ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кроме этого Персей был снабжен теми самыми крылатыми сандалиями, благодаря которым он и вошел в историю как первый в мире офицер ВВС. До кучи ему еще перепали изготовленная по технологии «стелс» шапка-невидимка для обеспечения отхода с задания и безразмерная сумка, полосатая, клеенчатая, способная развернуться до любых размеров, чтобы упаковать отрубленную голову бедняжки Медузы. В более поздние годы подобные сумки были в большом ходу у отечественных «челноков». После завершения операции все обмундирование было приказано сдать, чтобы избежать утечки секретных фондов.

В ходе подготовки Персея даже отвели в специальное место на острове Самос, где стояли статуи сестер-горгон, чтобы герой знал, кого рубить, и не махал серпом понапрасну. Собственно последовавший за этим бой был уже делом полученной летчиком техники. Выйдя на цель по приборам, то есть глядя исключительно в щит, Персей спикировал на спящих горгон и рубанул серпом лежавшую посередине Медузу. Быстренько засунул голову в мешок и, невидимый для двух проснувшихся уцелевших сестер, усвистал восвояси.

Таким образом, первое использование авиации в военных целях имело характер скорее воздушного налета, чем честного боя. Получился своего рода маленький греческий Пёрл-Харбор. Зато благодаря этому случаю стал возможен и полноценный классический поединок в воздухе.

Из тела поверженной Медузы, чья голова вскоре украсила щит Афины, появился на свет крылатый конь Пегас. Эдакое смешение жанров, лошадь-амфибия. Его-то впоследствии и использовала Афина, чтобы сжить со свету другую свою неприятельницу – Химеру. Дочь Ехидны и родную сестру уже упоминавшихся нами Немейского льва и Лернейской гидры.

Вряд ли кого-то удивит, что Химера имела со своими родственниками много общего. Представляя собой огнедышащее чудовище с львиной головой, козьим туловищем и змеиным хвостом, она по каким-то неизвестным нам признакам относилась греками к женскому полу. Хотя женского в ней было, мягко говоря, немного. Сжигая все на своем пути, Химера носилась по стране, как броненосец «Потемкин» по Черному морю.

Род свой эта жаркая девушка вела от титанов, то есть угнетаемого олимпийцами класса, и потенциально была очень даже опасна для небожителей. А они этого не любили. Попытки решить вопрос с кондачка не принесли никакого результата. Ни ракет класса «земля-воздух», ни даже каких-нибудь захудалых «стингеров» вооруженным силам Греции еще не поступало, а бороться с летающей тварью с земли иными средствами было заведомо гибельным занятием.

Даже самые отвязные герои ни за какие коврижки не соглашались идти на этот подвиг, пока им не выдадут спецсредства. Олимпийские судьбовершители, пораскинув мозгами на внеочередном заседании ареопага, постановили предоставить для борьбы с Химерой крылатого коня Пегаса. Большего же и не требовалось, Химера все же не МиГ-29, стало быть, и расходы на вооружение нечего задирать.

В момент принятия этого судьбоносного для Химеры решения главным кандидатом на полет числился парень по имени Беллерофонт. Греки еще не погрязли в бюрократии, потому никакого отряда космонавтов с предварительным отбором и последующим отсевом создавать не стали. Просто взяли, кого заранее наметили на бой с летающим огнеметом, и сказали ему: «Ты полетишь». А уж высоты он там боится или перегрузок не выносит, это никого не волновало.

На самом деле Беллерофонта изначально звали Гиппоноем, но, после того как он случайно сплавил в царство теней какого-то мужика Беллера, его имя и жизнь радикально изменились. Как было написано в милицейском протоколе: «Управляя колесницей в нетрезвом состоянии, на пересечении 3-й Оливковой улицы и проспекта Гекатонхейеров водитель Гиппоной не справился с управлением и совершил наезд на пешехода». Чтобы не отягощать лишним судебным разбирательством и без того доверху загруженные местные суды, Гиппоной. не прощаясь с родными и знакомыми и даже не заходя домой переодеться, покинул любимый Коринф.

