ЛитМир - Электронная Библиотека

Он собрал подчиненных жрецов и произнес зажигательную речь, суть которой сводилась к тому, что поимкой преступника их миссия не исчерпывается. Нужно срочно отыскать божественного Мозгопудру и вернуть в семью!

— Где ж его найдешь? Бог — он вездесущ, — усомнился деревенский жрец.

— Хватит умничать! — рявкнул Брихадаранья. — Наш бог хоть и могуществен, но еще мал и несмышлен. Потому задача жрецов всячески его опекать и наставлять на путь истинный. А если он заблудится в джунглях? Что скажем мы его грозной матушке?

— А вдруг он отправился навестить отца? — высказал предположение один из брахманов.

— Это мы сейчас выясним. Берите собак и отправляйтесь по следу.

— Возможно ли преследовать бога? — задрожали бритоголовые жрецы. — Кришне вряд ли понравится, что мы, ничтожные, суемся в его семейные дела!

— Экие вы трусы! — разъярился Брихадаранья. — Будто у великого Кришны нет больше занятий, как только наблюдать за вашими перемещениями. А вот свой гнев я вам гарантирую!

В общем, верховному жрецу удалось подавить бунт своих подчиненных. Деревенские псы дружной ватагой кинулись по следу юного божества, служители храма в тоске и боязни отправились за ними, а хромой Брихадаранья целеустремленно поспешал в арьергарде.

Меж тем Гвидонов с Маугли, стараясь запутать преследователей, уже отмахали пару километров по бурлящей воде и вновь углубились в джунгли, а на поляну у высокого обрыва неторопливо ступило деревенское стадо. Организованной толпой... в общем, животные направлялись к водопою. Впереди шли могучие буйволы, за ними степенно продвигались коровы с телятами. Они то и дело останавливались, чтобы почтить своим вниманием топорщащиеся кустики травы, однако жажда была сильнее голода, и стадо двигалось дальше.

Одна из коров отчего-то замешкалась. Удивленно прядая ушами, она принюхивалась к незнакомому запаху, доносящемуся с края поляны. Чуть отклонившись от проторенной дороги, корова подошла ближе к джунглям и принялась с наслаждением обгладывать пучки жесткой травы. Дурманящий порошок, рассыпанный Егором с целью отвлечения собак, пришелся ей весьма по вкусу.

Когда хромоногий Брихадаранья достиг уже знакомой нам поляны, глазам его открылось загадочное зрелище. Деревенские псы, подвывая и повизгивая, кружили в некотором отдалении; брахманы, пачкая рыжие одежды, распростерлись в пыли и самозабвенно бормотали мантры; а в центре картины, поводя слегка безумными глазами, пританцовывала упитанная корова.

— Хвала богам, вот и верховный жрец! — заголосили его подчиненные, временно оставив четки в покое.

— Что происходит? — настороженно поинтересовался Брихадаранья, не спеша приближаться.

— Священная корова взбесилась, — скорбно пояснил деревенский жрец. — Вся наша надежда на твою великую мудрость.

— Да ладно — взбесилась! Придумали тоже, — усомнился Брихадаранья, начиная потихоньку пятиться обратно. — Просто у нее хорошее настроение. Решила слегка поразвлечься.

— Да она вся дрожит! — возопил духовный наставник деревни. — Боги не простят, если мы оставим священное животное наедине со своими проблемами!

— Излечи священную корову, — присоединились брахманы, укоризненно глядя на своего шефа. Произошла быстрая рекогносцировка, площадка между верховным жрецом и коровой расчистилась, а за спиной помрачневшего Брихадараньи собралась группа активных болельщиков.

— Да-вай, да-вай, — скандировали массы, подпихивая жреца в спину.

Брихадаранья неуверенно двинулся вперед.

Корова напряглась, фокусируя расплывающийся взгляд на его алом одеянии. Что-то сегодня трещали обезьяны по поводу новой забавы для уважающих себя парнокопытных? Названия уже не вспомнить, но правила очень просты: как увидишь что-то красное, нужно сразу бодать. Впрочем, с обезьян спрос невелик, могли и натрепать, но даже старый дикобраз говорил, что вчера состоялся первый раунд новой игры, и дикий буйвол с Мутных Болот потерпел сокрушительное поражение!

