ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Шаба была залита кровью. Империалисты показали, что они готовы к коллективной агрессии и интервенции в районах «третьего мира» с применением всего военного и политического механизма НАТО. Это, можно сказать, была демонстрация «большой дубинки». Но от «малой дубинки» — от наемников — они не отказались.

Последняя ставка?

«…— Номер 3 — Желудю. Мы видим «террористов», уходящих от нас, на расстоянии 300 ярдов…

Офицер бросился к радио, которое разбудило нас на рассвете:

— Желудь на связи! — прорычал он. — Мы вас слышим. Боевая группа выступает. Держите с нами связь!

Он нажал кнопку, и над рядами палаток взревела сирена. Парашютисты выскакивали из душевых и уборных, натягивали пятнистую униформу и, схватив автоматические винтовки, мчались к вертолетам. Через несколько минут они были уже в воздухе, и полковник — в майке и хлопчатобумажных шортах, склонившись в штабной палатке над картой, руководил ими по радио…»

Так начал свой репортаж из Родезии корреспондент журнала «Ньюсуик» Питер Янгхасбенд, один из многих репортажей, появившихся в западной прессе и написанных американскими, английскими, французскими, западногерманскими и итальянскими журналистами.

Янгхасбенд подробно и со смаком описывал, как десятки родезийских парашютистов окружали «террористов» — группу бойцов национально-патриотических сил Зимбабве, борющихся за освобождение своей страны от расистского режима Яна Смита и его чернокожих марионеток. \86\

Парашютистов доставили вертолеты. С ними были собаки-ищейки. Янгхасбенд слышал по радио их яростный лай — они шли по следу партизан. Потом с одного из вертолетов передали — один из партизан замечен и сейчас будет убит.

— Желудь спрашивает главный вертолет. Вы попали в него? — не выдержал полковник.

— Нет, он ушел, — последовал неловкий ответ.

Потом поступили сообщения, что один партизан убит, а другой ранен и захвачен. Потом — убито — еще два. «Охота», как назвал все это корреспондент «Ньюсуика», продолжалась и на второй день, но два партизана все же ушли от карателей.

— Неплохо, — подвел итог полковник. — Четыре из шести…

Но беда в том, уныло признает Янгхасбенд, что «счет 4:6» не ведет к выигрышу в войне против партизан на территории, в два раза превышающей территорию Южного Вьетнама и такой же удобной для партизанских действий.

А вот образец вариаций на ту же тему из западногерманской прессы, в данном случае из журнала «Шпигель»:

«Приказ о выступлении пришел в воскресенье. «Люди идут в церковь, а мы будем убивать «террористов», — сказал сержант. Пока мы разбирали оружие и спешили к вертолетам, нам объяснили боевое задание.

Все шло в соответствии с принятой системой: «Селус скаутс» выследили группу «террористов» и по радио информировали нашу базу. Теперь нам предстояло выполнить черную работу — уничтожить противника.

Пять вертолетов (четыре оснащены пулеметами, пятый — 22-миллиметровой пушкой) стояли уже наготове; в каждом из них заняли места по три солдата и по одному унтер-офицеру. В пятом находился майор, который с воздуха управлял боем и своей пушкой расстреливал преследуемых. Операция напоминала охоту с облавой. Вертолеты высадили нас. Мы окружили обнаруженную группу и, рассыпавшись \87\ в цепь, начали прочесывать местность. Затем прилетел вертолет, который начал палить из своей пушки. Нам оставалось лишь довершить дело.

Во время этой операции, в воскресенье, мы взяли шесть пленных. По-видимому, это были носильщики, так как при них не было оружия. Обычно мы пленных почти не брали. Я не могу сказать почему. Но всех, кто сотрудничал с «террористами», позднее так или иначе вешали по приговору суда. Поэтому не имеет значения, будет ли он расстрелян на месте или осужден позднее в Солсбери».

