ЛитМир - Электронная Библиотека

Оказалось, во всем мире требуется — одно и то же.

Крыша!

Она нужна всем русским, где бы ни жили.

Нестерпимо, когда тебя даже легонько постучат по сломанной кости и попросят выложить б а б к и… В Бруклине ли, в Ларнаке, в Ашдоде…

Цивилизованный рэкет. Календарная отстежка многочисленных соотечественников, разлетевшихся по всему земному шару.

Бизнес есть бизнес…

«Президент страховой компании „Социум“ г-н Игорь Сметанин… С нами вам не страшен любой угон машины…»

«Игральные автоматы. Мировые поставки. Эксплуатация, „Серж Серый и брат“, Ла-Пас, Боливия…»

«WARNAWA LTD. Массаж. Сопровождение».

«— Скотленд-Ярду не больно интересно… — Варнава не опасался „жучков“. — Сметана и Серый держат ситуацию под контролем. Арабова они не сдадут. В Иерусалиме и „Белая чайхана“ могут быть спокойны… А пощипать их — это закон никому не запрещает. Вор украдет, фраер заработает…

— В Иерусалиме говорили о банке, с которым они

контачат… — Жид старался не говорить лишнего. — Народ там стремный.

— Ты им не опасен…

— Считаешь?

—Уверен. В Москве тебе ничего не грозит…»

То и дело возникали паузы.

«—Известно, кто они по жизни?

—Бушлаты… Им, конечно, помогли».

«Жучок» из лондонского магазина «Шпион» доставил в Москву интереснейшую информацию…

Банк, о котором спрашивал Туманов, был пока неизвестен. В кабинете у Рэмбо лежало удостоверение, отобранное в подъезде на Вахтангова. В Регистрационно-лицензионном управлении фонд с таким названием зарегистрированным не значился.

Кроме бандитов, банкиров, бывших ментов развивалась еще сила, на которую прежде всегда закрывали глаза. «Афганцы», «чеченцы». «Альфа», «Выстрел». Десантники. Бывший спецназ.

Рэмбо смотрел в окно. Перемежающиеся ряды вынесеных на тротуар легких белых столиков, ярко-красные чепраки кафе… Светильники сплошь оклеены предложениями…

«Останется ли все это?»

Многоэтажные здания на Садовом стояли, тяжело прижатые к грунту, друг к другу. Сбоку внизу мелькнула торговая вывеска: «Кабул»…

«Что же можно в нем предложить?.. — Рэмбо ни разу не переступил порог магазина с приснопамятным именем. Слишком многое было с ним связано. — „Калашниковы“? Анашу?»

Игумнов заметил:

— Й Варнава, и Миха то и дело кладут поклоны на Восток.

— Я объясню. По каналам ASIS прошла информация. В Иерусалиме назначено заседание суда так называемой русской мафии. Не исключено, что наших Сметану и Серого туда потянут.

Рэмбо сменил кассету. Нажал на клавишу. Послышались звуки чудесной музыки. Игумнов поднял голову:

— Что это?

— Гершвин. «Американец в Париже»…

— Я и не знал, что ты рубишь!

— Профессорский сынок! Обязан…

Мыслями, однако, он был не на Елисейских Полях.

—Я надеюсь, сестра Михи или он сам, если в Москве, позвонят!

Отличник службы — российский пограничник в течение четверти минуты настороженно-внимательно созерцал физиономию Жида, затем обратился к электронным средствам учета и информации. Так давно уже нигде больше не проверяли в мире. Может, в Северной Корее. Символическая граница открылась.

Миха по «зеленой линии» прошел к таможне. Тут обошлось без сюрпризов. Бронированный кейс, на который никто не обратил внимания, мог, по существу, считаться пустым — несколько сувениров племянникам, сестре — блузоны, жвачка. В Москве теперь все это можно было найти. Единственно, что удалось протащить под бдительным взором таможни и что могло привлечь их внимание, — зажигалка, сработанная под грозный 9-миллиметровый «Игл-606» в натуральную величину. Штука была отличная. Фрэнки Пол — идол рок-музыки даже посвятил грозному пистолету — не зажигалке — песню «Орел пустыни».

Тут Михе снова повезло.

Афганец явился в Москву по израильскому паспорту, «даркону». С зажигалкой за поясом шагнул он мимо «телевизора».

