ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

7.

Цукановым с водителем гнали из Домодедова на Юго-Запад.

Заместитель Игумнова знал эти места. Иногда они подбрасывали сюда Ксению в общежитие иностранных студентов, а иногда забирали её из гостей. Район был сравнительно недавно освоенный, зеленый.

Нигериец-курьер с наркотической начинкой в желудке был уже по дороге к общежитию на Островитянова, где его никто не ждал. Ксения передала все открытым текстом..

Приметы наркокурьера Цуканов отлично знал: пятно на видном месте — у лба.

«Как у последнего советского президента, у Горбачева…»

С этим все было просто. Останавливало другое:

«Игумнов не поручал заниматься наркокурьером. Он послал искать пистолет Качана. А не наркотики…»

Надо было решать самому.

«В коммерческой палатке нечего больше делать. Документы изъяты. Я переговорил с уборщиком. Разобрался со „Штирлицем“… — тот остался на станции в Домодедово. — Освободил Николу…»

***

Николу передали ж е л е з к е официально.

Домодедовский начальник розыска подошел к ИВС, чтобы им полюбоваться. Ничего необыкновенного он, впрочем, не увидел.

Выведенный из камеры Никола стоял на выходе, прикованный наручником к водителю — безцветный, останавливающий на себе взгляды разве только розыскников и уголовников, чуявших в нем неистребимый воровской дух. При обыске у него отобрали шнурки. Теперь их ему возратили.

— В машину! — Цуканов махнул рукой водителю.

— Пошли!

Никола сунул шнурки в карман.

«Штирлиц» изображал из себя второго мента.Вдвоем они отконвоироали задержанного к машине. Цуканов вышел следом.

— Я сейчас вернусь…

Он должен был накоротке расспросить Николу о задержанном, оставшемся в камере.

— Я покурю пока… — Начальник розыска Домодедова не мог докурить ни одной сигареты до конца. Бросал, закуривал снова.

Цуканов с Николой разговаривали в машине. Водитель уже снял с Николы наручник, приготовился отъехать. «Штирлиц» устроился рядом с ним.

Цуканов занял место рядом с Николой на заднем сиденьи.

— Давай к платформе. — скомандовал он. — И сразу назад!.. — Он обернулся к Николе. — Ну чего он базарит п о к а м е р е?

Никола показал глазами на Штирлица впереди. Цуканов мигнул:

«Свои…»

— В основном молчит…

Никола недолюбливал Цуканова. Тот был для него «мусором» — со всеми пороками, приписываемыми молвой ментам.

«Крысятник…»

Воровской глаз — ватерпас…

У Цуканова были грешки. Однажды, после комиссионной выгрузки вагона на холодильнике, охрана задержала его с несколькими банками мясных консервов в портфеле. В то время это был дефицит. Зам уверял, что консервы были в портфеле, когда он ехал на выгрузку. Охрана холодильника была уверена, что кладовщик дал ему их при выгрузке…

Дело было темное. Но последствий не имело.

Цуканов чувствовал отношение Николы, но всерьез не принимал.

— Что-нибудь-то его интересовало?

— Сто двадцать шестая статья…

— Похищение человека? — Цуканов спросил, как и сам Никола:

— Где? В Чечне?

— Здесь, в Домодедове. Это все.

Цуканов ни о чем больше не спросил.

Водитель снова подъехал к дежурке. Цуканов вышел. Он и домодедовский начальник обменялись короткими репликами. Время, указанное Ксенией, поджимало. Цуканов уже принял решение:

«Теперь на Юго-Запад. Брать наркокурьера…»

Он вернулся к машине, открыл дверцу. Спросил у Николы:

— Мы едем в Москву.Ты с нами?

Тот цыкнул зубом.

— Остаюсь.

— Ну давай.

Никола исчез, как растворился в темноте.

Неподалеку , к удивлению Цуканова, неожиданно покинул машину и «Штирлиц»…

— Пожалуй, мне лучше на электричке…

Несмотря на то, что их осталось двое — он и водитель — Цуканов был доволен. «Штирлиц» был чужой человек. А особенностью национального сыска уже давно было балансирование на грани нарушения закона.

Довериться можно было не каждому…

***

Они уже подъезжали.

Общежитие иностранных студентов находилось на оставшемся невырубленным крохотном островке Тропаревского леса, который подходил вплотную с другой стороны улицы. Здесь же, за коммерческими киосками, виднелось высокое крыльцо с вывеской «Мишель», о котором предупреждала Ксения. Тут Мосул Авье назначил встречу наркокурьеру.

