ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Медный алтын да два грошика, – усмехнулся Рассольников.

– Мы уже неплохо тебя знаем. Ты способен по доброй воле и из благих намерений влипнуть в жуткую историю. Успеем ли мы удрать?

– Все будет хорошо, – отчеканил Платон. И, наткнувшись на каменную стену, напарники вскоре оставили его в покое.

На экране локатора появилась сияющая точка.

– Папа! Вижу большой корабль! – прокричал «Сынок» по внутренней связи. Он уже успел за свою недолгую жизнь познать страх смерти. – Что мне делать?!

– Передай ему: «Хамбаус».

– И все?

– И все.

– Ты уверен, что это твои друзья? – спросил Кнутсен, просунув голову в люк каюты. Сейчас была его очередь жить в рубке.

– Если мое послание перехватили, и это корабль Карантина, то беспокоиться не о чем – наша песенка спета. А случайный корабль пролетит мимо или спросит, не нужна ли помощь.

– Корабль ответил: «Кихтар», – немного погодя объявил «Сынок».

– А вы боялись… – довольно улыбнулся Рассольников.

Вскоре Чрезвычайный и полномочный Посол ФФФу-куараби возник на экране тахионной связи. Выглядел Двунадесятый Дом Непейвода как обычно: лицо квазичеловека пребывало в непрерывном движении, норовя распасться на составные части – маленьких черных и красных муравейчиков. И все же усилием воли ходячий муравейник ухитрялся сохранить его основные черты. Порой лицо казалось рябым, словно после тяжелой формы оспы. Не слишком приятное зрелище…

Корабль Непейводы стартовал с Земли спустя двое суток после получения шифрованного послания и через десять часов вышел в точку рандеву.

– Привет, – жутковато улыбнулся ходячий муравейник.-Как твои дела?

– Рад тебя видеть, – ответил Платон. – Состыкуемся – тогда и поговорим.

Двунадесятый Дом приказал включить маршевые двигатели, и его корабль двинулся к зависшему в пустоте «Сынку».

– Еще один корабль! – закричал маленький кораблик, поймав радаром возникший из гиперпространства объект.

Почти одновременно с ним Непейвода воскликнул:

– Ч-черт!

– Ты притащил за собой хвост, – укоризненно произнес Рассольников.

– Иди ко мне! – рявкнул ходячий муравейник.

«Сынок» рванулся навстречу посольскому кораблю, который тоже прибавил ход.

Сверкающая точка на экране переднего обзора росла на глазах. Фотоумножитель показал: к ним летит военный фрегат.

– Это Карантин! – прогремело в рубках обоих кораблей. – Стоп, машины! Санитарная проверка! При невыполнении приказа открываем огонь на поражение!

– Не надо мне грозить. Я – Чрезвычайный и полномочный Посол ФФФукуараби на Земле! – сказал в ответ Двунадесятый Дом. – Это суверенная территория нашей планеты. Тебе что, звездочки надоели?

Корабль Невейводы и «Сынок» продолжали сближаться – через пять минут можно начинать стыковку. Фрегат Карантина вклиниться между кораблями не успевал, но в любую секунду мог дать залп из огневых рубок. Пока что фрегат сделал предупредительный выстрел. Взорвавшись, сигнальная ракета на мгновение ослепила «Сынка».

– Не успеем! – воскликнул археолог.

– Пугают. Кишка тонка, – буркнул в ответ ходячий муравейник, сменил галс и закрыл собой маленький кораблик.

Теперь фрегат глотал выхлопы посольских дюз. Лазерные пушки уже в ход не пустишь, но у карантин-щиков есть умные ракеты и торпеды.

– Мы вас не тронем, господин Посол, – другим тоном объявил командир фрегата. – Нам нужен гиперпрыгун без регистрационных номеров. Не мешайте нам работать – не нарывайтесь на дипломатический скандал.

– Мне не нравится твой тон, командир, – Двунадесятый Дом тянул время. «Сынок» несся к нему на всех парах. – По-моему, ты путаешь Дома Симбионтов с ой-роцатами. Мы – союзники Земли, или у тебя другое мнение?

– Я открываю огонь!

Было ясно: карантинщик держит палец на пусковой кнопке и нажмет ее через секунду.

– Валяй. Твоя атака сейчас транслируется по семи каналам галактических новостей, – невозмутимо произнес Непейвода. Это была его коронная карта.

Карантинщик поперхнулся. Время выиграно: теперь без согласования с руководством он не решится открыть огонь.

– Вы блефуете! – прокашлявшись, воскликнул командир фрегата.

– Посмотри на экран…

На экране тахионной связи в командной рубке фрегата возникло изображение посольского конференц-зала. Там действительно сидели репортеры и операторы в фирменных комбинезонах и кепках своих корпораций, увешанные спецпропусками. Лица репортеров были знакомы любому, кто хоть раз в году смотрит но-востные каналы.