Корреспондент «Шпигеля» записал этот рассказ со слов западногерманского наемника, бывшего унтер-офицера бундесвера, служившего ныне в армии Яна Смита. Имя этого наемника не названо — то ли сам он не пожелал известности, то ли этого не пожелали хозяева «Шпигеля».

А вот пример из английской прессы, из считающейся солидной и респектабельной «Таймс».

«Солдаты с голыми ногами вселяют ужас в родезийских партизан!» — так эта газета озаглавила репортаж своего корреспондента из Родезии, снабдив его подзаголовком — «Удачный день для ударного батальона, воюющего в буше».

Удача же, по мнению этого бравого репортера, состояла в том, что в ходе широкой операции с применением авиации, вертолетов, артиллерии, десантников, кавалерии и пехоты было убито… 11 партизан!

«Таймс» рассказывает своим читателям, как все эти силы атаковали лагерь партизан, расположение которого было сообщено им накануне разведкой, но лагерь оказался… давно покинутым. Как затем была обнаружена другая партизанская стоянка, на которой находилось восемнадцать «террористов», как во много раз превосходящими силами каратели попытались окружить партизан и уничтожить их.

Бой продолжался весь день, и партизанские пулеметы смолкли лишь с наступлением темноты. Однако каратели не решились продолжать наступление. Утром они обнаружили в партизанском лагере \88\ лишь тела убитых. Раненых партизаны унесли с собою.

В бою участвовал так называемый «европейский батальон легкой пехоты» — наемники, которых местные жители прозвали «голоногими» потому, что они носят шорты.

— Я увидел какое-то движение в чаще кустов, — рассказывал кореспонденту «Таймс» бывший английский капрал, стоя над телом убитого партизана. — Он собирался разрядить в меня свой «АК», но я опередил его.

Итак, наемники воевали на стороне Яна Смита и его чернокожих марионеток в Родезии. Сегодня уже никто на Западе, как это было еще несколько лет назад, не пытается отрицать это. А ведь именно тогда, когда только что последние наемники бежали из «Биафры», уже было известно, что Ян Смит вербует себе «белых добровольцев» для «защиты демократии» в Родезии.

В начале 1971 года один английский журналист, летевший из ЮАР в Родезию, разговорился со своим попутчиком, молодым бравым англичанином. Разговор этот принял для журналиста неожиданно интересный с точки зрения его профессии поворот.

— Целых 18 месяцев я не видел ни одной женщины, — повествовал ему этот случайный попутчик. — Я провел 5 лет в султанате Оман в составе британской миссии. Теперь я поступаю на родезийскую службу. В армию Родезии. В качестве наемника. Они вербуют вовсю.

Уже в те дни было известно, что в родезийской армии служили почти две с половиной сотни англичан — бывших солдат и офицеров английской армии и вербовка их действительно продолжалась «вовсю». Штаб-квартирой вербовщиков был город Олдершот, расположенный к юго-западу от Лондона, известный в Англии как один из крупнейших гарнизонных центров. Поблизости — училище для офицеров в Сандхерсте, не так далеко и до военной академии в Кемберли. \89\

Выходящая в Олдершоте газета «Олдершот ньюс» то и дело публиковала письма бывших английских военнослужащих, завербовавшихся в родезийскую армию и расхваливающих свою жизнь.

Например, сержант Том Клайден, завербовавшийся еще в 1968 году, писал, что ему в Родезии нравится

«солнце, хорошая плата и отличные условия».

Лейтенант Дэвид Дрейк, отправившийся в Родезию прямо из Олдершота, заявлял:

«Я нахожусь в прекрасной форме и чувствую себя здесь совсем как среди англичан!»

Хочу напомнить, что в те годы сопротивление расистскому режиму в Родезии еще не набрало силы, и по сравнению с Конго, «Биафрой» и Гвинеей для наемников там была не «работа», а «отдых».

«Олдершот ньюс» почти из номера в номер публиковала откровенные призывы, сулившие тройной оклад английским солдатам, в первую очередь парашютистам, которые согласятся отправиться в Родезию.

19
{"b":"251769","o":1}