ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Утром я разговаривал с сеньором Данвилой. Возможно, ваш брат пожелает повидаться с вами.

– Фрэнк?… – Имя брата прозвучало, словно отдаваясь эхом в безвоздушном пространстве.– Как он, инспектор?

– Работает в тюремном саду, немного загорел. Он посылает вам уверения в своей любви и благодарит за посылки, чистое белье и книги.

– Это хорошо. Он знает, что я все еще пытаюсь выяснить, что произошло в доме Холлингеров?

– Об этом знают все, мистер Прентис. Вы развили в Эстрелья-де-Мар бурную деятельность. Не исключено, что мне придется провести новое расследование. Столько загадок…

Кабрера положил руки на крышу «сеата» и посмотрел сквозь легкий утренний туман на лесистые склоны ниже владений Холлингеров. Меня расстроило то, что он заикнулся о возобновлении расследования. Я уже привык смотреть на выгоревшую виллу едва ли не взглядом собственника. Несмотря на трагические последствия, пожар послужил на благо курорту Эстрелья-де-Мар и мне. В этом громадном пожаре исчезла часть моего прошлого, в его дыме рассеялись мои безрадостные воспоминания. Поджигатель по-прежнему был неизвестен, но мне оставили что-то вроде следа. Я не хотел, чтобы Кабрера и бригада его экспертов наступали мне на пятки.

– Инспектор, а что тут объяснять? Совершенно очевидно, что дом подожгли, но что, если кто-то… всего-навсего попытался показать фокус… неудачно.

– Фокус получился отвратительный.– Кабрера шагнул ко мне, явно подозревая, что я перегрелся на солнце.– Фокус фокусом, но вам известны обстоятельства их гибели.

– Вы имеете в виду Холлингера и Биби Янсен в джакузи? А может быть, ничего между ними и не было: лестница в огне, ее собственная спальня горит – куда еще было податься Биби, как не прямо по коридору в апартаменты Холлингера? Может быть, они надеялись переждать пожар под водой.

– А миссис Холлингер в постели секретаря?

– На постели. Над постелью было окно. Не исключено, что они пытались выбраться на крышу. Он поддерживал ее за ноги, а она старалась дотянуться до шпингалета рамы. Возможно, инспектор…

– Возможно.– Кабрера мгновение колебался, прежде чем сесть в машину, несколько раздосадованный тем, что я изменил тактику.– Как вы утверждаете, ключ в руках вашего брата. Я позвоню вам, когда он даст согласие с вами повидаться.

– Инспектор…

Я сделал паузу, прежде чем связать себя обещанием. По причинам, существо которых я вряд ли понимал сам, я теперь не торопился встретиться с братом.

– Дайте мне еще несколько дней. Я бы хотел появиться перед Фрэнком с чем-то достаточно весомым и убедительным. Если я докажу ему, что никто другой не хотел убивать Холлингеров, он, вероятнее всего, согласится, что его признание бессмысленно.

– Согласен.– Кабрера запустил мотор, потом выключил зажигание и внимательно осмотрел остальные машины на стоянке, запоминая номера.– Возможно, мистер Прентис, мы ищем не в том месте.

– Что вы имеете в виду?

– То, что в это дело замешаны внешние элементы. Пожар в доме Холлингеров нетипичен для Эстрелья-де-Мар. Так же как и похищение того катера. По сравнению с остальной частью Коста-дель-Соль здесь почти не бывает преступлений. Ни краж с взломом, ни угонов автомобилей, ни наркотиков.

– Ни наркотиков, ни краж с взломом?… Вы уверены, инспектор?

– Ни одного заявления. В Эстрелья-де-Мар вообще нет преступности. Вот почему мы были счастливы передать полицейские функции добровольной полиции. Возможно, в конце концов, ваш «рено» действительно сгорел от короткого замыкания…

Я смотрел вслед уезжавшему «сеату» и повторял про себя последние слова инспектора. В Эстрелья-де-Мар нет преступности. Ни краж с взломом, ни угонов? На самом деле все это курортное местечко было подключено к преступности, как к системе кабельного телевидения. Она гнездилась почти в каждой квартире и вилле, в каждом баре и ночном клубе, ее мог заметить каждый – достаточно было взглянуть на нервную систему охранной сигнализации и камер слежения. На террасе у бассейна под балконом Фрэнка постоянно велись разговоры о самом последнем разбое или взломе.