– А-а-а!.. Что б вы!.. – только и вырвалось у каран-тинщика.

Спустя минуту «Сынок» влетел в распахнутый грузовой люк посольского корабля и попал в силовые захваты. Спасены!

Пресс-конференция шла полным ходом. Черный археолог Платон Рассольников вещал на всю галактику. Он был привычно раскован'и не выказывал ни страха, ни волнения.

На небольшом столе рядом с ним были разложены отнятые у Первого Жреца артефакты. Здесь лежали и Ногти, и Пальцы, и Волосы, и Слюна Мамбуту. Платон побоялся доставать только Око Истинного Бога. Перед началом пресс-конференции операторы минут десять снимали их так и этак.

– …и теперь не остается никаких сомнений, что раса пузанчиков не имеет ни малейшего отношения к пандемии изменки. Они стали жертвой трагической ошибки Карантина, которую необходимо исправить как можно скорее. Истинная причина взрывных мутаций – артефакты из Следа Моргенахта. Артефакты – секретное оружие бочайских партизан. Партизан с отсталой планеты Бочаста-Роки-Шиа, которые объявили войну всей галактике.

В раскаленных лучах юпитеров Платон жарился словно на экваториальном пляже в полдень, то и дело вытирая пот со лба. Возможно, репортеры поверили ему, но сейчас они ни за что не признаются в этом. Репортеры казались археологу алчущими крови хищ-никами-фуркатами. Они должны показать в новостях такое, чтобы у их зрителей волосы встали дыбом.

– При всем уважении лично к вам, мистер Рассольников, нам нужны веские доказательства. А где они? – хорошо поставленным баритоном произнес самый опытный из репортеров Джон Малапуго. «Си-Би-Эс» чаще других посылает его в горячие точки галактики.

В воздухе над головами прессы возникла голограмма – две фразы большими красными буквами: «Рейтинг падает. Через минуту выйдем из эфира». Все глаза были обращены на Платона, а он подавленно молчал.

– У меня есть пленка с Бочасты, где отродясь не было ни одного пузанчика. Местные животные то и дело меняются. Вот поглядите…

На стенном экране разыгралась драма, которую в бочайских джунглях заснял Кнутсен. Безобидный гигант слонопотам превратился в ящера, с ним схватилась стая голодных чайкосорок, превратившаяся в мусильского птерозавра, а затем ящера обглодали пираний.

Экран погас. В конференц-зале недолго царила тишина.

– Трогательная сценка… Но где гарантия, что причина этих превращений – Ногти Мамбуту? – заговорил седовласый корреспондент «Эн-Би-Си» Харальд Ош. – Момент заражения остался за кадром. Пузанчики могли бомбардировать планету, сбрасывая с орбиты капсулы с вирусом, или отправить на Бочасту зараженные посылки.

– Какая чушь! – негодующе воскликнул Платон. – Зачем пузанчикам атаковать захолустную Бочасту?! Дело в том, что Ногти Мамбуту валяются по всему Следу Моргенахта, и звери порой наступают на них.

– Могу сходу выдать пяток версий, объясняющих, зачем пузанчикам понадобилась Бочаста, – подал голос Джон Малапуго из «Си-Би-Эс». – Например, они отрабатывали в захолустье тактику террора, прежде чем напасть на Старую Землю. Бочаста – удобное место для тренировок. На нее всем наплевать. Вам достаточно или мне продолжить?

Рассольникову нечего было ответить, и он пошел с другого конца:

– Но с какой стати пузанчикам атаковать Землю, где им так нравилось жить?

– Наивный вопрос…– рассмеялся Малапуго. – Они сбивали цены на недвижимость. Зараженная планета на порядок падает в цене.

Археолог исчерпал свои аргументы, но так никого и не убедил. Время уходило. Сейчас каждая секунда стоила ему года жизни. Если Платон немедленно что-нибудь не придумает, все усилия станут напрасными. Проиграет он, «Сынок», Пустельга и Серый Лис, потому что сенсация не состоится, и ничто не помешает Карантину втихую расправиться с незаконным корабликом и кучкой отщепенцев. Проиграют сидящие в лагерях пузанчики, которых уже никто и никогда не сможет вытащить на свободу. Проиграет Непейвода, который, пользуясь дипломатической неприкосновенностью, влГез в земные разборки и поставил под угрозу авторитет фффукуараби. Его, конечно, не убьют и даже не бросят в темницу, но Послом ему больше не быть. Проиграют и репортеры, попавшиеся на пустой крючок и зря занявшие драгоценное эфирное время. В информационных корпорациях, где каждая минута стоит миллиарды, за такие ошибки по головке не погладят.

73
{"b":"25178","o":1}