Однако в Аргосе лихача ждала неприятная неожиданность: слава о его успехах гонщика бежала далеко впереди, и аргосцы называли прибывшего в их город гостя уже не Гиппоной, а Беллерофонт. Что на русский переводится как «убийца Беллера». Кроме него, из всех иностранцев с именем, построенным по аналогичному принципу, в российской культуре удалось закрепиться лишь собаке Баскервилей.

Согласно давно утвержденному плану, Беллерофонта в скором времени с высочайшей олимпийской подачи классически подставили, подложив ему жену местного мэра. И обстоятельства сложились так, что для реабилитации в глазах общественности иного выхода, кроме как во что бы то ни стало прикончить Химеру, у гope-Шумахера не оставалось.

Впрочем, в беде его не оставили. На дело ему была выдана специальная титановая уздечка и указано, как оказаться в нужное время в нужном месте, чтобы изловить летающего коня Пегаса. После чего стал возможен первый в мировой истории поединок, протекающий по всем правилам воздушного боя. Зрители заранее занимали места на удобных для обзора горных склонах.

Еще на подлете к пещере Химеры оседлавший левитирующую лошадь Беллерофонт грамотно набрал высоту, зашел со стороны солнца и внезапно атаковал противника. На его беду, в ту пору на воздушные судна ставилось крайне слабое вооружение. Пилот не имел в своем распоряжении даже самого захудалого пулемета, поэтому пришлось ограничиться десятком стрел из лука, что не принесло Химере урона. Стрелы лишь слегка поцарапали толстую шкуру-броню чудовища, а уж о каких-то там «бак пробит, хвост горит» и мечтать не приходилось.

Мечтать Беллерофонту приходилось совсем о другом. В тот момент, когда преимущество внезапной атаки оказалось утрачено, ему очень хотелось, чтобы боги помимо кобылы с крыльями оснастили его еще и маской сварщика. Химера принялась так густо сыпать огнем, как будто всю предыдущую неделю пила исключительно напалм.

Зайдя на разворот, авиатор взял на изготовку копье со специальным свинцовым наконечником и пошел во вторую – на этот раз почти безнадежную, лобовую – атаку. Копье было изготовлено в секретной лаборатории Гефеста, и в нем, собственно, и состояла главная надежда Беллерофонта – если не выжить, то хотя бы свести матч вничью. Противники неслись друг на друга, ни один не желал сворачивать. При этом Химера не стреляла, в смысле – не полыхала пламенем, потому что рассчитывала подпустить врага поближе, а Беллерофонту стрелять было попросту не из чего.

И когда наблюдавшим за воздушным боем с земли селянам уже начало казаться, что они станут свидетелями первого в мировой истории воздушного тарана, Беллерофонт изо всех сил метнул копье, целясь в пасть чудищу, и резко взял ручку на уздечке на себя. Пегас взмыл вверх, а Химера извергла столб огня с запозданием. Из-за чего не только не попала в оппонента, а еще и сгубила сама себя. Пудовый свинцовый наконечник, попав в пасть к Химере, расплавился, и раскаленный металл полился в организм хищницы.

Как позднее наглядно доказали первая и вторая серии фильма «Терминатор», электроника и кибернетика – это хорошо, но тяжелое машиностроение и цветная металлургия иногда гораздо важнее для общества. Греки эту истину в упрощенном варианте постигли эмпирическим путем задолго до восстания машин.

Впрочем Беллерофонту счастья победа в первом в мире воздушном бою не принесла. Пожелав испытать максимальные возможности вверенного ему воздушного судна, он предпринял дерзкую попытку взлететь на Олимп, но там был как раз неприемный день. И Зевс, чтобы убедить в этом авиатора, выслал ему навстречу специально обученного овода. Тот с налету укусил Пегаса в место, скромно называемое стеснительными греками «под хвост», жеребец взвился на дыбы и сбросил седока.

В память об этом событии, в Санкт-Петербурге, на одной из площадей стоит памятник, изображающий поднимающегося на дыбы скакуна и наездника, судорожно взмахивающего рукой в бессмысленной попытке удержаться в седле. В каждую годовщину падения Беллерофонта высокообразованные жители культурной столицы России начищают место укуса у коня до блеска так, что оно начинает гореть, как только что подвергшееся атаке насекомого.

38
{"b":"25174","o":1}