ЛитМир - Электронная Библиотека

Большинство давно благополучно переселились в лучший из миров и умерли не своей смертью, не в постели — от пули или ножа коллег — задолго до пенсионного возраста.

Да и сам Маленький Эли, у которого здоровья хватило бы на положенные каждому от Бога 120 лет, ушел из жизни достаточно молодым — едва успев отпраздновать тридцатипятилетие.

Это произошло два года назад у подпольного казино в Рамат-Гане, в районе алмазной биржи.

Рамат-Ган был частью Большого Тель-Авива.

Казино считалось наиболее крупным и популярным игорным заведением в Израиле. Минимальная ставка там равнялась почти 30 долларам — 100 шекелям. Но публика была солидная, игроки помечали в книжечках суммы выигрыша или проигрыша. Никто не являлся с чемоданом наличных…

Полиция систематически устраивала облавы, но дня через три после очередного посещения стражей порядка казино снова открывалось. По существующим законам владельцы игорного предприятия могли быть приговорены только к штрафу или к нескольким месяцам условного заключения.

Толком никто ничего не узнал.

Одни уверяли, что Маленький Эли был совладельцем казино, другие — что кроме крыши он поставлял крупье — молодых англичан для «блэк-джека», а также уголовников, отвечавших за порядок и то, чтобы каждый проигранный шекель, записанный в книжечку, был возвращен.

Маленького Эли убили двумя пистолетными выстрелами из «глока» поздно ночью, когда он покидал казино.

Наемный убийца, как и водится, задержан не был.

Он стрелял из припарковавшейся на стоянке машины, которая, как потом оказалось, была угнана той же ночью из Холона.

В компьютере этот эпизод значился в файле, посвященном «крупнейшим разборкам между авторитетами преступного мира за установление сфер влияния»…

Подобные формулировки встречались все чаще.

Кейт дочитал распечатку до конца.

Приметы убийцы Эли были слишком общие, чтобы полиция могла его задержать. Дававший их се'кьюрити — он стоял рядом с Эли в момент выстрела, увы! — должен был позаботиться не только об Эли, но и о себе тоже!

Если псевдонимы информаторов были тщательно блокированы, то самая суть их сведений — выжимка, квинтэссенция — все же давалась одной короткой строкой…

Некая женщина под псевдонимом Синди, близко знавшая Маленького Эли, сообщила, что убийство Эли — месть братвы за потерю крупных сумм грязных денег, переданных им для отмывки неизвестно кому… в России!

Это уже было близко к тому, что он слышал в тюрьме Цаламон. И это было его, Юджина Кейта, открытие!

Роберт Дов обошелся без биографии убитого.

Его не интересовало, что по четвергам кто-то звонил нищему в телефон-автомат на площади Кикар Цион. Начинал разговор, как правило, не на иврите…

Что связи нищего были в основном из Восточной Европы.

Что двухметровый покойный грабитель Маленький Эли не имел отношения к арестованным убийцам…

Мамзер, назвавшийся сыном Коэна, воспользовавшись моментом, слинял в Америку. Между тем его имя оказалось в компьютере: мальчишкой он пытался совершить грабеж в филиале банка на Сан-Мартин, но был задержан. Труп его друга и наставника был обнаружен в том же месяце на свалке автомашин в Гиват-Шауль, внутри неислравного холодильника «Амкор», дверца которого открывается только снаружи… И тот тоже был выходцем из России!..

История, предложенная Робертом Довом, выглядела как детский лепет:

«…Дверь нищего по какой-то причине оказалась открыта. Подростки — новые репатрианты, мелкие уголовники — тут же этим воспользовались. Вошли, стали искать деньги. Амран Коэн явился не вовремя. Повел себя уверенно. Не только не прогнал, но и запер дверь изнутри. Может, думал привлечь для каких-то своих дел…»

Крутой коллега Маленького Эли, прятавшийся под личиной нищего, конечно, не должен был броситься с воплем вон, подобно хасиду с верхнего этажа, огласившему криком всю Бар Йохай!

Роберт Дов действовал напористо и прямолинейно. В его арсенале было в основном два приема: подслушивание и скрытая видеозапись…

Второй был, в сущности, только продолжением первого. Этого было достаточно. Видеопленки хватало. Роберт Дов снимал на допросе, в камере, в микроавтобусе, на котором подсудимых везли для продления срока содержания под стражей в окружной суд.

