ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Однако мы что-то очень сильно увлеклись лирикой, забыв, что гармония подразумевает разумное сочетание последней с её вечной оппоненткой – физикой.

А физика, не вдаваясь в переживания и страсти, а рассуждая на основании одной только логики, заключает, что, если теорема, только что приведённая лириками, верна, то обязательно должно существовать и обратное утверждение: если любовь является отличительным признаком человека от животного, то отсутствие любви говорит, что данный живой организм можно безошибочно причислить к классу животных. Исключение составляют собаки, лошади и дельфины.

Везунчик в свободное от занятий время пропадал у своей новой знакомой. Благо, что она жила одна, без родителей. Те, оставив свою дочь одну, уехали в другой город к своим внезапно заболевшим родителям.

– Ещё хочешь? – звучит нежный девичий голосок.

Везунчик поворачивает голову на коленях молодой нимфы и кивает головой. Бархатная ручка отрывает виноградную ягодку и кладёт в рот Везунчика. Рука молодого человека хочет приподнять тело, но, как бы случайно, оказывается под юбкой. Рука замирает, но назад не возвращается. Молодой человек ждёт, какова будет реакция. Однако реакции никакой нет, и рука снова продолжает свой путь.

– Так слаще? – спрашивает нимфа.

– Ещё бы!

– Давай выпьем вина, – предлагает девушка, – ещё слаще будет.

Рука вынуждена покинуть только что завоёванные позиции. Молодой человек с недовольным выражением лица поднимается с девичьих колен, подходит к журнальному столику и наливает два фужера вина. Он галантно подаёт фужер подруге и сам выпивает всё без остатка.

– Ну как, кровь заиграла? – спрашивает она кавалера.

Вместо ответа раздаётся то ли стон, то ли рычание. Девушка кладёт свою ладонь на ремень кавалера и спускается ниже.

– Ого! Я же говорила, что будет слаще!

И опять в ответ то ли рычание, то ли мычание.

– Хорошо, не мучай ни себя, ни меня.

Дважды повторять не пришлось. С молодого человека словно сорвали оковы: через одно мгновение и он и его нимфа лежали на диване обнажённые. Ещё через несколько минут молодые люди лежали неподвижно, с выражением полного блаженства.

– У тебя это в первый раз? – спросил молодой человек.

– Нет.

– А у меня первый.

– Сейчас отдохнёшь немного, повторишь, и будет второй, – пошутила девушка.

– А кто был первый?

– Какая разница, тебе же было хорошо?

– Просто нет слов. А всё-таки, что ты чувствовала, когда это было в первый раз?

– Кроме того, что чувствовала сейчас, ещё чувствовала боль. Ты знаешь, я не принадлежу к тем женщинам, которые кичатся своим целомудрием.

– А как же любовь?

– Это просто красивая сказочка для маленьких девочек. На самом деле всё проще: есть инстинкт размножения, вот и всё.

– Ты хочешь сказать, что человек так же, как и животное, руководствуется только инстинктом?

– А разве это не так?

Молодой человек приподнялся и облокотился на одну руку, второй рукой он гладил свою подругу, особенно те места, которые никогда трогать не доводилось.

– Какая смешная родинка, – сказал он, поглаживая животик гораздо ниже пупка. – Похожа на маленькую бабочку.

– Жу-жу, – сказала нимфа.

– Что жу-жу?

– Эту бабочку зовут Жу-жу.

Девушка тоже погладила своего кавалера.

– Ну, вот ты и отдохнул, – сказала она. – Пора снова заняться делом.

Везунчик лежал на диване полностью изнеможенный. Ему казалось, что он только что не предавался блаженству, а таскал мешки с песком, причём, мешки эти были гораздо тяжелее его самого.

– Сейчас приведу тебя в чувство, – сказала нимфа.

Девушка встала с дивана и пошла на кухню готовить кофе. Через несколько минут она принесла своему кавалеру маленькую чашечку и рюмочку с коньяком. Она села на диван и положила голову молодого человека на свои обнажённые ноги. Однако на этот раз руки Везунчика даже не пытались шевельнуться. Это означало, что девушка получила от молодого человека всё без остатка. Нимфа переложила голову на подушку, встала с дивана и надела халат.

– На третье у нас кофе с коньяком, – улыбнулась она.

Молодому человеку ничего не оставалось делать, как последовать примеру своей подружки. Через пару минут они сидели за столом, прилично одетые, и пили кофе с коньяком.

– А зачем ты хочешь поступать в политехнический? – спросил Везунчик.

– А куда же мне поступать?

– Девушки обычно не любят точных наук.

– Девушки любят красивые наряды и много денег, – засмеялась нимфа.

