ЛитМир - Электронная Библиотека

— Именем власти, мне предоставленной законом...

Студенты остановились. Оглянулись. В дверях зала стоял инспектор Потапов. Он стоял в дверях, как в раме, и Володе он чем-то напомнил царя. В его фигуре, затянутой в мундир, было холодное высокомерие, присущее Александру III. Володе показалось, что это царь сошел с портрета, что перед ним сейчас стоит убийца его брата. Володя кинулся к двери. Он еще не знал, что собирается сделать, но, расталкивая товарищей локтями, пробирался к двойнику царя.

В пустом, гулком зале гремел инспекторский голос:

— Именем власти, мне предоставленной законом, я приказываю вам разойтись!

Железный голос наткнулся на каменную решимость студентов. Железо не сдвинуло камень, но высекло искру. Этой искрой было маленькое отчаянное слово «бей!». И сразу вслед за этим словом сухо, как выстрел, прозвучала пощечина.

Студент-оратор замолчал. Он стремительно соскочил со стула, задев локтем позолоченную раму. Портрет съехал набок, словно сейчас влепили пощечину не инспектору Потапову, а его царственному двойнику, и сухое эхо прокатилось по всей России, по анфиладе великолепных комнат Зимнего дворца...

Когда Володя очутился рядом с инспектором, тот уже держался за щеку. И Володя пожалел, что это не он влепил пощечину. Инспектор покраснел. Он на глазах налился кровью. Покраснели щеки, скулы, шея, белки глаз. Теперь он был похож на зверя, насосавшегося крови.

— Вы за это жестоко поплатитесь! — крикнул инспектор и, повернувшись на каблуках, быстро зашагал прочь.

Студенты снова остались наедине с царем.

В городе гремел сигнал тревоги. К университету стягивались усиленные наряды полиции. Фельдфебели 7-го Ревельского полка выдавали солдатам холодные, тяжелые обоймы с боевыми патронами. Солдаты окружали университет, как пожарные окружают горящий дом, чтобы не дать огню перекинуться на соседние здания.

Огромная Россия жила по старым законам, подчиняясь беспощадному порядку. А здесь, в стенах одного здания, была своя власть, свой порядок, и то, о чем во всей России говорили шепотом, звучало здесь в полную силу.

По площади перед университетом проехала дымящаяся походная кухня. И кто-то из студентов, заметив ее из окна, крикнул:

— Кашу повезли!

И в зале зазвучал смех. Смех разрядил то напряжение, которое возникло после пощечины.

Дверь в зал распахнулась, и в нее шумной толпой вошли студенты ветеринарного института.

— Ветеринары пришли! Ура!

— Да здравствуют ветеринары! — закричали студенты, и весь зал наполнился радостным гулом, хлопками, выкриками.

Студентов охватило ни с чем не сравнимое чувство, какое испытывают в бою солдаты, когда неожиданно приходит подкрепление.

Володя интуитивно чувствовал это, и ему стало радостно, что он частица дерзкого, мятежного выступления.

Студент Фирсов вскарабкался на подоконник и, подняв кулак, сказал:

— Товарищи! Поклянемся, что мы все, как один человек, будем отстаивать свои требования, не предадим друг друга и, если будет нужно, принесем себя в жертву царящему произволу!

И зал ответил дружным, как залп: «Клянемся!»

И Володя вместе со всеми крикнул: «Клянемся!»

Время летело очень быстро. Сменялись ораторы. В актовый зал приходили новые и новые группы студентов.

И вдруг кто-то крикнул:

— Пусть скажет Ульянов!

У Володи перехватило дыхание. Он почувствовал, как вспыхнули уши.

Сильная волна оторвала Володю от пола. Он очутился на стуле и посмотрел вниз. Десятки глаз устремились к нему. Володе стало душно. Он повел шеей, резко расстегнул тугой воротник и, набрав побольше воздуха, сказал:

— Товарищи! Мы собрались здесь, чтобы открыто предъявить свои требования... Мы не можем терпеть университетский устав, направленный на поругание разума и чести... Наша университетская жизнь является отражением того порядка, который царит в России.

Володя говорил запальчиво, сопровождая каждое слово взмахом кулака. Словно это были не слова, а гвозди, которые он вгонял ударом по шляпке. И собравшиеся слушали его с напряженным вниманием. В этот момент он как бы вырос, вытянулся, и теперь не юные годы определяли его возраст, а зрелость и смелость мысли.

— В Москве студентов избивали, по ним стреляли. Два наших товарища погибли в неравной борьбе. Кто повинен в этом? Царское самодержавие.

Откуда только у Володи появилась такая мощь в голосе? Он говорил уверенно, и его речь то поднималась, то опускалась, как прибойное море.

— Нам мало улучшения, нам нужны коренные изменения. Только борьба, только открытый протест изменят положение. Но бороться в одиночку бессмысленно. Мы должны объединять революционные силы!

Володя кончил говорить и соскочил со стула. И сразу в зале загремели хлопки.

У входа в университет на заснеженных ступенях стояли два городовых. Один тучный, с большими, поседевшими от инея усами. Другой поджарый, остроскулый, с маленькими бегающими глазками. Они поеживались от холода и прислушивались к тому, что происходит в здании.