Африканцы питали нежные чувства к маленькому магазину с французским звучанием известного имени. Как, впрочем, и слушаки ментовской Академии МВД , чья круглосуточно охраняемая общага находилась через дорогу. Между сохранившимися деревьями от «Мишеля» к подъезду студенческого общежития иностранцев в сугробах была протоптана узкая тропинка.

Вокруг было пусто. Осмотревшись, Цуканов поднялся по крутым Ступеням, рванул тяжелую на пружине дверь и попал в другой мир.

Внутри был чисто, тепло и сонно. Одинокий продавец за прилавком тщетно боролся с дремотой. Какой-то человек в в глубине, в куртке, в вязаной апочке, спиной к дверям, рассматривал витрины с молочными продуктами. Он был единственным покупателем и видимо, находился в магазине достаточно долго.

Звук хлопнувшей двери заставил его обернуться.

Цуканов увидел африканское темное лицо, приплюснутый нос. Вязаная шапочка скрывала верхнюю часть лба и виски…

«Он? Не он?..»

Цуканов шагнул к сонному продавцу, на ходу, не раскрывая, махнул милицейскими корочками.

— Шугани-ка его… — Он незаметно показал на африканца. — Он нам нужен.

Продавец — молодой простоватый парень — сразу проснулся:

— Я уж пробывал. Не уходит…

— Когда я выйду, ты выключи свет!

Африканец показался снаружи уже через несколько минут вслед за Цукановым. Спустился с крыльца.

Цуканов махнул рукой водителю. Тот подошел — молодой парень из Сасова. Зам взглянул с надеждой:

— Английский знаешь?

— Учил когда-то…

— Будешь на подхвате, — Цуканов учил немецкий. Ничего не помнил. На всю жизнь сохранилась только первая строчка из учебника — «Анна унд Марта баден»

«Анна и Марта купаются…»

— Это, должно быть, он… У нашего хорошая примета. Я сейчас посмотрю.

— Мне идти с вами, товарищ майор?

— Погоди…

Цуканов достал сигарету. Прикуривать не стал. Подошел к африканцу.

Тот стоял, опершись рукой о ствол, его словно рвало. Цуканову показалось, что африканец застонал. Отставив сигарету, зам спросил по-русски:

— Тебе плохо? Помочь?

Африканец что-то пробормотал на своем.

Цуканов оглянулся. Между деревьями ближе к киоскам мелькнула чья-то тень.Он решил переждать. Так они постояли несколько минут…

Африканец клонился все ниже, голова его едва не касалась сугроба. Ему было совсем плохо. Словно желая помочь, Цуканов, улучив момент, сдернул с него шапочку…

Слева над виском мелькнуло что-то темное…

«Родимое пятно… Он! Наркокурьер!..»

Зам обернулся к водиле:

— Машину. Быстро!..

Машина была припаркована на другой стороне улицы, у ворот ментовской общаги.

— Есть… — Водила потопал назад.

— Быстрее! — Цуканов нагнулся над африканцем. — По русски говоришь?

Инглиш?

Тот слабо кивнул. Он не говорил по-русски.

— Тебе плохо?

Наркокурьер на его глазах оседал на снег.

В магазине «Мишель» снова хлопнула дверь. Возникший на крыльце парень был в форме, слушатель милицейской академии. Африканец оглянулся. Увидев полицейского в форме, он весь сжался.

С л у ш а к ничего не заметил, занятый своими мыслями. В руках он нес длинный французский багет, банку консервов и двухлитровую бутылку «колы». Из вежливости он сошел с тропинки, уступив её Цуканову с его спутником.

— Эй. друг! — Цуканов махнул рукой менту. — Английский знаешь? Спроси, что с ним… — Тот был уже рядом со сползшим в снег африканцем. Состояние курьера свидетельствовало за себя.

— Минуту!

38
{"b":"25140","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сверхъестественный разум. Как обычные люди делают невозможное с помощью силы подсознания
Мысли, которые нас выбирают. Почему одних захватывает безумие, а других вдохновение
Ведьма по наследству
Следуй за своим сердцем
Мертвый ноль
Форма воды
Вдохновляй своей речью. 23 правила сторителлинга от лучших спикеров TED Talks
Миры Артёма Каменистого. S-T-I-K-S. Шатун