В зале прилета его не встречали. Несколько человек тем не менее пристально принялись его рассматривать. Но это был известный во всех аэропортах мира тип людей, рассчитывающих на неожиданную халяву. За время, что Миха отсутствовал, они не перевелись.

Тут же группа хорошо одетых цыганок с детьми, не особенно остерегаясь милиции, выпрашивала валюту у иностранцев.

Миха прошел мимо них на стоянку такси. Обслуживание к лучшему не изменилось, цены успели вырасти. Первый же водитель, к которому, кроме авторитета, никто не подошел, объявил цену:

— Двести доларов…

— Не круто?

— Тут наполовину идет отстежка…

Шел явный беспредел.

—Поехали…

Двести долларов на такси у Михи были. Был и пистолет-зажигалка. Жид не решил, что он достанет в первую очередь.

Машин вокруг было немного.

Еще не выехав из Шереметьева, сзади к такси пристроилась голубоватая «вольво». Обгонять не думала. Миху вели не профессионалы. Те вели сейчас кого-то другого. В районе метро «Сокол» филерам показалось, что они его потеряли. На повороте между Ленинградским шоссе и Волоколамским, на светофоре, «вольво» подъехала вплотную — за тонированными стеклами не было ничего видно. Миха поднял бронированный кейс. Это могли быть киллеры.

«Тогда чего они ждут?..»

Миха не знал об убийстве Арабова и о том, что сам он из идеального союзника Сметаны и Серого в Израиле превратился в их ставку при попытке спасти от расстрела брата Серого.

Таксист молча переключал скорости, тормозил, обгонял, терпеливо ждал на перекрестках. Уйти от преследования в такси с незнакомым водителем не было никакой возможности. Дом, в котором жила сестра, на улице Поликарпова, был уже близко, Миха не решился к ней ехать.

«Что-то не срослось…»

— Куда поедем, хозяин?

— Покатай чуток. Я добавлю полсотни…

— Это можно. — Таксист покосился с любопытством.

Москва сильно изменилась с того времени, что он не был тут. Мраморные фасады, стекло, бронза… Ремонтирующиеся здания в центре снизу доверху закутаны были плотной зеленой рогожкой, как во всем мире.

Миха поглядывал назад.

Пытаться запутать — был напрасный номер. Тем не менее стоило попробовать.

—Смотри… — Он положил доллары между сиденьями впереди. — Сейчас ты резко остановишь вон там. Я выскочу. Ты развернешься, подъедешь к переходу на той стороне. Будешь ждать пятнадцать минут. Глазок не включай. Там я добавлю. Давай!

Таксист резко затормозил. Миха выскочил из машины, с ходу, не обращая внимания на светофор, бросился через широченную трассу на другую сторону, в самую лавину машин.

Это было на Смоленской.

Визжали тормоза, матерились водители…

Свернув с Пресненского вала, машина «Лайнса» двигалась словно в колонне. Рэмбо подвел итог:

—Заказ большой. Освобождение заложника — Рахмона-бобо. И личная безопасность Неерии. Чтобы ее обеспечить, я должен знать, кто убил Нисана.

Территория вокруг Ваганьковского кладбища была забита машинами. Транспорт шел в один ряд — между припаркованными по обеим сторонам «Жигулями» и иномарками. Проводить Ковача в последний путь прибыли представители обеих структур, в которые он входил. Спорт и частно-охранный бизнес… Братва, расставшаяся с рингом, с ковром, с треком ради телохранительства, «лички», обменных пунктов, подозрительной активности сыскных бюро, служб безопасности банков и страховых агентств с неясными родословными — ради шальных денег, крутой, обвальной, красивой, рисковой жизни. Друзья, друзья друзей, знакомые знакомых.

Рэмбо заметил с горечью:

—Не помню, чтобы контора кого-то так хоронила…

Похороны убитых ментов выглядели скромнее.

—И комитетская разведка тут… — Водитель кивнул на сторону.

— Ты своих с ходу сечешь…

— Механическая мойка. В середине номера цифра всегда грязнее. Руками никому не охота махать!

— Ты слышал о Коваче раньше? — Рэмбо обернулся к Игумнову.

— Звезда первой величины! Чемпион…

26
{"b":"25141","o":1}