В это время перед ними выросла девушка в шубке, стянутой в талии, с маленькой муфтой в руках. Девушка застучала каблучками по ступеням и хотела было проскользнуть в дверь, но усатый преградил ей путь.

— Пустите меня! — сказала девушка.

— Зачем вам, барышня? — спросил скуластый.

— У меня там... брат.

— Пройдите отсюда!

Но девушка и не думала «проходить». Она кинулась к дверям, и двум городовым пришлось встать плечом к плечу, чтобы преградить ей путь.

— Назад!

Девушка продолжала рваться к двери. Тогда усатый с силой оттолкнул ее, и девушка упала на снег. Слезы выступили у нее на глазах. Она поднялась и, не отряхивая снег, сквозь слезы крикнула городовым:

— Я... я презираю вас!.. Сатрапы! — И запела «Марсельезу».

Девушка встала перед двумя городовыми и, глотая слезы, стала подпевать студентам.

Нам враждебны златые кумиры.
Ненавистен нам царский чертог.
Мы пойдем к нашим страждущим братьям.
Мы к голодному люду пойдем.
С ним пошлем мы злодеям проклятья,
На борьбу мы его поведем...

Девушка пела все громче, а городовые переглядывались, не зная, что им надлежит делать. Это была Даша.

Четыре часа в Казани клокотал оживший вулкан.

Четыре часа в России существовал маленький остров свободы и независимости. Четыре часа, окруженная штыками солдат, горела маленькая искорка революции. Володя вбирал в себя жар ее и свет.

Если бы у него в руках было знамя, он поднял бы его над университетом, над Казанью, над всей Россией. Если бы у него было ружье, он выстрелил бы. Он готов был отдать самое дорогое, что у него есть, только бы эта искра не гасла.

Кто-то из толпы выкрикнул:

— В знак протеста против условий университетской жизни швырнем свои входные билеты!

Володя почувствовал, что наступила критическая минута, когда нужно было доказать, что ты не сдаешься, что ты готов ради общего дела поступиться чем-то очень важным и дорогим.

Володя подошел к кафедре и достал из кармана свой входной студенческий билет. На какое-то мгновение он задержал билет в руке. Он вспомнил день, когда стал счастливым обладателем этого билета. Вспомнил лица родных. И как бы услышал голос Мити: «Господин студент, предъявите свой билет!»

Но в следующее мгновение он положил картонную книжечку на стол.

Сейчас эта книжечка была его единственным оружием, которое могло выстрелить. Выстрелить и сгореть.

И Володя выстрелил.

...Надо уметь жертвовать для революции самым дорогим.

Надо уметь говорить «нет!», когда очень хочется сказать «да!».

А студенты бросали свои билеты, чтобы не дать погаснуть маленькой искорке революции.

12
{"b":"251611","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
  • Наука о сексе. Универсальные правила. Часть 2
    Краткое содержание «Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни»
    Боль. Вечный враг, который помогает нам выжить
    Тайна Водяного дракона
    Секрет механической птицы
    Неучтённый фактор. Охота
    Шведская уборка. Новый скандинавский тренд Döstädning – предсмертная уборка
    Россия для японцев…
    Тираны России и СССР
  • Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов
    Лживая взрослая жизнь
    Летчик. На боевом курсе!
    Горничная для некроманта
    Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
    Погадай на жениха, ведьма!
    Чувство штиля. Продуктивность и спокойствие в эпоху вечных дедлайнов
    Пять жизней. Нерассказанные истории женщин, убитых Джеком-потрошителем
    Занимательная квантовая физика
  • Боярич Морозов
    Женский мозг: нейробиология здоровья, гормонов и счастья
    Виктор Суворов: исповедь перебежчика
    Не оставляй меня
    Сердце Зверя
    Против гигантов. Как Spotify подвинул Apple и изменил музыкальную индустрию
    Мышонок, который Там
    Ни хрена я не должен! Манифест против угрызений совести
    Инстинкт Зла. Возрожденная
  • Пояс Ориона
    Красная Шапочка для оборотня
    В голос! Нескучное руководство по созданию подкаста
    Ее вишенка
    Код ожирения. Глобальное медицинское исследование о том, как подсчет калорий, увеличение активности и сокращение объема порций приводят к ожирению, диабету и депрессии
    Расширить сознание легально
    ЭкоДом. Уборка без химии, порядок без труда. ЭКОномно ЭКОлогично
    Порочный миллиардер
    12 шагов к состраданию
  • Бумажный лебедь
    История Бессмертного. Книга 1. Поврежденный мир
    Хлопок одной ладонью
    Энциклопедия НЛП для начинающих
    Протокол. Чистосердечное признание гражданки Р.
    Конец парада. Каждому свое
    Лето мечтаний
    Дрессировка без наказания. Пять недель, которые сделают вашу собаку лучшей в мире
    Звонок для учителя, или Лес рук
  • Жить
    Взрослая книга о детской иллюстрации
    Дитя ярости
    Пламя
    Нескучная классика. Еще не всё
    Новая кондитерская Синьорины Корицы
    Ручной Привод
    Затерянный город
    Прочь из замкнутого круга! Как оставить проблемы в прошлом и впустить в свою жизнь счастье