Алое одеяние жреца слегка колыхалось от каждого шага.

«Да что там бодать-то? — подумала корова. — Глупый буйвол, не сумел одолеть такой ерунды».

Она подняла голову и протяжно замычала:

— Смотрите! Смотрите все! Клянусь молоком, струящимся из моего вымени, сейчас я вам покажу, как надо расправляться с красными тряпками!

Жрец испуганно замер. Голос священной коровы звучал угрожающе. Или ему показалось? Разве может мычание домашней скотины нести в себе угрозу?

Корова пригнула голову к земле, наставив на Брихадаранью острые рога, и вызывающе взрыхлила копытами землю. Болельщики дружно охнули и поспешили найти более надежное укрытие, чем спина верховного жреца. Брихадаранья стряхнул оцепенение и неуверенно затянул хвалебный гимн.

Корова всхрапнула, чуть присела на задних ногах — и кинулась в наступление.

— Остановись! — вскричал жрец, простирая руки к священному животному. Какое там! Глаза коровы налились кровью, в них светилась жажда победы. В последний момент жрец успел откатиться в сторону. Корову это ужасно разозлило, на ее морде выступила пена, копыта, сбившись с четкого ритма, пропахали сухую землю. Резко затормозив, она развернулась, покачнулась, восстанавливая равновесие, отыскала мутными глазами цель и возобновила атаку.

— Священная корова хочет забодать жреца! — в ужасе закричали служители храма, призывая в свидетели Шиву, Вишну и все известные их аватары. Деревенские псы надрывались от лая, придавая происходящему дополнительный колорит.

«Да что же это за безобразие! — в отчаянии думал Брихадаранья, снова уворачиваясь от рогов и нащупывая на груди острый нож. — Сейчас я покажу этой проклятой скотине, как кидаться на человека!» Верховный жрец храма Каа-мы был храбрым человеком. К тому же, несмотря на врожденную хромоту, он уделял большое внимание совершенствованию своей физической оболочки. Неизвестно, сумел бы он одолеть невменяемое животное в честном бою или нет, но исход поединка решил фактор религиозный.

— О боги! — надрывался схоронившийся в овражке деревенский жрец. — В чем так провинился перед вами верховный жрец, что вы наслали на него священную корову?!

«Провинился! Провинился!» — эхом отдалось в бритой голове Брихадараньи. Острое лезвие выпало из дрогнувшей руки.

— Да это же Мозгопудра! — заорал он в священном ужасе, глядя на приближающееся животное. — Прости меня! Я не хотел! Я... — Не выдержав безумного взгляда нализавшейся коровы, он развернулся и попробовал бежать. Хромая нога нелепо выворачивалась на ходу, и казалось, что жрец исполняет некий ритуальный танец. Корова издала победный клич и еще наддала ходу. Алая тряпка была совсем близко. Острые рога нацелились в самый центр мишени. Жрец вскрикнул, исполнил в воздухе прощальный кувырок — и скрылся за краем обрыва. Разогнавшаяся корова, не успев сообразить, что происходит, полетела следом за ним.

На поляне воцарилось благоговейное молчание. Только псы неистово взвыли, сообщая всей округе о безвременной кончине бойцов.

Первым нарушил молчание деревенский жрец. Приблизившись к обрыву, он взглянул вниз и потрясению прошептал:

— Они сломали себе шеи.

Брахманы, отряхивая свои рыжие одежды, окружили его и тоже свесились вниз, подыскивая приличествующие случаю мантры.

— Почему уважаемый Брихадаранья назвал священную корову Мозгопудрой? — пробормотал один из них, нервно теребя четки.

— Вероятно, в последний момент его посетило божественное откровение, — молвил другой.

— Что будем делать? — поинтересовался третий.

Деревенский жрец неожиданно завыл, обливаясь слезами:

— Вот горе-то, горе! Теперь наша деревня проклята богами. Как я сообщу об этом несчастным жителям?

— Так и скажи, — посоветовали ему брахманы.

— Как поступим с телами? — задумчиво произнес кто-то.

— Полагаю, о священных останках позаботится местный жрец, — поспешно заявил первый брахман, и остальные согласно закивали бритыми головами.

— Поспешим же к великой Каа-ме, сейчас мы нужны в ее храме как никогда!

37
{"b":"25097","o":1}