«Убийство нищего должны были совершить те же самые люди, которые расквитались с Маленьким Эли!..»

Думать об этом было интересно, хотя, по-видимому, не имело смысла.

Правда, теперь со всеми его изысками и криминальными биографиями, вывезенными из тюрьмы Цаламон, он, Юджин Кейт, мог заткнуться.

«Роберт Дов заканчивает дело. Суд санкционировал аресты. Кто захочет расписаться в собственной профессиональной несостоятельности? Роберт Дов, судья окружного суда?!»

Юджин Кейт позвонил в информационный центр. У него остались друзья в Матэ Арцы даже после того, как его оттуда выперли в округ.

Один такой друг, точнее — подруга, был у телефона.

— «Привет…» — «Привет». — «Как ты? Как дети?». — «Спасибо, Юджин. Как ты сам?» — «Все о'кей!..»

— Итак…

— Инна, твоя память сильнее любого компьютера…

— Преувеличиваешь, Юджин. Что тебя интересует?

— Была такая дама. Синди. Она пела

Вести разговоры по телефону об агентуре строжайше запрещено не только в Израиле. Но во всем мире профессионалы умудряются хитроумно обходить этот запрет…

— Я сейчас думаю о покойном Эли…

— Маленькие сроки. — Она поняла, о ком идет речь. — Позвони минут через пятнадцать. Я буду у Зоара. А может, я звякну к соседям

Она не хотела, чтобы кто-то соединил вместе два звонка, если они будут подслушаны инспекционной службой по личному составу.

Кейт, соответственно, тоже должен был позвонить с другого номера.

«Разговоры должны затеряться в море других звонков…»

Через несколько минут в смежном кабинете послышались звонки. Кейт в это время курил в коридоре. Звонки телефонных аппаратов в Центральном отделе были абсолютно одинаковыми. Тем не менее он уже отличал свой — чуть протяжный, заунывный.

Он вошел к соседям, взял трубку.

— Небеса благоприятствуют… — Это было название улицы — Шамаим. Номера дома и квартиры она зашифровала буквами. — Беатрис. Передай привет от… — Она назвала имя коллеги, который с ней работал до ухода на пенсию.

Беатрис — было настоящее имя женщины-информатора, имевшей псевдоним Синди.

Вскоре на пейджер поступил еще и номер ее телефона.

«Верные друзья — главное, что есть в жизни…»

На Беатрис были короткий, на молнии, жакет, вязаная водолазка-гольф, узкие брюки. При желании все быстро-легко снималось.

Она смотрела на рослого Кейта как на подарок судьбы.

Беатрис жила на шумной улице Шамаим, в самом центре. Первые этажи дома занимали многочисленные магазины, лавки, выше в квартирах располагались офисы адвокатов, нотариусов. Еще выше располагались стоматологи, дантисты…

— Проходи.

Он тоже положил глаз на нее. Беатрис оказалась жгучей брюнеткой в возрасте до 30 лет, искусно работавшей под девятнадцатилетнюю. Она приняла Кейта в светлом большом салоне.

— Я хотел поговорить об Эли…

— О Маленьким Эли? А чего о нем говорить? Разве нет тем более актуальных? Я, например!..

Одну руку Беатрис держала на талии, ладонь другой слегка просовывалась под пояс брюк. Затемненные очки мешали рассмотреть глаза. Тем не менее Кейт поймал ее досадливый взгляд на настенные часы.

«Время идет… А мы занимаемся черт-те чем!..»

Ярко накрашенные большие коровьи губы жаждали деятельности.

Беатрис зациклилась. У нее несколько дней не было мужчины.

Юджин Кейт понял, что оба они думают об одном и том же.

Он положил руку на пряжку ремня.

— Кондом, я надеюсь, в этом доме есть?

Придя в себя, Беатрис потащила его вниз, в кафе.

— Оставь свой шлем. Мы еще поднимемся…

— Давай в другой раз. Хорошо?

— Ты правда приедешь?

— На сто процентов.

— Буду ждать.

52
{"b":"25147","o":1}