– Значит, ты хочешь стать знаменитым конструктором и зарабатывать много денег?

– Ещё чего!

– Тогда объясни.

– Ну не в литературном же мне жениха искать?

– Ты считаешь, что гуманитарии все нищие?

– А разве не так?

– Мне кажется, что известные писатели живут совсем не безбедно.

– Не все же становятся писателями?

– Но и знаменитыми конструкторами становятся не все.

Молодые люди засмеялись и выпили по рюмке коньяка.

– Ой, как мне в голову ударило! – пожаловался Везунчик.

– Лучше бы тебе в другое место ударило!

– Неужели ты ещё хочешь?

– Хорошего всегда не хватает.

– Тогда я…

– Да ладно, не надо стараться делать больше, чем ты можешь.

Везунчик снова заполнил рюмки коньяком.

– А ты решил в литературный поступать? – спросила девушка.

– Я буду очень известным и популярным писателем, – гордо сказал молодой человек.

– К сожалению, для этого нашего «хочу» не достаточно.

– У меня есть секрет, – полушёпотом сказал молодой человек.

– Может быть, мне надо подавать документы в литературный?

– Вот этого делать как раз и не надо.

– Не поняла.

Молодой человек поднял рюмки, приглашая подружку последовать его примеру. После этого он подвинулся к девушке и почему-то стал шептать ей что-то на ухо. Выслушав проникновенную речь своего кавалера, теперь уже девушка взяла бутылку и наполнила рюмки коньяком.

– Давай за успех нашего дела, – провозгласила она тост.

Настроение у молодых людей поднялось, и они допили коньяк без всяких тостов.

Прощаясь со своей знакомой, Везунчик попытался поцеловать её.

– Не надо. Побереги это до следующего раза.

Петя вышел из квартиры и стал спускаться по лестнице.

– А зачем ты за Наташкой ухлёстывал? – услышал он сзади себя голос девушки.

– Какой Наташкой?

– Которой ты зонтик предложил. Я видела, как вы вместе уходили.

– Наше знакомство закончилось тем, что она назвала меня подонком, а я её – дурой, и всё из-за того, что я предложил ей то же самое, что и тебе.

– Она дура и есть. Мы её монашкой зовём.

Глава 5

Пуля – дура! Кто же это придумал? Кто бы ни придумал, но это изречение так же далеко от истины, как и то, что штык – молодец.

Действительно, не пуля же решает, кого казнить, а кого миловать. Не пуля с радостью несётся к цели, чтобы поразить её. Напротив, она никуда не хочет идти, и пороховые газы выталкивают пулю из ствола против её воли. Весь вопрос в том, чья воля была, чтобы убить. Каждый, естественно, скажет, что это воля человека. Однако это утверждение также далеко от истины, как и первое.

Если есть мотив преступления, тут всё понятно, если человек защищает себя, Родину или своих близких, то здесь вопросов тоже нет, а если по-другому? Если человек заставляет оружие, будь то пуля, будь то штык или топор, совершить убийство без мотива? Тогда как? Взять хоть «Преступление и наказание». Известно, что Достоевский брал основу для своего знаменитого романа из реального уголовного дела. В действительности был не Раскольников, а какой-то другой студент, не Порфирий Петрович, а иной следователь. В принципе, какая разница, что за фамилии у них были. Главное, что это были реальные люди, и совершили они реальные поступки. Какой мотив был у Раскольникова? Да никакого. За что он убил бедную старушку? Да ни за что. Разве только за то, чтобы проверить себя: а смогу ли я это сделать? Есть много способов пощекотать себе нервы и без убийства. Для чего же тогда, скажите на милость, он убил её? Ответ напрашивается сам собой. В данном случае так же, как и с пулей, присутствовал тот, кто имел вполне конкретный мотив. Раскольников так же, как и пуля, не только не желал этой смерти, но, вполне вероятно, что и сопротивлялся своему поступку, однако ничего не мог поделать, так как его желание было полностью игнорировано тем, кто имел мотив и намерение. Так как в романе иных людей не показано, то остается только одно – жизнь у старухи забрал тот, кто ей её и дал, то есть, Господь Бог. Что же касается Раскольникова, то он был лишь инструментом судьбы, высшей власти, таким же тупым исполнителем, каким является и пуля, управляемая человеком.

13
{"b":"25169","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Незабываемая, или Я буду лучше, чем она
Думай медленно – предсказывай точно. Искусство и наука предвидеть опасность
Клинки императора
Похититель детей
Там, где бьется сердце. Записки детского кардиохирурга
Черный человек
Рой
Чувство Магдалины
Найди меня