По ночам я слышал вой сирен патрулей добровольной полиции, преследовавшей угонщика автомобиля, и скрип тормозов на крутых поворотах. Каждое утро по крайней мере одна владелица бутиков любовалась осколками разбитых стекол своих зеркальных витрин на груде разбросанных платьев. Торговцы наркотиками рыскали по барам и дискотекам, проститутки семенили на высоких каблучках по мощенным булыжником переулкам над гаванью, а порнофильмы снимались, вероятно, в десятках спален. Совершались множество преступлений, однако Кабрера ничего не знал о них, ведь жители Эстрелья-де-Мар никогда не сообщали о них испанской полиции. По каким-то таинственным причинам они помалкивали, лишь укрепляя свои дома и офисы, словно играли в какую-то сложную и опасную игру.

Шагая по квартире Фрэнка, я думал о том, как он тоскует по клубу «Наутико», работая в тюремном саду. Не было никаких сомнений, что он жаждет новостей и очень хочет повидаться со мной, но между нами разверзалась какая-то пропасть. Я был слишком взволнован, чтобы тратить время на посещение мрачной комнаты для свиданий в тюрьме Сарсуэлья. Мне не хотелось расстраиваться еще больше, гадая, что скрывается за околичностями и уклончивыми ответами Фрэнка.

Вид сгоревшего ночью «рено» взвинтил меня еще больше. Разбуженный светом пожара, пламя которого, казалось, металось по потолку спальни, я выбежал на балкон. Кабина моего автомобиля полыхала как фонарь, дым клубился в свете фар автомобилей членов клуба, спешивших отвести их на безопасное расстояние. Это напоминало современную разновидность языческого ритуала: на машину, пылавшую как факел, с восхищением взирали высыпавшие из дискотеки молодые женщины, и их платья с блестками трепетали в отсветах пламени.

Когда началась вечеринка у бассейна, возникшая спонтанно, как восторженная ответная реакция на разверзшийся перед ними ад, я чуть было не переоделся в купальный костюм и не присоединился к весельчакам. Пытаясь успокоиться, я хлебнул виски из запасов Фрэнка и стал прислушиваться к возгласам и смеху. Они не смолкали, пока над морем не занялся рассвет. Медно-красные лучи солнца окрашивали стены вилл и многоквартирных домов, словно предвещая последний карнавальный пожар, который в один прекрасный день сожжет Эстрелья-де-Мар дотла.

После ланча в клуб «Наутико» доставили новый «ситроен» взамен сгоревшего «рено», останки которого погрузили в кузов потрепанного грузовика. Я подписал бумаги, а затем, из чистого любопытства, спустился по пандусу в гараж. «Ягуар» Фрэнка стоял в тусклом свете под чехлом, вокруг его бамперов и крыльев трепетали полицейские ленты. В конторке у консьержа хранился запасной набор ключей, но мне стало как-то не по себе при мысли о том, что я сяду за руль его машины. Я воспользовался служебным лифтом и поднялся в вестибюль, с радостью оставив автомобиль в его тусклом подземном мире.

Как только начались послеполуденные тренировки, на лужайках послышались удары мячей, выпускаемых теннисной машиной. Бобби Кроуфорд, как всегда, натаскивал своих подопечных. Словно не опасаясь повредить забинтованную руку, он постоянно двигался по корту, перепрыгивал через сетки, чтобы достать заблудившийся мяч, перескакивал с одной базовой линии на другую, увещевал и подбадривал игроков.

Я вспомнил, как он сидел у себя на балконе вместе с Полой наутро после ночной погони за украденным катером. Я готов был держать пари, что это он поджег катер – не по злому умыслу, а лишь ради красивого спектакля для вечерней толпы. Не было у меня сомнения и в том, что он или какой-то его соучастник запалил мой наемный «рено».

Если у него вообще были мотивы, то совершенно непонятные: наверное, он пытался не столько заставить меня уехать из Эстрелья-де-Мар, сколько посвятить меня в какие-то тайны этого городка. Я еще раз просмотрел порнофильм, отснятый в его квартире. Все-таки мне казалось, что Кроуфорд слишком предан жителям Эстрелья-де-Мар, чтобы принять участие в этом жестоком изнасиловании.

36
{"b":"2510","o":1}