенсен! — Вентресс подался вперед и, прижав колени к груди, припал всем своим маленьким телом к земле.

Сандерс подхватил левой рукой штык.

Дымок выхлопа расползся вдоль корпуса, когда катер дал задний ход. Потом катер остановился и выровнялся.

Полный вперед — катер рванулся с места, его нос приподнялся над безмятежной водой. От ближайшей кромки окаменевшей корки его отделяло ярдов пятьдесят. Когда катер чуть изменил курс, устремляясь в одну из трещин, появившихся из-за стрельбы, Сандерс вспомнил, как Торенсен обследовал русла потоков под крошащейся поверхностью реки, после того как Вентресс ускользнул от мулата.

На скорости в двадцать узлов катер обрушился на кромку хрустального поля и стал ломать ее, словно ледокол. Через тридцать ярдов скорость упала. Перед носом катера взгромоздилось несколько огромных льдин, его развернуло боком, и он остановился. В рубке поднялась суматоха, люди хватались за ручки управления, и Вентресс навел на иллюминаторы ружье. Катер, находящийся в трехстах футах, был явно вне пределов досягаемости выстрела. На поверхности реки появились огромные разломы, из которых на окружающий лед сочилось яркое карминное зарево. Прибрежные деревья все еще дрожали от удара, с их ветвей прозрачными цветками изливался свет.

Потом катер подался на несколько футов назад и отступил по только что проложенному проходу. Добравшись до открытой заводи, он встал, готовясь к следующему заходу.

Когда катер вновь ринулся вперед, задрав вверх носовую часть, Вентресс полез под пиджак и извлек из кобуры тот самый автоматический пистолет, который Сандерс пронес через таможню.

— Держите! — прокричал Сандерсу Вентресс, глядя на приближающийся катер в прицел своего ружья. — Следите за берегом с вашей стороны! А я присмотрю за Торенсеном!

На сей раз равномерное продвижение катера прервалось куда резче. Налетев на льдины потяжелее, он раскидал с полдюжины огромных кристаллических блоков и, до половины погрузившись в ледяное поле, замер с продолжающим работать двигателем, накренившись градусов на пятнадцать. Люди попадали на пол рубки, и прошло несколько минут, прежде чем катер выровнялся и неспешно вернулся назад.

В следующий раз он двигался медленнее, сначала проламывая носом блистающую поверхность, а потом отодвигая глыбы кристаллов со своего пути.

Сандерс, скорчившись за одной из деревянных свай, ждал, что мулат выстрелит из пушки раньше, чем окажется в пределах досягаемости ружья Вентресса. До беседки катеру оставалось каких-то семьдесят пять ярдов, и его мостик маячил теперь в воздухе высоко над ними. Вентресс тем не менее казался спокойным и сосредоточенным, наблюдая за берегом в ожидании внезапной вылазки.

Земля дрожала под беседкой, пока катер снова и снова вгрызался в хрусталь пакового льда. Отравляя свежий воздух, вокруг клубились выхлопы мотора. Каждый раз он придвигался еще на несколько ярдов, но его нос был раздроблен и наружу торчали белые брусья. Весь катер уже покрылся тонким слоем инея, и мулат прикладом ружья высадил закристаллизовавшиеся окна рубки. Поручни на палубе обросли тонкими остриями. Вентресс искал удобное положение для стрельбы, но за разбитыми окнами ему никак не удавалось разглядеть в рубке людей. Выброшенные на речную гладь влажные глыбы кристаллов разлетались во все стороны, и некоторые из них уже докатывались до крыльца беседки.

— Сандерс! — Вентресс привстал, опустив свое ружье. — Они сели на мель!

34
{"b":"2507","o":1}